— Как же современный человек хочет определенности! Вам нужно знать имя бога, чтобы ему поклоняться, видеть лицо правителя, чтобы его признать. А на самом деле все намного проще! На самом деле не важно, каково имя бога и кто кого создал. Вселенная — она для всех. Стулу можно придумать сотни названий и форм, но суть от этого не поменяется. Запомни это, маленькая травница. Сами люди своими молитвами делают одно место святым, а злодеяниями создают места проклятые. Они придумывают кучу названий, а суть от этого не меняется. Если поставить на месте капища христианский храм, это все равно останется святым, намоленным местом. Или если сделать старые языческие праздники христианскими, от этого тоже ничего не изменится! Понимаешь?
— Понимаю, — задумчиво сказала Полина. — Значит, не имеет значения, христианский ли это обычай или языческий. Так получается?
— Вот именно, — с умным видом сказал домовой. — Главное не названия, а значение.
На занятиях Полина продолжала думать об устройстве мира, чем немного раздосадовала подругу. В таком настроении собеседница из нее была никакая.
А травнице, тем временем, было интересно, как выглядит князь, где он живет, как ведьмаки ему отчитываются? С Президентом и мэром все было куда проще! Достаточно было посмотреть новости или почитать законодательство.
— Привет, — сказал мужской голос и, несмотря на то, что он прозвучал спокойно, Полина встрепенулась.
— Привет, Мир, — первой отреагировала Таня.
— Привет, — сказала Полина больше для того, чтобы не показаться невежливой, чем от радости лицезрения его персоны.
Парень явно заметил, что она не сильно рада его видеть и уже хотел откланяться, когда Полина вдруг передумала и схватила его за рукав:
— Есть разговор, — сказала она серьезно.
— Поехали, — сказал Мир.
Полина встала из-за парты. Таня тем временем переводила шокированный взгляд с одной на другого, и, как только травница была готова открыть рот, чтобы дать объяснение своему поведению, по лицу подруги расплылась наглая понимающая усмешка.
— Это не то, что ты думаешь! — разозлилась Полина.
— Конечно-конечно, — сказала Таня, но ее улыбка стала еще наглее.
Поле только и оставалось, что махнуть на подругу рукой и последовать за Миром.
— Только я на это твоей штукенции никуда не поеду!
— Какой штукенции? — спросил парень, когда мимо них прошли Маша и Карина. Травница не сомневалась, что если бы они были на это способны, то ее ждала бы немедленная мученическая смерть.
— Я имею в виду мотоцикл, — сказала она напряженно.
— Не сезон, — ответил Мир. — Поедем на машине, — и он открыл перед ней дверцу внушительного автомобиля.
— Ого! — удивилась Полина. — Ничего себе!
Парень только пожал плечами и сел на водительское сиденье:
— Туда же? — спросил он.
— Почему бы и нет. А что, есть другие варианты?
— Есть, но это тихое мирное заведение. Совсем не хочется оказаться в одном из наших.
— Почему?
— Поверь мне, это ни к чему.
Полине ничего не оставалось, как довериться однокурснику. В конечном итоге, он один из тех людей, от кого она могла получить информацию, хотя с Миром это всегда было тяжело. Он постоянно завуалировал свои ответы, в отличие от Саныча или Инессы.
Когда они удобно устроились за отдаленным столиком, Мир сказал:
— А может ну его, этот институт, — он чуть улыбнулся. — Давай приезжать прямо сюда!
— Не смешно, — ответила Поля. — Я, между прочим, тут по делу.
— Из этого мне стоит сделать вывод, что дело у тебя ко мне есть не всегда.
— В точку! — сказала девушка, прежде чем подумать. Мир с некоторым любопытством наблюдал игру эмоций на ее лице. — Я не то хотела сказать, — жалобно добавила она.
— А, по-моему, именно это, — усмехнулся он.
— Да ты бы сам не хотел, если бы я постоянно была с тобой! — возмутилась она, пытаясь сыграть на вольнолюбии парня.
— А вот это неправда, — сказал он спокойно и обернулся к официантке, которая подошла к их столу. Пока Мир делал заказ, Полина пыталась осознать, что он только что ей сказал. Неужели он… он хочет быть с ней? Всегда?
Когда официантка отошла. Девушку прорвало:
— Что ты этим хотел сказать?
Парень спокойно на нее смотрел, а ей хотелось перелезть через стол и трясти до тех пор, пока он не ответит.
— Только то, что ты не права, когда говоришь, что я не хочу быть с тобой.
Девушка моргнула.
— Подожди… — она наклонила голову и покачала ею, выражая крайнее недоверие к услышанному. — Я ведь… совсем не для этого тебя сюда позвала, а теперь слышу такое!
— Значит, давай поговорим о том, что ты хотела знать.
— Нет уж! — занервничала Поля. — Ты извини, что я не расплылась озерцом у твоих ног от подобных новостей, но…
— Ты и не должна, — спокойно пожал плечами парень.
— Ты… Ты! — девушка бессильно откинулась на спинку стула, а потом отчаянно выдавила: — Черт!
— Мне казалось, мы уже с этим все выяснили, — сказал он спокойно.
Полина устремила взгляд через стол. Парень был спокоен. Даже расслаблен. Он не походил на юнца, который сделал признание в любви и со страхом ждет ответа избранницы. Он просто ждал ответа. Практически без эмоций.
— Ты меня не любишь, — резюмировала Полина, но замолчала, потому что официантка принесла им кофе и круассаны. Когда она отошла, травница впилась в Мира взглядом, ожидая ответа.
— Но ты мне очень нравишься, — спокойно возразил парень. Вот это была правда. Она почувствовала это нутром.
— Но ты меня не любишь, — повторила она.
Кончик рта парня дернулся, он помолчал пару секунд, а потом ответил:
— Это может изменится.
— Ты меня не любишь, — как заклинание повторила девушка.
— Послушай, Дашко, я понимаю, что вы, девушки, начитаетесь сказок про Золушку, Спящую красавицу…
— Мирослав Суздальский, что ты такое говоришь?!?
— Я говорю о том, что ты мне нравишься, женщина. Настолько нравишься, что я даже этого не ожидал!
— Я ничего не понимаю, — жалобно ответила девушка. — Я не уверенна, что хочу продолжать этот разговор.
— Ладно, — согласился парень. Вид у него вдруг стал слегка надменный. Вернее, он почти всегда таким был, исключение составляли те случаи, когда разговаривал с ней. Он сделал пару глубоких вдохов и опять расслабился. — Давай лучше поговорим о том, для чего ты меня позвала.
Полине тоже было нелегко перестроиться, но она все же начала:
— Мир, понимаешь, — она все еще смотрела на него с опаской, — мне не с кем посоветоваться, кроме как с тобой. Кики ничего не знает, мой домовой не всегда все говорит, а моя подруга Инесса, предсказательница, она почти ничем не интересуется. Она хочет принадлежать мирскому закону, а не старопорядческому.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
