Можно ли установить эту систему на самолет так, чтобы в ходе ремонтов и профилактик ее никто не видел? Безусловно, ведь в самолете сотни километров кабелей, и проходят они между корпусом и обшивкой, под полом. Если эти кабели целы, то за всю жизнь самолета никто и не подумает демонтировать обшивку, чтобы заглядывать в скрытые места. А в таких местах кабели управления можно разорвать, поставит реле, сделать отводок на усилитель, радиостанцию и компьютер (если этот самолет после команды с земли должен лететь сам, как «Томагавк»). Сегодня все это оборудование миниатюрно. Как может выглядеть радиостанция, легко понять, взглянув на сотовый телефон, как может выглядеть компьютер — нужно взглянуть на ноутбук (с учетом, что экран и клавиатура этому компьютеру не нужны). То есть все это оборудование легко спрятать на самолете так, что его никогда не найдут, если не будут искать специально. А для этого тайна должна сохраняться строжайше.
Есть и еще один момент. Представьте, что террористы с биологическим оружием захватили самолет и ведут его к Нью-Йорку. Вы, работник спецслужб, перехватили его управление и ведете в океан, чтобы там его утопить подальше от берега: это единственный выход. (Он, кстати, хорошо рассмотрен в американском фильме «Операция „Медуза“», правда, там летчик сам ведет самолет в океан). Что будет делать экипаж? Правильно, он на всех частотах своей радиостанции будет вопить, что вы не правы, что с террористами надо договариваться, как Черномырдин с Басаевым, и т. д. и т. п. Все эти разговоры будут записаны и после этого вас линчуют, поскольку опасность гибели сотен тысяч человек будет уже казаться иллюзорной, а гибель экипажа и пассажиров будут реальны. Что нам, на месте спецслужб, остается делать? Правильно, одновременно со взятием управления самолетом на себя отключить на нем радиостанцию и «черные ящики», поскольку они могут сохраниться. А гибель самолета списать на террористов или даже на несчастный случай, чтобы сохранить систему в тайне и предотвратить с ее помощью еще один подобный теракт.
А теперь, с позиции этих размышлений, давайте снова взглянем на теракты в США 11 сентября 2001 г.
С автоматикой проще, нежели со смертниками
Уже начав представлять себя на месте руководителей спецслужб, давайте, в свою очередь, представим себя и на месте бен Ладена. Давайте мысленно попробуем осуществить лишь один момент этих терактов — организовать два десятка смертников для засылки их в США.
Решиться на собственную смерть человек может только в случае крайнего душевного подъема (крайней, возникшей в бою ярости, крайнего религиозного возбуждения) либо в случае крайнего душевного угнетения. Такие случаи и называют крайними, поскольку они редки и их не просто создать и поддержать. Поэтому те, кто готовит смертников, обязаны, насколько я знаю и понимаю, сделать все, чтобы не расхолодить их перед актом их самопожертвования. Во Второй мировой японец, выразивший желание стать камикадзе, помещался в общество таких же, как он, в котором все разговоры и все мысли сводились воспитателями к высокой чести, высокой радости и славе гибели за императора, в сочетании с воспитанием ненависти к американцам как убийцам мирных японцев. Камикадзе не выпускали ни в какие последние отпуска в обычный мир, к обычным людям. Если парень готов, то: прощальная чашечка саке, восхищенные взгляды товарищей, в самолет, шасси сбросил — и вперед! И голове, занятой поиском в океане американских кораблей, не до того, чтобы передумать. То же мы видим и в Палестине. Насмотревшись на израильские зверства, на еврейский расизм, молодой палестинец или палестинка выражают желание отомстить, их собирают в лагеря, муллы их обрабатывают, затем: вокруг тела пластиковая взрывчатка, в автомобиль, не более часа езды до скопления израильтян — и на небеса! Главная задача — не дать смертнику передумать, не дать отвлечься от мысли о задуманном.
Между прочим. Именно так разубеждают самоубийц — их просят: «Не молчи, поговори со мной». И отвлекают.
А нам, бен ладенам, как подготовить смертников? Ведь даже если мы где-то в лагерях в Афганистане их и подготовим, то ведь потом они недели или месяцы должны в одиночку добираться до Америки и жить там, общаясь с традиционно улыбчивыми («Держи улыбку!» — их правило) американцами. А убивать смертнику надо будет именно этих, мирных американцев, а не солдат. И если смертники все же будут сохранять злобу, то как им не вызвать этой злобой подозрение и слежку за собой в стране, насыщенной агентами спецслужб и доносчиками? Как хотите, но мне кажется, что задача подготовить и послать в США смертников настолько сложна, что просто не решаема.
