Читаем без скачивания Двойной удар - Джеймс Паттерсон

По обе стороны от меня высились жилые здания, свернуть я пока никуда не мог, но вот наконец впереди дорога пересекалась с другой магистралью. Бостон-стрит, подумал я. Я знал, что за этой улицей находится гавань. Это исключало возможности для маневра у «миаты» и, надеялся я, облегчало мою задачу.

Я могу нагнать ее — арестовать! И это будет пока что самым большим прорывом в деле.

Но когда я приблизился к перекрестку, купе с шумом пронеслось мимо. Я тут же свернул за ним. Может, сейчас его достану!

Мы теперь находились в двух рядах ехавших к центру машин. «Миата» ловко петляла среди них, но ускользнуть от меня не получалось. Я держался за ней. И снова вытащил «глок».

Когда женщина вновь сделала внезапный поворот направо, я был к этому готов. Левые колеса такси едва не оторвались от мостовой, но оно не опрокинулось.

Впереди показался обсаженный деревьями жилой квартал. Я заметил пешеходов.

У меня стеснило грудь. В такой погожий вечер дети будут на улице. Купе не замедляло хода. Неслось прямо вперед и даже увеличивало скорость.

Я налег на клаксон. Может, удастся предостеречь людей. Купе пронеслось мимо нескольких кварталов, и я мог лишь следовать за ним на близком расстоянии. «Если ты не первый, ты последний». Цитата из фильма «Баллада о Рикки Бобби».

Когда женщина попыталась сделать еще один поворот, улица оказалась слишком узкой для такой скорости. Купе резко затормозило — и я быстро приближался к нему.

Я снова ударил «миату» в задний бампер, на этот раз не умышленно. Я знал, что основательно попортил такси.

Купе свернуло за угол, въехало на тротуар, потом на чей-то газон. Я услышал в темноте женский крик. Двое людей отскочили с дороги.

Я сосредоточенно глядел прямо перед собой. Увидел впереди «Бест вестерн». Что за черт?! Оказалось, меня вынудили описать громадный круг по Балтимору и району гавани.

Увидев шоссе впереди, я понял, что женщина нашла способ обогнать меня.

А я не мог допустить этого!

ГЛАВА СЕМИДЕСЯТАЯ

В ушном вкладыше снова послышался голос Бри:

— Перекрыть все выезды! Повторяю. Перекрыть все выезды! — Она определенно владела собой. Я, к сожалению, нет. — Алекс? Алекс? Слышишь меня? Алекс?

— Бри! Я здесь!

— Что происходит? Ответь. Где здесь? С тобой все в порядке?

Купе сделало тот поворот, которого я и ожидал, и понеслось по автостраде к И-95. Теперь мы находились всего в одном квартале от отеля, нашей отправной точки. Вся эта поездка была очередной хитростью? Так?

— Кто бы ни был в машине, он едет к шоссе! «Миата» направляется к И-95! Я еще могу догнать ее.

— Где, Алекс? К какому въезду?

— Прямо у треклятого отеля!

Я стиснул руль, готовясь въехать на пандус, но купе пронеслось мимо него. Секунду спустя я тоже.

Что дальше?

Почти тут же вспыхнули стоп-сигналы купе, я услышал, как оно пошло юзом, и увидел, что машина развернулась почти на сто восемьдесят градусов.

Когда я нажал на тормоза, «миата» понеслась мне навстречу. Вильнула, чтобы не столкнуться со мной, и, пока я разворачивался, въехала на пандус. Потом скрылась в облаке пыли.

— Едет на север по девяносто пятому! — крикнул я Бри. — Я продолжаю преследовать ее!

Я въехал на шоссе и промчался на такси со скоростью около ста миль мимо нескольких развязок. Но в конце концов сбавил газ и с досадой стукнул кулаком по пассажирскому сиденью.

На ближайшей развязке я свернул.

Бри с Сэмпсоном ждали меня у входа в отель, там стояло с полдюжины патрульных машин, их проблесковые маяки сверкали в темноте. Снаружи были и почти все зрители, наслаждавшиеся каждой минутой этого хаоса и безумия.

На стоянке путь мне преградил здоровенный байкер с белой бородой.

— Эй, приятель, что там, черт возьми, случилось?

— Пошел вон! — сказал я, не останавливаясь.

Байкер снова встал у меня на пути. На нем была майка рок-группы «Грейтфул дед».

— Нет, ты скажи мне…

Я смотрел ему в лицо, и у меня было желание его застрелить. Может, и застрелил бы, если б Сэмпсон не схватил меня сзади.

— Эй, эй, эй! — кричал он мне.

Потом к нам подбежала Бри:

— Господи, с тобой все в порядке? Алекс?

— Все отлично. — Я старался замедлить дыхание. — Возможно, я преследовал ПУ. Очередная его…

— Это был не он, — покачала головой Бри. — И нам нужно срочно уезжать.

