— Он не один туда пошёл. — Тихо совсем произнёс Павлик. — Там пять девчонок. И из вашего отряда есть и из нашего.
— Ясно. — Саша как всегда перед принятием решения постарался развернуть картину внутри себя. — Тогда я проберусь на террасу, по стене, а ты скажи завхозу, чтобы начали пробиваться через стену.
— Ты не пройдёшь. — С каким-то отчаянием в глазах произнёс мальчишка. — У меня папа альпинист, я с ним на стене много раз был.
— Как по проспекту. — Бросил ему Александр, и развернувшись, вышел под дождь.
От четвёртой террасы до второй, было всего метров десять, но по мокрым камням, и в дождь. Насколько он погорячился Александр понял, когда пришлось обходить торчащий валун понизу, применяя все навыки скалолазания, и только что зубами не вцепляться в малейшие выступы чтобы не сорваться вниз, на камни острые словно ножи.
Дождь лил не переставая, грохотал гром, но чем ближе Саша подбирался, там всё яснее и яснее слышал какой-то заунывный речитатив, и видел голубоватые сполохи, словно от электросварки. Наконец он зацепился кончиками пальцев за острую кромку камня на самом бортике террасы, и осторожно поднял голову.
В центре площадки стоял воспитатель Герман Сокольский, рисующий в воздухе какую-то фигуру, а под ногами у него сверкала всеми оттенками синего и фиолетового цветов пентаграмма, в лучах которой лежали пять девочек, головами к центру, и раскинув руки так, что они касались друг друга образуя ещё одну звезду. И на стене рядом с заваленным входом, тоже ярко светился знак, но уже понятный. Крылатый меч острием вниз.
Поскольку Герман стоял к Александру почти спиной, тот окончательно взобрался на террасу и мягко ступая босыми ногами практически беззвучно подошёл к вожатому.
Удар, которым он полчаса назад, таки сломал колоду на спортгородке, бросил некромага вперёд, но тот, удивительно быстро сориентировавшись, перекатился прямо по пентаграмме, вскочил, развернулся и кинулся в бой.
Полевой комтур двадцать третьей прецептории, разведывательного ландграфства Великого Ордена Феникса, не в первый раз выполнял миссии на территории Советской России. Сам родом из семьи иммигрантов, он свободно владел русским языком, впрочем, как и десятком других. Но эта миссия должна была стать последней в карьере. Звание полевого комтура — иными словами бригадного генерала не предполагает личного участия в операциях.
Звание и орден Феникса второй ступени ему присвоили за материалы по Советской космической программе, которые он добыл. Приказ об этом он получил с последней почтой, как и приказ срочно возвращаться.
Обычный канал эксфильтрации был через Батуми, от которого до границы с Турцией были считанные километры. Но то ли Турция в очередной раз взбрыкнула, то ли у руководства были другие резоны, но в этот раз эвакуацию было решено провести из Крыма.
Герман достаточно легко смог устроиться воспитателем в летний лагерь Энергетик, и оставалось лишь дождаться прибытия Драгонфлая — новейшего разведывательного самолёта Евросоюза, который не засекали советские радары, и в тёмном небе, он мог совершенно безнаказанно проникать на территорию СССР на всю глубину дальности полёта.
Но Герман решил не просто так уйти, а уйти подняв свой ранг как минимум на ступень. Для этого требовалось сжечь заживо в пентаграмме, нескольких одарённых, и комтур без труда нашёл и буквально покорил пять дур, готовых ради выдуманных им секретных техник, тайно покинуть свои отряды и прийти на террасу. Вторжения со стороны он не боялся так как тропа была надёжно залита камнем, и оставалось только закончить знак, дождаться пока жизнь покинет жертвенные сосуды, и улететь из этой ужасной страны навсегда.
Комтур ещё раз бросил взгляд на знак начертанный на скале, для ориентации экипажа летающего корабля, и вернулся к начертанию пентаграммы.
