Ты сможешь перемещать миры, сливая их воедино, а сможешь и разделить, раскидав их на любое расстояние друг от друга.
Костер — это сила Творца миров. И познавший ее сам становится на один с ним уровень, но свободный от изначальных законов, потому что сам становится законом.
—Что, вот так прям сразу — стану Творцом и смогу делать, что захочу? Звучит бредово.
—Конечно, не сразу, глупый. Пройдя испытания, ты получишь лишь маленькую искру знаний. А вот что бы она превратилась в костер, тебе придется очень постараться. Пройдет не один год, а может и век, прежде чем ты сможешь почувствовать его силу. Но и искры тебе хватит, чтобы спасти Землю.
Знания, вот что дает костер, а как ими распорядиться — решать уже тебе. Мы — лишь проводники его воли, и на нас наложены запреты, что древнее самой жизни.
—Тогда я готов, — твердо сказал я, вставая и пристально глядя на них. Волки, что были рядом, заскулили, тесно прижимаясь ко мне.
—Все будет хорошо, — улыбнулся я им и погладил их по голове. — Я справлюсь. Я ведь не на смерть иду, чего вы боитесь?
—Быть посему! — произнесла женщина и резко приблизилась ко мне.
Миг — и я потерял сознание, но перед этим успел услышать вопль Лешего.
—Ты не сказала ему!..
Глава 10
Ника Изборина
Мы с Викой сидели в нашей комнате и перебирали новую коллекцию нижнего белья, что только что доставили из магазина. НАШЕГО МАГАЗИНА! Ух, как здорово звучит!.. Отличный подарок выбил из Нарышкиных наш любимый! Хороший доход сразу сказался на нас. Наконец-то мы могли одеваться так, чтобы не ударить в грязь лицом перед этими породистыми суками.
Выбрав по наиболее удачной на наш взгляд модельке, остальное отложили в сторону. Скоро должна была прийти Ольга, и теперь выбор остался только за ней.
Селена что-либо выбирать отказалась, лишь мелком взглянув на это чудо итальянских мастеров. Видите ли, ее муж(Вот засранка, все время нам этим тычет! Она, типа, уже жена, а мы пока неизвестно кто…)любит, когда она безо всяких тряпочек на теле. Но это их эльфийские заморочки. Я считаю, что красивое женское белье только подчеркнет все прелести девушки. Особенно ТАКОЕ белье!
Хотя, зная Влада, могу поклясться — он даже не поймет, что за красота на нас одета! Парень, что с него взять. Но чувства прекрасного он не лишен. Иначе не смотрел бы на нас такими влюбленными глазами!
Осторожный стук в дверь прервал мои размышления. Вроде мы никого не ждали, а если бы это была Ольга, она бы позвонила.
Вика, встав, открыла ее и с удивлением уставилась на двух девушек, которые давненько пытаются пробиться к Владу — ацтечку и итальянку. Глядя на их смущенные лица, сестра молча отошла в сторону, предлагая им войти. Следом за ними в комнату проскользнула Хидеки и, приветливо кивнув нам, устроилась в углу, просто наблюдая за всеми со стороны. Вика же, закрыв дверь, уселась ко мне на кровать и уставилась на незваных гостий. По нашей негласной договоренности все переговоры с потенциальными невестами веду изначально я. Причем, роли у всех были расписаны. Ольга — высокомерная сука, Вика — язва с черным юмором. Я- полицейский с замашками агента Тайной канцелярии. Селена-детектор лжи.
Но так как сейчас нас было всего двое, то и принимать какие-либо решения мы не будем. А вот поговорить по душам с этими девицами стоило.
Не собираясь облегчать им жизнь, я тоже молча уставилась на них, вынуждая их делать первый шаг нам навстречу. Но они мялись, не решаясь что-либо сказать, с некоторым испугом поглядывая на нас. От этих взглядов мне стало даже смешно. Вот мы, две провинциальные дворяночки, сидим себе, а герцогиня и, по сути, принцесса ацтеков стоят перед нами суть ли не навытяжку и не знают, с чего начать разговор.
