То ли дело Джинн, сел, помедитировал, успокоился – кусок льда на эмоциональном фоне. Прелесть просто, жаль зациклен на избранном и пророчестве. Убиванычу до учителя далеко, от Кеноби эмоции то и дело отделяются солнечными протуберанцами и в них далеко не вселенское спокойствие.
Ох! Эх! Помчали, залётные! Тьфу, беру свои слова относительно Джинна обратно. Долбодятел! Идиот! Ну, скажите ему кто-нибудь что атару для почти двухметровой орясины это даже не смешно. Даже я, стопроцентный нуб в сражениях световыми мечами вижу это. Да, это красиво и эффектно – прыжки и сальто, которых не показали в фильме, но в жизни Джинн получил уже несколько знатных силовых пинков, мячиком отлетая к стенам и возвращаясь обратно и только вовремя подставленный под световой посох меч, удерживал дурную голову на плечах. Дурень, прыгая вверх, ты лишаешься опоры и не способен контролировать полёт. Вон, бери пример с Мола, стоит на земле, движется чётко и размеренно, контролируя каждое движение и удар. А как он посохом крутит, просто загляденье! Хочу сказать о себе, простым клинком и я умею работать дай бог каждому. Дедушка Кощей заставил овладеть данным искусством, но если сменить клинок на световой, то я себе точно что-нибудь отчекрыжу, а противники машут ими филигранно. Я тоже так хочу…
Стоило отвлечься, как бородатая бабочка в светлой тунике и табарде оказалась наколота на красную световую иглу. Подловил-таки Мол Джинна. Охнув, джедай выпустил из рук световой клинок и распластался на полу помятой морской звездой, а забрак встал в эффектную позу напротив входа, где за силовым экраном исходил на говно Оби-Ван Кеноби.
Пока горячие парни заняты друг другом, кастую вулнера саентур – заклинание, залечивающее раны. Мертвый Квай-Гон Джинн мне ник чему. Живой он гораздо полезней. Вечный возмутитель спокойствия просто обязан и дальше полоскать мозги Совету джедаев и Йоде лично. Пусть у них голова от этого оппозиционера и возмутителя спокойствия болит, чем они внимание на окраины галактики обращают. К тому же подкинуть свинью джедаям моя святая обязанность. Не помрёт Джинн от дырки в пузике, я в него столько магии, запасённой в камнях, влил, что призраки силы нового компаньона подождут пару десятков лет, если он раньше от собственной дурости не скопытится. Вон, Мол, поперёк расчекрыженный, выжил и столько лет портил кровь бывшему учителю, а некие джедаи с тонкой душевной организацией в белые тапки от дырочки в правом боку переобуваются. Чует моя задница, что раненому и больному мастеру никто двуногое шило с именем Энакин не поручит, как и в каноне с ним придётся Кеноби маяться, зато за обиду несмываемую Джинн устроит Совету усиленное ректальное выедание мозгов чайной ложкой.
Пока я, за сонмом щитов, скрывающих меня во всех диапазонах, предавался сладостным мечтам, сражение подошло к закономерному финалу – висящий на мной на светомаяке Кеноби и чуть не бьющий по голове сапогом. и Мол, размахивающий половинкой посоха над ним. Возгордился рогатый, гордыня обуяла ситха, считавшего, что он ухлопал двоих не самых слабых джедаев. Сплюнув вниз (чуть не попал, гад), ослеплённый победой ситх, сказочно удивился взмывшему над зевом шахты Кеноби, что забыл подставить меч под вжикнувший полукруговой удар светового клинка противника.
«Как же так?!» - крупными буквами на аурбеш было написано на лице Мола, заваливающегося в шахту. Пора и мне честь знать. Отлепившись от стены, сигаю следом, в полёте подхватывая «локомотором» обе половинки ситха. Кеноби, пентюх, нет чтоб убедиться в окончательной смерти врага, кидается к учителю, совсем выпустив из внимания быструю тень, скользнувшую следом за забраком.
- Горан, работайте!
- Работаем! – раздалось в наушниках. – Будем через три минуты.
- Бакто-камера готова, - доложился Вилф Строн, штурмовик с дипломом медика, исполняющий в отряде «ранкоров» роль судового врача. – Жду пациента.
Глава 12. Часть 1.
- Мы здесь! – не передать словами, как я рад услышать голос Горана в наушниках шлема. – Сейчас чуть почистим…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Внезапно пространство взорвалось целым веером, состоящим из красных лучей, сорвавшихся с кончика турболазерного орудия, установленного под днищем «Шаи». Судно, скрытое плёнкой оптического камуфляжа, словно таракана тапком, прихлопнуло роту В-1 и два десятка дройдек, расчистив тем самым мне дорогу наверх.