— О чем ты говоришь? — спросил я, когда она стала отталкивать меня от толпы с ее испуганными вопросами.

— Мне только что позвонил Дэвис. В Вашингтоне, в Национальном музее авиации и космонавтики, кто-то убит. Ножом, перед массой людей. Он одурачил нас, Алекс. Все это было спланировано.

Часть третья

ЗРИТЕЛИ СЛУШАЮТ

ГЛАВА СЕМЬДЕСЯТ ПЕРВАЯ

Я много раз бывал с детьми в Музее авиации и космонавтики, но никогда не видел ничего подобного. Когда мы подъехали, здание его выглядело снаружи мрачно, зловеще, если не считать ярко освещенного кафетерия со стеклянными стенами. За ними мы увидели сидевших за столиками десятки потрясенных людей, ждавших, когда их отпустят домой. «Свидетели», — понял я. Как потом выяснилось, они все до единого видели этим вечером жуткое происшествие. Хуже всего, что половину из них составляли дети, некоторым было всего два-три года.

Полицейские на Седьмой улице возле музея и сада скульптур Хиршхорна отсекали большую толпу репортеров и фотографов, поэтому нам удалось избежать встречи с этими стервятниками.

Джил Кук, один из наших детективов, встретил нас: Бри, Сэмпсона и меня — у входа в кафетерий. Подбежал к Бри, размахивая поднятой рукой:

— Детектив Стоун, директор музея хочет поговорить с вами перед…

— После! — бросила Бри на ходу. Она работала, ей было не до пустяков. Мне нравилось, как она действует, как держит под контролем место убийства.

Джил Кук следовал за ней, как побитый пес, ищущий объедков.

— Директор велел передать вам: он собирается на встречу с прессой.

Бри остановилась и повернулась к нему:

— О Господи, Джил. Где он?

Кук указал вправо и потом не отставал от нас с Сэмпсоном. Мы прошли через затемненную выставку самолетов — летательные аппараты в натуральную величину свисали с потолка словно гигантские игрушки. Очень кинематографично — совсем во вкусе нашего маньяка-убийцы. Своими действиями он все больше и больше напоминал мне Кайла Крейга. Театральностью, жестокостью. Он изучал преступления Кайла Крейга?

— Имя жертвы — Абби Курлеве. Возраст тридцать три года. Белая, туристка из Франции. Хуже всего, она была на пятом или шестом месяце беременности, — сказал Кук Сэмпсону и мне.

Убийство произошло в кинотеатре трехмерного изображения. В течение дня там показывали музейные материалы, но иногда по вечерам и популярные голливудские фильмы. Преступление было совершено во время моего выступления в Балтиморе. А потом я получил записку: «Ошибаешься, умник. Я не психопат!.. увижу тебя в округе Колумбия, где кое-что происходит».

Он изо всех сил старался поиздеваться над нами — и у него это получалось. И как будто еще дразнил нас после каждого убийства. Кто была та женщина в Балтиморе? Гонщица, втянувшая меня в безнадежную погоню лишь для того, чтобы скрыться на И-95.

Беременная жертва, гостья из другой страны — притом более «цивилизованной», — привлечет особое внимание прессы, и это еще не все. Убийца совершил публичную казнь в национальном учреждении. После одиннадцатого сентября это означало новый уровень напряженности для всего — освещения в прессе, общественной паранойи, нажима на полицию с требованием покончить с убийцей, пока не погиб еще кто-нибудь. До того, что это почти невозможная задача, дела никому не было. Сколько лет потребовалось, чтобы взять Убийцу с Грин-Ривер?[16] А Зодиака разве взяли?

Мне даже не хотелось думать, где теперь может объявиться убийца.

Сейчас мне нужно было увидеть труп.

Даже два.

Матери и ребенка.

ГЛАВА СЕМЬДЕСЯТ ВТОРАЯ

— Будь он проклят! — гневно выругался Сэмпсон вполголоса. — Сукин сын. Гнусный ублюдок!

Эта сцена убийства была особенно отвратительной, нервирующей. Люди приходили сюда семьями развлекаться. В кинозале были высокие стены, подсвеченные направленными светильниками. Ряды сидений с высокими спинками круто поднимались, словно в современной версии старого медицинского демонстрационного зала, вплоть до трупа.

Жертва, очевидно, была убита у основания экрана высотой с пятиэтажный дом. Мне это казалось странным, но так сказал Джил Кук, и до сих пор в его словах никто не сомневался. Может быть, не следовало и мне. Пока.

Тело несчастной женщины лежало вверх лицом. Руки ее были связаны за спиной, и даже издали я видел, что рот у нее заклеен серебристой клейкой лентой. Совсем как в «Риверуоке». Я разглядел на ее руке и обручальное кольцо.