хорошо, — согласился Дуглас, переодеваясь. — Телеграфная компания — отличное место работы.
— Я не знаю телеграфии, — поделился я сомнениями.
— Разберешься, — махнул рукой Дуглас. — Главное, зацепиться. — Он надел свои любимые домашние тапочки и достал из жилетного кармана часы. — О, как уже поздно! Джейк, сегодня ночуешь у нас, куда тебе по такой погоде. Я пойду посмотрю, может быть, хозяйка еще не спит…
— Да я на полу отлично устроюсь, — сказал Джейк. — И не в таких условиях жил…
Но Дуглас все же ушел, а потом вернулся с кружком колбасы в руке.
— Хозяйка давно спит, — объявил он невнятно, прожевывая уже откушенное. — Ничего, я тебе сейчас что-нибудь придумаю…
Утром я едва не раздавил Джейка: наступил на него, потерял равновесие и чуть не рухнул сверху. Джейк высунул голову из одеяла и выразился спросонья так, как не подобает выражаться приличному квакеру. Дуглас — птичка ранняя — сидел за столом и чиркал пером по бумаге. К завтраку он обычно успевал написать мелким, но очень разборчивым почерком несколько страниц. А после завтрака выходил, как на службу, на прогулку по Майн-стрит и Фронт-стрит — собирать новости, так что проводить меня до парома было ему по пути. Джейк увязался за нами: он с утра посекретничал о чем-то с Дугласом и, похоже, выклянчил у него какую-то сумму на расходы, потому что вдруг объявил, что поедет на пароме со мной.
— Зачем? — удивился я.
— Драйден же сказал, что тебя надо оберегать, — объяснил Джейк.
— От убийцы майора Грина, — напомнил я.
— И от Мэрфи, — уточнил он.
— Джейку все равно нечем заняться, — сказал Дуглас. — Пусть пока поиграет в Пинкертона.
— За твой счет, — напомнил я.
— Я с него потом как-нибудь работой взыщу, — туманно пообещал Дуглас.
Паром уже был готов к отплытию. Норман нетерпеливо топтался у сходней.
— Лейтенант Ирвинг, если не ошибаюсь? — спросил Дуглас и представился. — Я слышал о вас от майора Драйдена.
— Уже не лейтенант, — ответил Норман, пожимая ему руку. — Уже совершенно штатский человек. Я тоже слыхал о вас от Драйдена. Вы в самом деле английский шпион?
Дуглас хмыкнул:
— Вот уж точно не английский. Мои предки перевернулись бы в своих гробах. А что, Драйден привлекал вас расшифровывать мои очерки для «Стрэнда»?
— Нет, просто консультировался, не считаю ли я их шифрованными записками. Я сказал, что не считаю.
— Ты шпион? — потрясенно спросил я Дугласа.
— Нет, просто похож, — ответил тот.
— Да его чуть не повесили прошлым летом, — сказал Норман. — Генерал Грант не дал.
— Мы с ним земляки, — объяснил Дуглас. — Он тоже из Огайо. И тоже шотландских корней. Моя мать из кентуккийских Грантов, и вроде бы, как говорят, какая-то отдаленная родня. Но я никогда не выяснял, так ли это на самом деле.
— Какие страсти, — пробормотал я.
— Да уж, — согласился Дуглас.
— Почему паром не отправляют? — оглянулся Норман. — Неужели сломался? Давно уж должны дать гудок…
— Хы, — вмешался Джейк. — Да еще час паром здесь простоит, если не больше. Вон гляньте! — Он указал в речную даль, из которой к Мемфису приближался пароход. Был он какой-то праздничный, обвешанный разноцветными флагами, на нем играла громкая музыка…
— Ну да, цирк, — подтвердил Дуглас. — Афиши в городе видали?
— Полдня коту под хвост, — поморщился Норман.
И в самом деле, в девятнадцатом веке, когда еще не было изобретено никакой записывающей аппаратуры, яркие зрелища надлежало смотреть живьем, иначе потом оставалось только пускать слюнки на картинки. И приезд в город цирка был именно таким зрелищем. Наверняка паром задержится, чтобы команда могла посмотреть выгрузку цирка.
Музыка и гудки подходящего парохода начала привлекать внимание горожан. Мемфисца, вообще-то, пароходом не удивишь, и музыка на пароходе — дело привычное, но яркие афиши, развешанные на улицах города, предупреждали, а потому горожане уже были подготовлены: на набережную прибежали мальчишки всех цветов кожи, а за ними подтягивались зрители постарше.
Пароход между тем подошел ближе к берегу, протянули сходни, и на берег, крутя сальто, жонглируя, изрыгая языки пламени выкатились циркачи. Они шумели, кричали, бегали — и начинало казаться, что их раз в пять больше, чем на самом деле. Повели на берег верблюдов в разукрашенных попонах, медведей в куцых юбочках, тонконогих лошадей в перьевых султанах — все щедро усыпано блестками, бусами, мишурой. Вывели слониху в узорном чепчике и с кабинкой на спине. Из кабинки две юные девушки, одетые настолько легко, насколько позволяли местные приличия, рассылали зрителям воздушные поцелуи. В роскошном перьевом уборе, в кожаных штанах с бахромой и с обнаженным торсом, расписанный красной и синей краской вышел, держа в руке томагавк, величественный индеец.
Дуглас при виде того индейца подался вперед и вроде как не поверил своим глазам. Чуть позже, когда шумиха с парад-алле утихла и циркачи начали расставлять на берегу шатры, зрители потянулись на пароход посмотреть остальной зверинец, а индеец бродил вокруг вроде бы без забот, Дуглас молча встал на его пути.
— Хай, бледнолицый брат мой! — радостно воскликнул индеец.
— Какое, к чертям, «хай!», — мрачно ответил Дуглас. — Какое может быть «хай», если по всему городу в афишах написано, что ты вождь племени кайова? «Хай» говорят лени-ленапе, а кайова должен говорить «хачо!».
— Все бледнолицые знают, что индеец должен говорить «хай», — возразил индеец. — Все грамотные, все читают Фенимора Купера. — Он оскалился и с воодушевлением поприветствовал нас с Джейком и Нормана: — Хай!
— Хачо, — ухмыльнулся Джейк.
— Познакомьтесь, — сказал Дуглас, обращаясь к нам. — Мой троюродный… или пятиюродный?.. в общем, кузен Арчи Маклауд. Из Шотландии, — и он быстренько представил нас своему кузену.
— В этой стране вообще есть настоящие индейцы? — спросил я.
— Встречаются, говорят, — сказал Дуглас. — Но по эту сторону Миссисипи крайне редко.
И мне почудилось, как рефрен: «Огромное спасибо президенту Джексону!»
* * *
Примечание Автора: тут команда парома сообразила, что неплохо бы, пока циркачи готовят место для представления, по-быстрому смотаться на тот берег и обратно. Вот Норман, а также Дэн и Джейк поспешили подняться на борт, а Автор всунул свой любопытный нос в беседу двух Маклаудов.
— Что за охота изображать из себя хрен знает что! — пробормотал Дуглас.
— Забавно, — оскалил зубы кузен Арчи. — Будет что вспомнить у камелька в окружении внуков и правнуков.
— С такими забавными приключениями ты до правнуков можешь не дожить, — возразил Дуглас. Однако мысль о внуках и правнуках явно придала направление его мыслям, потому что он спросил: — Как там дедушка Маклауд?
— Который дедушка? — спросил Арчи. — Твой или мой?
— Мой, разумеется. А что, твой после того, как мы его похоронили, ухитрился что-нибудь еще отчебучить?
— А как же! Бабушка… ну ты
