К ней приблизились двое. Женщина и мужчи… Нет, не может быть! Монстр! Андрей Константинович! Не уезжайте, не бросайте меня! Но они уже открыли дверцы, улыбаясь друг другу и мило о чем-то беседуя. Женщина была высокая, светловолосая, с крупной родинкой на подбородке. Парочка находилась в двух шагах от окна и не могла меня не слышать. Я стучала так, что любое другое стекло тотчас разлетелось бы на осколки. А это было плотным и герметичным. Разбить его не представлялось возможным: в зоне осязания не было подходящих предметов, сапожки куда-то уплыли. Вода дошла уже до груди. Машина тронулась и медленно, словно издеваясь, поползла по стоянке. Не уезжайте! Не уезжайте! Не уезжайте!
Развеяв роковой момент сновидения, пробуждение уберегло меня от чудовищного конца!
Время покачивало мою лодку жизни в предрассветной заводи, унеся от свирепых порогов. Скоро зазвонит будильник. Илья будет собираться в школу. Лихорадит. Сердце не унять. Я знаю, сон предвещает плохое. Сны, сулящие радость или ничего не сулящие, мне никогда не снятся. Хотя мои видения случались крайне редко, все они до единого случая передавали негативную энергию будущих стрессов. Это с детства удивляло мою маму, а отец философски задумывался об обратной связи времен. Как бы там ни было, с момента моего пробуждения таймер начал отсчитывать минуты до взрыва.
Что взрывоопасного в том, что этим же днем Глава позвонил и стал интересоваться, где я нахожусь в данный момент и куда в ближайшее время направлюсь. Не чувствуя подвоха, я охотно ответила на вопрос и порадовалась его заинтересованности моими планами. Однако после этих вопросов не последовало больше ничего. Мой мужчина закончил разговор, объяснив, что всего лишь желал услышать мой голос.
Я продолжала пребывать под впечатлением еще какое-то время. В такой эйфории и застал меня Мишка.
– Привет, девчонка! Как дела? Я не слишком огорчил тебя в прошлый раз? – дружелюбно поинтересовался он по телефону.
– Даже не знаю, что тебе сказать.
– Скажи, как есть.
– Лучше дам совет. Не принимай все слухи за действительность.
– Это очень ценный совет, но звоню я вот по какому поводу. Только что наблюдал забавную картину в нашем магазине.
– И какую же?
– К нам являлся господин А.К. (Мишка помолчал, ожидая реакции). Да не один. С ним была женщина. А сам он вел за руку маленького ребенка.
– Девочку?
– Почему девочку?
– У него есть внучка.
– Нет. Мальчика.
– Странно…
– И мне так показалось. Насколько я знаю, А.К. не женат. Он так заботливо выбирал мальчику компьютер, ну прямо по-отцовски. А дама, где-то твоего возраста, на радостях целовала его. Марина – так он, кажется, ее называл.
У меня голова пошла кругом. Все это не поддавалось никакому здравому объяснению.
– Самое главное, Наташа, по указанному адресу компьютер будем доставлять мы. И устанавливать. В смысле, сотрудники магазина. Можешь похвалить меня за инициативу: вызвался я.
Слов для похвалы, конечно, не нашлось, хотя я понимала, что Мишка шутит. Мне стало так неловко, будто только что я совершила что-то постыдное. В моей жизни все было серьезнее, чем в его стороннем представлении.
– В общем, я позвоню тебе часа через три, – “обнадежил” меня друг, наверное, полагая, что оказывает мне услугу.
Все эти три часа я не находила себе места. За рулем теряла контроль. В таком состоянии повезла Илью в спортклуб. А когда ехала обратно, позвонил Мишка. Я полминуты думала, брать трубку или нет, боясь еще одного потрясения, но решила, наконец, что от правды не спрячешься. Мишка принялся докладывать.
– Мы с водителем приехали в какой-то двор. Поднялись, кажется, на третий этаж. Да, на третий. Номер квартиры – девять(!) в форме полумесяца, поэтому и запомнил.
– Где, где этот двор?
– Я забыл улицу. Завтра у водителя спрошу. Там, кажется, был магазин.
– Ну, вспомни, я прошу тебя! – взмолилась я.
– Ну не помню, клянусь. Открыла та женщина, которая была с НИМ. Молодая. Волосы светлые до плеч. Был там и мальчик. Что еще?.. Да! У нее на подбородке родинка.
Сквозь меня прошел колкий холодок.
– В общем, я компьютер установил. Мальчик все вокруг бегал, а женщина к его уху то и дело подносила телефон. Мальчик говорил, мол, такую игру купи, дядя Андрей, или лучше такую. Женщина тоже говорила ему спасибо, целую… И все такое.
Я была ни жива, ни мертва.
– Какая она, Миш?
– Ты знаешь, не могу понять, что он в ней нашел. Серая мышь в очках. Я бы с ней всего разок и больше не стал. Ой!
И поняв, что я не отреагировала на его откровенность, добавил:
– Ты, Наташа, во много раз лучше. С тобой бы я… А ведь я тебя предупреждал! Предупреждал ведь?
– Не надо, Миша, пожалуйста. И спасибо тебе, – упавшим голосом пролепетала я.
– За что?
Но я уже отключилась. В моей голове завьюжило. Снова позвонил Мишка:
– Я вспомнил. Там была парикмахерская “Наташа”. Я тогда еще о тебе подумал.
Как я себя чувствовала в холодных сугробах, вы, мой читатель, представляете. И описывать незачем. И сил нет. Я не хотела никого видеть, ни с кем общаться. Не хотела домой. И в тот момент, когда я ничего не хотела, в мою зиму вклинился Монстр.
– Ты где у меня находишься?
– Я у вас не нахожусь, – спокойно старалась отвечать я, – домой еду. А что?
– Ничего. Может быть, я соскучился.
Моя машина даже вильнула.
– А поедемте завтра в кино? – ехидничаю, ведь он никогда себе этого не позволял (а у самой глаза на мокром месте).
– С тобой, – говорит, – хоть на край света!
Он в прекрасном настроении. Натешился с Мариной, вот и ликует.
– А я видела вашу машину.
– Где?
– У парикмахерской.
Молчание.
– Я внучке челочку подстригал.
Слезы уже побежали по моим щекам. Говорить я больше не могла.
– Я перезвоню, – промямлила и отключилась. Чтобы никто не мешал плакать. А потом успокоилась, набралась злости, налилась силой и позвонила Монстру.
– Привет, – говорю весело и мило щебечу, усыпляя его бдительность, а после чего выдаю:
– А я забегала в эту парикмахерскую, решив посетить солярий. Очень хочется быть для вас красивой.
– Что ж, это здорово.
– Правда, сегодня там девочек не подстригали. И мальчиков тоже.
– Да ладно… – растерялся Монстр.
Я набрала побольше воздуха в легкие.
– Андрей Константинович, может быть, хватит ломать комедию! Я жду от вас правды, а вы юлите. Вы трус?
Чувствую, как мой хитроласковый голос вонзается в собеседника.
– Какой трус?.. Почему?.. Ой, не пойму, что ты говоришь. Ухо заложило. Але, Але…
Я горько смеюсь.
– Ну, так что? – продолжаю нападать. –
