– Не знаю, есть ли такие сумасшедшие, – покачал головой Нэран, пересаживаясь на ветхую скамью у стены. – Как можно хотеть умереть? – юноша наблюдал, как его спутница достает из разных тайничков припасы: сушеные грибы, сухари, вяленую до каменного состояния, покрытую кристаллами соли рыбу, какие-то сушеные травы.
– Ну, если прожил хорошую жизнь, если успел сделать все, что задумал, если дети выросли и завели своих детей, то можно покинуть мир с чистой совестью.
– Может ты и права. Давай я помогу, – предложил он, когда Лэли начала готовить ужин. Подниматься на самом деле не хотелось, хотелось прислонить голову к стене, закрыть глаза и не открывать их всю ночь, тем более что печка, покоптив немного, начала исправно греть.
– Сиди, отдыхай.
– Мне стыдно, – признался Нэран. – Ты летела, а теперь еще и ужин готовишь.
– Успокойся, – довольно сухо ответила Лэли. – Я хоть и наполовину, но гварна. А их создали весьма выносливыми. Гварна может лететь пять суток, не садясь на землю, без еды и воды, и после этого, отдохнув самую самость, лететь обратно.
– Но все-таки. Давай я хоть посуду сполосну.
– Как хочешь.
Нэран сгреб со стола пыльные глиняные миски и вышел на улицу. Небо снова было темным, получается, они летели остаток ночи и весь день. Интересно, большое ли расстояние удалось преодолеть?
Набрав чистого снега, юноша протер им посуду, постоял немного, глядя на темнеющий лес, вдохнул полной грудью морозный воздух и вернулся обратно в тепло. По домику уже плыл восхитительный аромат рыбного супа.
Тесса с неподдельным изумлением смотрела на то, как ее щуплый спутник поглощает блюдо за блюдом. Сама девушка поклевала немного одного, немного другого и теперь наслаждалась пирожными. Наконец, Аданэл с блаженным видом откинулся на спинку стула.
– Какие у вас планы на вечер, госпожа Тесса?
– Я не знаю, – растерялась девушка. – А какие у меня должны быть планы? Мой брат пропал, разве мне сейчас может быть до веселий?
– Ой, прости. Об этом я как-то не подумал.
Подошедшие слуги бесшумно убрали со стола, принесли в серебряных чашечках отвар из листьев земляники: трактир Аданэл выбрал из самых дорогих, куда простым людям путь был заказан. Зато здесь не нашлось ни смутивших бы взор юной девушки пьяниц, ни грязных скатертей, ни несвежей еды. Тесса долго с удивлением рассматривала украшавшие стену драпировки и живые растения в кадках.
– Когда же я тогда смогу тебя еще раз увидеть?
– Может тогда, когда появятся какие-нибудь новости о моем брате, и ты придешь меня проводить к Его Величеству, но, видя, как опустились уголки губ юноши, как поникли его плечи, Тесса пожалела Аданэла. – Но если тебе очень хочется, приходи вечером к нам в гости на ужин. Динира печет чудные печенья с сушеными ягодами.
Аданэл расцвел. Проводив девушку домой, окрыленный предвкушением вечера, он отправился во дворец, чувствуя, что улыбка не помещается на лице.
Перед дверью королевского кабинета, помимо стражи, стояло еще четверо человек, что-то активно обсуждавших. В стоящем с краю Аданэл узнал Аль Арвэ. Девушка была в самом походном виде, хоть сейчас сажай на коня и отправляй куда-нибудь. Впрочем, так, наверное, и было. Аль, скорее всего, куда-нибудь отправили, и она просто на несколько мгновений задержалась, чтобы перемолвиться парой слов с вернувшимися из дальних странствий коллегами.
– Приветствую вас, доблестные вестники! Хорошие ли вести вы привезли? – дурашливо поинтересовался Аданэл, заходя к беседующим со спины.
Стоящий ближе всех к нему русоволосый мужчина вздрогнул.
– Колючка! Напугал!
– Раддир, а как же твоя слава самого храброго человека в Хэрвеке?
– Отстань. Репей. Тебя все равно не касается то, что мы привезли.