Удар в спину, был не только неожиданным, но и настолько сильным, что укреплённые кости мага хрустнули. Повреждённый позвоночник не особо сковывал движения Германа, но всё же замедлял реакцию, и самое главное, мальчишке удалось остановить завершение пентаграммы, а время уходит, и сонное заклятие скоро рассеется. А значит девчонки придут в себя и самое малое начнут расползаться в стороны сбивая фокус.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Все эти мысли вихрем проносились в голове комтура пока кулаки и ноги бойцов мелькали в неверном свете магических линий, в попытке вышибить дух из соперника.
Герман несколько раз пытался атаковать магией, несмотря на то, что делать это в полуактивной пентаграмме не следовало, но пару глубоких ожогов и дыр в теле мальчишки он оставил.
А Александр, подловив противника на очередной попытке магического удара, наконец достал Германа, ударив костяшками пальцев в горло, смяв шею до позвоночника. И когда тот упал на землю, в исступлении ударил кулаками несколько раз ему в голову превращая её в месиво из крови и костей.
Удар энергии от тела умершего в центре пентаграммы приподнял Александр обвивая тело жгутами молний и заставляя его биться в судорогах, и снова бросил на камни. И так несколько раз, пока буйство силы не стихло.
Наконец, вспышки стали таять, пентаграмма погасла, и Сашка шлёпнулся на камень с высоты в пару метров, и тут же вскочил.
Во время боя, вожатый пару раз крепко достал его своими кулаками, сломав пару рёбер, и чуть не свернув челюсть. Но сейчас, ощупав себя, он не обнаружил ни единой травмы. Мало того. Тело буквально распирало от мощи, и силы. Казалось, что можно одной рукой своротить скалу, и выжать воду из камня.
— Чудеса. — Мечников оглянулся и увидев девочек, всё так же лежавших под дождём. К счастью они с покойным во время драки сами растолкали тела в стороны, разрушив круг поглощения. Быстро перетаскав их на руках под небольшой козырёк из камня, и устроив в сидячем положении, замер прислушиваясь. Ветер и дождь понемногу стихали, и стали слышны удары по скале. Видимо это к ним пробивались с той стороны.
А ещё был слышен гул, доносившийся откуда-то с моря.
Постепенно гул усиливался, перемещался пока не зафиксировался в паре сотне метров возле площадки.
Александр мог поклясться, что это не пограничники, потому что вертолёт звучал совсем по-другому, а самолёта вертикального взлёта в СССР ещё не сделали.
Начертав широким жестом огромную триграмму поглощения, Александр словно кинул её на открытый участок площадки и стал напитывать энергией, так, словно хотел влить в неё всю свою ярость и ненависть к людям, которые могут замучить малышей для каких-то своих адских целей.
Не активированный конструкт, лёг на камни, и послушно впитывал эрговатт за эрговаттом, словно пересушенная земля впитывает воду.
Неведомый корабль появился из темноты словно призрак. Вот, ничего не было, а вот он уже над площадкой, складывает свои крылья вверх, будто бабочка, и мягко опускается на террасу касаясь выдвижными шасси камней, и в этот момент, Александр замкнул последнюю линию.
Мгновенно в воздухе возник снежный вихрь, и летательный аппарат сначала покрылся инеем, а через минуту стал покрываться льдом, словно муха, застывшая в янтаре.
Сашка улыбнулся такому сравнению, и так же как был с застывшей на лице улыбкой повалился на землю и свернулся калачиком.
Глава 10
Захваченный в ходе специальной операции летательный аппарат направить в распоряжение Спецлаборатории 127.
При транспортировке особое внимание обратить на соблюдение секретности, используя конструкции, изменяющие силуэт, и перевозку в ночное время.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Тела в холодильных контейнерах, согласно списку, хранить строго соблюдая «Правила перевозки литерных грузов, от 12.07.1936.» не допуская критических колебаний температуры, ударов и хранения под открытым небом.
Назначить лично ответственного за перевозку, и провести с ним всеобъемлющий инструктаж относительно важности груза. Назначить в сопровождение взвод военнослужащих с табельным вооружением, и средствами усиления.
Обеспечить воздушное сопровождение груза ВВС в виде звена боевых вертолётов, и обеспечить их смену по пути следования.
Начальник девятого управления ГРУ ГШ МО СССР генерал-полковник Зудов 