—Девушки, — все же отважилась начать итальянка, видимо, взявшая на себя роль переговорщика. — Вы, наверное, уже догадались, зачем мы к вам пришли. Я — Виттория делла Ровере, герцогиня Урбинская. Это Эйелен — дочь Старшего жреца Империи Ацтеков. Мы желаем выйти замуж за Владислава и войти в семью на правах младших жен. Мы имели разговор с Владиславом, и он отправил нас к вам. На его особое внимание к нам мы не претендуем. В моем случае это, скорее, политический брак, ну, или брак по расчету. Эйелен, насколько я знаю, любит Владислава. Ей все остальное побоку. Но об этом она расскажет лучше меня.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
—Я люблю Владислава, — гордо выступила та вперед. — Он начал мне сниться больше года назад. И с тех пор я постоянно вижу сны, в которых он то погибает от рук тьмы, то побеждает ее, но тогда погибаю я. Мне безразлична моя жизнь, если в ней не будет его. Мое сердце навеки с ним, и я знаю, что если буду рядом, то лучше умру сама, чем позволю погибнуть ему. Даже если вы откажете, я все равно не отступлюсь. Наши жизни связаны, и в нужный час я сделаю правильный выбор. Тьма придет на землю, и я хочу стоять в одном строю с ним и сражаться вместе за наше счастье.
Ее слова табуном мурашек пробежали у меня по спине. Тут и без помощи Селены было понятно, что она говорит искренне, ну, или по крайней мере, верит в то, что говорит. Но и сдаваться так просто я не собиралась.
—Виттория, — сказала я. — Насколько я знаю, у Влада довольно напряженные отношения с твоим дедом. Говоря проще, он хочет его убить, и это желание обоюдно. Как он посмотрит на твой брак с ним? Думаешь, твоя семья одобрит его без согласия Папы Римского? Пойдет против центральной власти Италии?
—Семье нужны торговые выходы в Российской Империи, — отозвалась она. — А породниться с Громовым — значит, заполучить себе надежного союзника как в ее пределах, так и в любой стране, в которую мы войдем со своими торговыми предложениями. Княжеский род, известный и уважаемый далеко за пределами России. Лучше партии для меня не придумать. К тому же, чего скрывать, Влад очень недурен собой и явно сможет произвести впечатление при любом дворе, даже если не брать во внимание, что он единственный на земле Высший маг всех стихий. Идеальный вариант для такой девушки как я. Но, повторюсь, особо претендовать на его внимание я не буду. Мне достаточно статуса его жены, не более.
К тому же я не войду в род приживалкой. У меня огромное приданое и сильная деловая хватка. Гарантирую, что сумею в течении года удвоить финансы рода. С моими связями и поддержкой рода я смогу реализовать все свои планы, коих у меня много. А финансы рода — это один из краеугольных камней его благополучия.
Ее прагматичный ответ несколько ошеломил меня. Насколько я знаю Влада, он терпеть не может политические браки, хотя и признает их необходимость. И в то же время, девушка из враждебного нам рода — сможет ли она вписаться в семью? Не поддастся ли на влиянию со стороны? Сможем ли мы ей доверять? Черт, все-таки тут без Селены не обойтись! Как по мне, так все звучит логично, но слишком уж гладко.
Зазвонивший телефон оторвал меня от размышлений. Звонила Ольга и, узнав, что мы у себя, сказала, что через пару минут будет. Голос у нее при этом был какой-то напряженный.
Стук в дверь прозвучал, как гром среди ясного неба, заставив всех испуганно вздрогнуть.
Вика, решившая сегодня играть роль швейцара, открыла дверь, пропуская внутрь Ольгу. И тут же я уловила ее ярость и вскинувшиеся щиты. Следом за Ольгой в комнату вошла Нарышкина.
—М-да, день пройдет куда интереснее, чем я предполагала, — подумала я, глядя на них.
Внезапная боль вдруг скрутила меня с такой силой, что я откинулась на кровати, не в силах вздохнуть. Тоже самое происходило с Викой и Ольгой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Влад, ему плохо!!! — страшная мысль обожгла меня. Сила берегини рода волной поднялась во мне, стремясь куда-то за пределы мира.
— Держись, любимый, мы поможем!..
Владислав Громов или уже нет?
…Миг — и я снова ощущаю свое тело. Свое? Нет, это не мое тело! Костяные пальцы сжимают посох, чье навершие горит мертвенно-зеленым, ядовитым пламенем. Голый костяк покрывают стальные латы, иссеченные чужими письменами. На плечах плащ, черный как ночь, с вышитым золотом гербом. Кто я? Лич? Некромант? Наверное, лич. В голове ворох чужих мыслей и воспоминаний. Позади меня стоит войско, мое войско… Мертвое войско, нет, не так — войско, в котором нет живых. Впереди чужие. Они называют себя Армией Света. Они пришли забрать у нас то, что принадлежит нам по праву уже много веков.