Я бы мог и сам справиться, аппарировав на скальные башни, но парням до пяточного зуда хотелось поучаствовать в заварушке и отнимать у них возможность пострелять в «железяк» практически в идеальных полигонных условиях, было бы с моей стороны настоящим кощунством.
- Так, парни, ловко вы их! – не остался в долгу я, похвалив наёмников. – Мик, ты бы так в саббак играл, как стреляешь, цены бы тебе не было.
- Тьфу на тебя! – шпилька кольнула адресата.
Над головой зажужжало, пробив невидимость в грузовом секторе, в воздухе повисла аппарель. Удерживая обе половинки тела Мола, одним прыжком влетаю в грузовой отсек.
- Горан, правь к скалам, - синхронизировавшийся с ИИ корабля тактический модуль боевого костюма передал необходимую информацию.
- Понял, - корабль качнуло, крутанувшись на пятачке, Горан филигранно подвёл судно к бывшей засидке мандалорца. – Это ещё кто?
- Напарник «объекта», чуть не ухлопал меня на подходах, даже жалко, грамотный был мужик. Нам такой в отряде бы не помешал. Дело сделано, Горан, валим отсюда, - подхватывая левиосой тело и оружие мандалорца, ответил я. В этот момент в грузовой отсек с медицинскими гравиносилками спустился Вилф.
- Принимай больного, Вилф.
- Di'kut*, - сходу перешёл на мандо`а Вилф.
- Рот закрыл и быстро клади его на носилки!
- Вот же банта пуду, это же два полпарня. Ситх, кто его так расколбасил?
- Jetii*, - ткнув пальцем на половинку посоха Мола и меч Кеноби, подобранные мною внизу и подвешенные на магнитные захваты на поясе. – А перед тобой настоящий ситх, прошу любить и жаловать.
- Jehaatir!* – выпучил глаза Вилф, секундой позже вцепляясь в пережатую силой шею.
- N'eparavu takisit*, - падая на колени, прохрипел он.
- Извинения принимаются, - сняв удушение, я уложил тело мандалорца на магнитную платформу. Мёртвые могут подождать, возиться с ним именно сейчас не было ни времени, ни желания, тем более с платформы ему никуда не деться. – Так ты мандалорец, Вилф? Из какого клана?
- Не из какого, – ответил врач, следя за показаниями медаппаратуры на носилках. Нажав на сенсорном табло несколько кнопок, Вилф снизошёл до пояснений. – Мне было шесть, когда погиб отец, сопливый пацан ещё, а мать перебралась на Эриаду, к родне. Отец взял её не из клана… у меня её фамилия, а сам он Скирата. Кассус Скирата, Вилфом звали его отца. Деда…
- Что ему потребуется для восстановления? – соскользнув с неприятной для Вилфа темы, кивнул я на Мола.
- Чудо! – скептически отозвался «не мандалорец». – И нейрохирург с мотком нейропороводящей паутины с Шили, причём шить надо там же. Паутина хранит свойства не более пяти часов после извлечения из кокона. Сам видишь, тело рассечено поперёк, наш меддроид не справится со сращиванием нервных окончаний. Заштопать мы его заштопаем, требуху с костями совместим и в бакту запихаем, но без нейрохирурга он останется инвалидом или…
- Или?
- Или можно разориться на биомеханический нейропротез.
- Сколько?
- Чего, «сколько»? – не понял сходу Вилф, выгнув бровь и состроив соответствующее лицо.
- Хирург или протез, впрочем, во втором случае всё равно потребуется хирург. Я правильно понимаю?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Правильно, - ответил врач. – Помоги его переложить на операционный стол. Аккуратно! По деньгам позже, а сейчас не мешай.
За время разговора мы переместились в медотсек, состоящий из трёх кают. В одной каюте располагалась бакто-камера, во второй было царство медапппаратуры и меддроида, в третьей проживал Вилф. Переложив Мола на операционный стол, я отошёл в сторону, наблюдая со стороны за колдующим над аппаратурой Вилфом. Словно пианист-виртуоз он вдохновенно касался подушечками пальцев многочисленных клавиш на панели управления медицинским комплексом. Повинуясь его «игре», ожили многочисленные приборы, засуетились мелкие хирургические дроиды, варварски срезая с Мола остатки одежды, над операционным столом защёлкали сочленениями манипуляторы главного меддроида.