А вот спецслужбам США организовать эти теракты элементарно! Уверен, что начиналось все так. Истинные руководители спецслужб США и Пентагона, встречаясь друг с другом неофициально, все время вели разговоры о будущем США, о том, что США разоружаются бездумно, что народ США не думает о будущем и т. д. При таких разговорах выделялось ядро единомышленников, а те, кто с этим был не согласен, в будущем на такие неформальные встречи не приглашались и со временем подводились под сокращение: хочешь сокращения спецслужб и вооруженных сил — сокращайся сам! Победа Буша над Гором могла быть рубежной — народ США совсем ополоумел и не видит даже мусульманской угрозы! В разговорах появлялись нотки, что народу США надо было бы для его же пользы преподнести предметный урок. В конце концов, кто-то внес предложение: «Если джентльмены не против, то я мог бы подумать об этом». Джентльмены, безусловно, согласны и в знак солидарности и будущей помощи крепко, с чувством пожали добровольцу руки. Уверен, что было именно так, потому что бюрократы органически не переносят возлагать на себя ответственность, тем более в преступных делах, — они предпочитают, чтобы понимали их намеки, а при разборе неудачного дела никто бы не смог предъявить им конкретного обвинения, скажем в сговоре.
Доброволец, взявшийся показать американцам, что значит остаться без защиты спецслужб, вызвал к себе очень доверенного человека, с которым уже проворачивал преступные делишки к личной выгоде, — какого-нибудь, условно скажем, полковника, — и с ним обсудил план теракта.
Если системы по управлению самолетами с земли уже установлены на всех или многих самолетах, то тогда этим двоим понадобится еще третий, кто не мог не быть в курсе дела, — оператор станции наведения. Если эти системы не установлены, то тогда, возможно, еще один человек был в курсе дела, но даже не того, что задумали негодяи, а просто того, что такие системы им установлены и на каких самолетах. Все остальные работники спецслужб и привлеченные специалисты могут и по сей день не догадываться, что они делали и что устанавливали на самолеты, поскольку эта работа наверняка проводилась не только в режиме строгой секретности, но и под прикрытием различных легенд. Тем, кто делал дополнительную проводку, объясняли, что она для датчиков контроля. Тем, кто ставил на проводку усилители и компьютеры, объясняли, что это элементы подслушивающих устройств, и т. д. А, скажем, операторы станций наведения учились управлять и сажать бомбардировщики и истребители, «у которых в бою погибли летчики».
(Но я все усложняю, возможно, что все элементы системы управления пассажирскими самолетами с земли уже вмонтированы в приборы самолета, являются их составными элементами и, по легенде, имеют какое-то другое назначение, в связи с чем ремонтный персонал и не обращает на них внимания. Зачем, скажем, ставить на самолеты еще одну радиостанцию, если на самолете она уже есть? Зачем компьютер, если он есть? Сегодня все узкие специалисты, и вряд ли кто способен охватить все электрооборудование самолета в целом. Специалист по радиоустройствам не имеет представления ни о компьютерах, ни о навигационных приборах. Он и думать не будет, зачем в радиостанции какой-то блок соединен кабелем с рулевым блоком. Если в самолете отдельно взятые приборы и устройства работают, то, значит, все в порядке.)
Таким образом, нашему условному полковнику надо просто найти среди операторов станций наведения того, кто за деньги согласился бы выполнить эту работу. Шифры, коды, пароли и всю необходимую документацию шефу разведслужбы принесут его люди, не догадываясь, зачем это ему нужно. Полковнику останется установить на башнях ВТЦ в Пентагоне радиомаяки для наведения на них самолетов. Интересный момент: на башнях маяки, видимо, имел возможность поставить любой человек, но в здании Пентагона посторонний бросается в глаза и вызывает подозрение. В каком отделе Пентагона появление работника ЦРУ или ФБР может вызвать наименьшее подозрение? Правильно — в отделе по планированию антитеррористических операций. И якобы рейс 77, взлетевший из Вашингтонского аэропорта, врезался в Пентагон именно в этот отдел!
