– Надо! – Майкл потянул коробку к себе.
– А ты посиди пока. – Ян подтолкнул Светку к качелям. – Расслабься. Работать будут профессионалы!
Коробку поставили на пенек, оставшийся от детского столика. Крышка была тут же снята, и все застыли, с интересом рассматривая кулинарный шедевр из розочек и завитушек.
– Ну, и как вы это собираетесь пробовать? – спросил еще ничего не понимающий Крылышкин.
– Легко! – Майкл одним движением вырвал кусок картонки из крышки и стал орудовать им, как ножом.
– Эй, полегче! – запоздало попыталась защитить свою собственность Светка.
– М-м-м, – словно заправский дегустатор, почмокал губами Махота. – Что-то я не понял…
Кусок коробки перешел в руки Константинова.
– Ты не оттуда зачерпывал, – наставительно произнес он и резанул кусок побольше. – Бери из середины. Рыба тухнет с головы, а торты портятся…
– Хорош, а! – протянула к ним руки Царькова.
– Погоди, погоди, а я? – наконец сообразил и Крылышкин. Он быстро оторвал новый кусок крышки и тоже накинулся на розочки.
Ася рассмеялась.
– Светка, – сказала она, подтаскивая к себе остатки крышки. – Надо быть стойкой в своих принципах! Начала худеть, вот и худей.
– Действительно, Света, как-то нехорошо получается, – присоединяться к пиру Жеребцова не собиралась, но с явным удовольствием следила за уничтожением торта. – Весь месяц отказывалась от всего, а тут… Для тебя сладкое – верная смерть.
Мальчишки согласно зафыркали.
– Наумова, а ты что стоишь? – вспомнил о девчонках Ян. – Присоединяйся.
Он слизнул последний кусочек с картонки и потянулся за новой порцией.
– Щаз, – недовольно дернула плечом Юлька. – Обойдусь как-нибудь без пиршества орангутангов.
Кусок застрял у Репиной в горле, и она закашлялась.
– Видишь? – Наумова выразительно задрала брови. – Не идет у Аськи твой торт!
– А ты все-таки поешь. – Ян облизал тонкие губы. – Может, добрее станешь? От уксуса куксятся, от горчицы огорчаются, а от сдобы добреют, – процитировал он известный каламбур из «Алисы в зазеркалье» Льюиса Кэрролла.
– По тебе не заметно. – Казалось, Юлька вот-вот бросится на Константинова с кулаками.
– Эх, сейчас бы чайку! – очень вовремя вклинился Махота.
– Сожрал мой торт, ему еще и чай подавай. – До Светки только что начало доходить, что ее попросту разыграли. – Какого черта я сюда приперлась?
– Ну и какого же? – тяжело отдуваясь, спросил Майкл – все-таки на его счету была добрая половила угощения. – Хорошо-то как! – погладил он себя по животу. – Можно теперь и не ужинать.
– А что такого? Все шумят – Гараева да Гараева… – тянула Царькова – обижаться на одноклассников Светка не собиралась, она была отходчивая. – Я и зашла посмотреть.
– И, главное, как удачно! – поддела ее Наташка.
– Так, кого пошлем за провиантом? – Махота снова отхлебнул из бутылки с газировкой, ее нежно прижал к себе и довольными глазами оглядел собравшихся. – Праздник надо продолжить. Васька, сгоняй, купи что-нибудь. – Он полез в карман. – Народ, скидываемся по… – он посчитал свои скудные сбережения. – По десятке. – Майкл сунул Крылышкину горсть мелочи. – Давай, только быстро.
Ваське дали еще пару десяток, и он несмело, постоянно оборачиваясь, пошел к магазину.
– Вы же все к Быковскому собрались? – скривила губы в ухмылке Наташка. – Вот и идите к нему. То-то его мамочка обрадуется! А то она давно его девушек чаем не поила.
– Ну, ты! – подскочил к ней Константинов. – Думай, что говоришь!
– Пей газировку и мечтай о возвышенном. – Махота сунул ей в руки бутылку. – А у нас сейчас музыка будет.
Он выдернул из кармана плеер. Звук из наушников шел не очень хороший, но общий ритм уловить можно было.
– Ой, что это у вас? – как всегда, с опозданием заметила плеер Светка. – Что играет-то?
– Музыка, Царькова! Му-зы-ка, – начал пританцовывать Майкл. Его можно было не кормить, не поить, а только позволять танцевать – очень он это дело любил.
– Клоун, – громко прошептала Наташка.
– А что? Клево! – Светка тоже стала приплясывать, правда, совершенно не попадая в ритм.
– Давай, давай, Царькова, зажигай, – недовольно закивала головой Наташка. – А ты что, Гараева, моменты пропускаешь? Присоединяйся!
Лера стояла чуть в стороне и с улыбкой смотрела на одноклассников. Она не понимала, что происходит.
– Ну, что ж? – хлопнул в ладоши Махота. – Переходим к парным танцам. – И он направился к Лере, но Ян опередил его.
– Пойдем? – потянул он ее за руку.
– Ну, пойдем, – не сразу согласилась Гараева, опасаясь подвоха. Все это было очень странно.
– Эх, Наумова: – Майкл повернулся к яростно сверкавшей глазами Юльке. – Давай, что ли, с тобой что-нибудь отчебучим? Тряхнем стариной!
– Тряси своей стариной сам, – оттолкнула его Наумова.
– Боишься развалиться? – бодро откликнулся Махота. – Тогда переключимся на молодых. Аська, не стой!
Он дернул за руку Репину, и та, не ожидавшая, что о ней вообще вспомнят, чуть не растянулась на снегу.
– Давай, давай, – хихикнула Жеребцова. – Инвалиды тоже порезвиться хотят!
Ася вздрогнула. С каким удовольствием она убежала бы отсюда, но Махота держал ее крепко.
– Пропусти, – шепнул он. – Сейчас будет смена партнеров.
Она подняла глаза. Майкл на нее не смотрел. Его взгляд был устремлен куда-то в сторону. Репина быстро повернулась.
Он смотрел на Гараеву, танцевавшую с Константиновым. Ян что-то быстро говорил ей, Лера слабо улыбалась его словам.
– А теперь – динамичная композиция! – прокричал Майкл прямо в ухо Асе, оттолкнул ее и бросился к плееру.
– Давай, давай, и побыстрее! – захлопала в ладоши Светка.
Прозвучало резвое «тумс-тумс-тумс». Константинов с Лерой все еще продолжали двигаться в прежнем ритме.
– Не зависай, – подскочил к ним Майкл. – Разрешите? – Он ловко «щелкнул» каблуками кроссовок, коротко кивнул и вырвал Гараеву из рук приятеля. – А ты надолго? – тут же заговорил он громко.
– Чуть-чуть осталось, – уклончиво ответила Лера.
– Классно, что приехала! Без тебя был тухляк! – продолжал орать Майкл, словно находился на оглушительной дискотеке. – А ничего музыкальное оформление?
– Ничего, – скованно отозвалась Лера.
– Слушай, а ты клево выглядишь, – надрывался Махота. – Как у вас там, тепло, что ли?
– Тепло. – Гараева, как всегда, была немногословна.
Восторженная Ася подлетела к Юльке. Ей очень понравилось, что ее пригласили на танец! Довольно-таки нелестную для нее причину этого выбора она не заметила.
– А ты не хочешь танцевать? – весело крикнула она, притопывая в такт очень быстрой музыки.
