– Ты уверена? – колеблясь, переспросил отец. – Виду него болезненный.
– Я в порядке! – прорычал я.
– Не волнуйся, – сказала Блейзе, погладив меня по щеке. – Если ты не сможешь идти, я тебя понесу.
Она взглянула на отца.
– Ты можешь определить, где находится Фреда? Я чувствую ее присутствие, но неразборчиво. Она близко?
– Да, – отозвался отец. – Думаю, нам сюда.
Он толчком отворил дверь и быстро вышел в коридор.
Блейзе подтолкнула меня вперед, так что я вышел следующим. Сама Блейзе шла замыкающей.
Над головами через регулярные промежутки парили тускло светящиеся шары. Свет собирался в лужицы на потолке, отбрасывая неяркое желтое сияние на каменный пол и обшитые деревянными панелями стены.
Отец двинулся вправо; я шел в двух шагах за ним. Похоже было, что он точно представляет себе, куда направляется. Мы шли мимо дверей с лицами; каждое в точности повторяло предыдущее. Все они были вырезаны из цельных досок эбенового дерева, с одинаковыми лицами посередине: лоб, увенчанный рогами, глубоко посаженные глаза, широкий нос и скулы, подбородок с ямочкой. У всех глаза были закрыты, как будто резные изображения спали.
Если эти двери работают так же, как и те, что были в отцовском доме, они могут проснуться в любой момент, засечь нас и поднять тревогу. Во всяком случае, трогать их я бы не стал.
Я уже готов был предложить вернуться в мастерскую Теллопса и поискать там ключи к этим дверям, как пол начал выскальзывать у меня из-под ног. Я принялся спотыкаться, и несколько шагов мне пришлось держаться за стену, чтобы не потерять равновесия.
Блейзе догнала меня и подхватила под руку.
– Может, тебе вернуться? – спросила она приглушенным голосом. На этот раз она уже не шутила.
– Я справлюсь, – сказал я. Блейзе заколебалась.
– Если дойдет до драки, – сказала она, – держись за мной. Я буду защищать тебя, насколько сумею.
– Спасибо, но я сам за себя постою!
– И много ли нам будет пользы, если в результате тебя прикончат?
Я упрямо покачал головой.
– Значит, нам просто нужно быть осторожными. Я не стану прятаться за тебя, Блейзе. И не проси.
Блейзе нахмурилась, но настаивать не стала. Для меня это было только к лучшему, поскольку уступать я не собирался. Кроме того, у меня было такое чувство, что вскоре я приду в норму... Мои «ноги Хаоса» определенно восстанавливались.
Отец петлял по коридорам. Коридоры норовили извернуться, словно змеи, кусающие себя за хвост. Мы часом, не ходим по кругу? Мы еще не вернулись туда, откуда начинали? Я бы за это не поручился. Мы по-прежнему шли мимо одинаковых дверей – наверное, счет уже должен был идти на дюжины. Несколько раз у меня возникало ощущение, будто мы спускаемся по пологому склону, хотя пол оставался на одном и том же уровне. Очередные Хаосовы фокусы...
Отец остановился перед дверью, в точностью схожей со множеством прочих, которые мы уже миновали. На ней не было ни номера, ни каких-то опознавательных знаков.
– Приготовьтесь, – сказал он. – Это здесь.
– Я готов. – Я сглотнул и крепко сжал рукоять меча. Теперь оставалось лишь вломиться вовнутрь, сшибая встречные головы с плеч.
– Погоди, па, – сказала Блейзе. – Ты уверен?
– Я знаю голос Фреды, – сказал он с отстраненным видом. – Она зовет изнутри. Я в этом уверен.
– Я ничего не слышу, – сказал я. Отец отмахнулся от моего замечания.
– Ты глух к Логрусу, мальчик мой. Дух Фреды кричит от страданий. Ты не настроен на эту волну, потому и не можешь ее слышать. А мы с Блейзе можем.
Я взглянул на Блейзе; та кивнула.
– Да, я тоже ее слышу. – Потом она добавила, обращаясь к отцу: – Я знаю, что Фреде плохо. Я это чувствую. Но я не уверена, что она в этой комнате.
– Зато я уверен.
– Если ты ошибся...
Отец кивнул:
– Я знаю. Но единственный способ выяснить это – войти туда!
Прежде чем мы с Блейзе успели остановить его, отец резко постучал по резному деревянному лицу на двери, прямо по лбу.
Лицо дернулось. Веки поднялись, и оно взглянуло на нас кроваво-красными глазами.
– Как ты посмел прикоснуться ко мне! – прорычало оно. Я сглотнул. Если этот страж хоть сколько-то похож на тех, которые охраняли двери в отцовском доме, теперь, когда отец разозлил его, нам потребуется магический эквивалент тарана, чтобы войти в комнату.
– Я – твой хозяин, – сказал отец.
Лицо моргнуло.
– Ты – не Лорд Теллопс!
– Нет, – согласился отец.
– Кто ты такой, – надменно произнес страж, – и чего тебе нужно? Говори поскорее, или я вызову охрану, и тебя казнят за эту наглую выходку.
– Ты знаешь, кто я такой, – сказал отец.
– Ты... —Лицо уставилось прямо на него. – Ты тот самый человек? Тот, кто меня сделал?
– Назови свое имя! – повелительным тоном произнес отец. – Повинуйся мне!
– Я – Оберон, – сказало лицо.
Я чуть не ахнул.
– Ты сказал: «Оберон»?
Может, я не расслышал? Хаос по-прежнему может шутить шутки с моими органами чувств.
– Да, – подтвердила дверь, глядя на меня. – Я сказал: «Оберон». А что такое?
– Э... я просто не был уверен, что правильно расслышал. – Я бросил на отца озадаченный взгляд. – Дело в том, что меня зовут точно так же. Занятное совпадение.
– Так ты – Оберон? – сказал отец, не обращая на меня внимания. – Да, я так и думал. Ты помнишь меня?
Я недоверчиво взглянул на отца. Как он это делает? При помощи гипноза, что ли? Отец невозмутимо добавил:
– Я – Лорд Дворкин. Я сделал тебя для Теллопса много лет назад. Я вырезал тебя собственными руками. Я вложил свет в твои глаза и твое сердце. Теперь ты меня вспомнил?
– Да... Лорд... Дворкин... да. Вы – тот самый человек. Я повинуюсь... хозяин.
А, так отец делал двери для Теллопса! Иногда, оказывается, полезно быть изобретателем. .Теперь мне стало ясно, отчего он был так уверен, что сумеет пройти к Фреде.
Впрочем, теперь у меня появилась парочка своих вопросов. Он назвал меня в честь двери или дверь в честь меня? Я намеревался это выяснить после того, как мы спасем Фреду.
Отец мягко улыбнулся, словно родитель, гордящийся сыном.
– Я вернулся, как и обещал. Теперь отопри мне.
Лицо заморгало.
– Никто не может войти сюда без приказа Лорда Теллопса.
– Я могу, – твердо произнес отец. – Я тебя сделал. Первые данные тебе распоряжения исходили от меня. Вспомни их.
– Вы... вы, несомненно, можете проходить через меня в любое время дня и ночи. Я должен повиноваться вам во всем.
Отец подался вперед.
– Что еще?
– Вы – мой единственный истинный хозяин... ныне и вовеки.
– Хорошо. Теперь пропусти нас.
– Да... хозяин.
Замок щелкнул несколько раз. Дверь начала отворяться.
Отец придвинулся поближе, держа меч на изготовку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