Словно в ответ на эти слова дверь королевского кабинета приоткрылась, оттуда совсем не по-королевски выглянул Алиэр.
– Дан, – Его Величество поманил маленького доверенного к себе.
Аданэл гордо прошествовал между рослыми порученцами, перед самой дверью неожиданно резко повернулся и показал им язык. Не успели мужчины ничего предпринять ответ, как дверь за наглецом закрылась.
– Уже восемнадцать лет, – укоризненно покачал головой король. – А все как маленький.
– Я не виноват, оно само получается, – ухмыльнулся Аданэл, дождавшись разрешения, он плюхнулся в кресло и развалился там.
– Будешь плохо себя вести, в шуты переведу.
– Не, Ваше Величество, тогда за меня придут просить все придворные.
– Почему же? – заинтересовался Аданэл.
– А они от меня вешаться будут.
– В этом ты, пожалуй, прав. Ладно, ходи пока в порученцах. Мне сейчас только повесившихся придворных не хватает.
– Что же все-таки случилось? Вы же посылали этих троих в соседние государства? Есть какие-нибудь новости?
– Да, – Алиэр уселся обратно за стол и развернул один из свитков. – Я узнал как обстоят дела с пропажами людей в трех соседних государствах. В отличие от Хэрвека процент пропаж обычных людей, магов и ведьмаков одинаков. И в целом людей пропадает гораздо меньше, чем у нас. Почти в шесть раз.
– Но и Великих магов у всех троих соседей в складчину столько же, сколько у нас, так что это ни о чем не говорит.
Алиэр тяжело вздохнул.
– В общем ничего не прояснилось. Отчеты тайной службы тоже ничего не дали. Тупик.
– Ваше Величество, не расстраивайтесь, что-нибудь может выплыть в любой момент.
– Дан, – король поднял голову. – Я хочу отправить тебя к Геннерскому Великому магу с письмом.
– В котором предложите ему во всем сознаться. Я знаю, что давно вам надоел, – состроил трагическую мину юноша.
– Нет. Я просто хочу назначить ему встречу. Вдруг он согласится хоть что-то рассказать, хотя бы про Нэрана с Сиргалом.
– Да, Ваше Величество. Я готов. Когда прикажете отправляться?
– Чем скорее, тем лучше. Завтра с утра.
Маленький доверенный поднялся, кивнул по-птичьи, принял из рук короля свиток, и удалился.
– Не обижайся, – прошептал закрывшейся двери Алиэр. – Мне, правда, некому больше довериться, – король тяжело вздохнул и вернулся к своим документам, он перепроверял отчеты по налогам, и пока получающаяся картина ему очень не нравилась.
Они поужинали просто, но еда, приправленная лучшей из приправ – голодом, показалась великолепной. Вместе вышли на улицу, чтобы вымыть снегом посуду. Все это время юноша наблюдал за своей спутницей, раздумывая, что же ее до сих пор заставляет оставаться с ним, ведь они уже выбрались из города.
Хотя Нэрану приходилось видеть Лэли даже без одежды, но он сумел оценить до чего же она красива, только рассмотрев невероятные движения, полные грации и силы. И крылья были неотъемлемой частью человеческого тела. Юноша попытался представить Лэли без этих черных теней за спиной. Странно, у многих такое отклонение от нормы вызвало бы отвращение, Нэран видел, как женщину стошнило, когда она увидела мальчика с перепонками между пальцев, сам же юноша испытывал только восторг, глядя на гварну, и даже, пожалуй, легкую зависть. Ему тоже хотелось бы иметь крылья, расправить их, почувствовать, как ветер наполняет перепонки и отрывает от земли. Маг с трудом сдерживался, чтобы не погладить бархатистую черную поверхность, но все же крепился, не зная, как это воспримет Лэли. А то как шарахнет! На память то и дело приходило зрелище, как девушка разнесла в клочки защиту Великого мага. Разве их не смогут выследить после такого?! Но Лэли была на удивление спокойна. Вообще же, иногда, когда юношу одолевало всевиденье, он начинал видеть гварну похожей на огромное дерево – корни силы уходили от нее глубоко в землю, выбираясь наружу, обвивали тело жгутами и рассеивались вздымаясь вверх, будто крона раскидистого дуба.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
