Одри посмотрела на неё откровенным взглядом.
— Хотела бы я знать, удастся ли Пруденс справиться с ним. Он так решительно настроен быть с нею... но Кристофер не тот мужчина, каким был раньше. А у Пруденс не хватит здравого смысла, чтобы понять это. Я даже иногда думаю, а не опасен ли он для неё.
Обдумывая мрачные слова Одри, Беатрис направлялась в дом Феланов с определённой миссией. Хотя она ничем не могла помочь Кристоферу, но могла многое сделать для Альберта. Вполне вероятно, что злобный пёс кого-нибудь покусает, и его лишат так необходимых ему любви и заботы. Собаки по своей сути общительные животные, поэтому пса следовало научить, как ладить с другими живыми существами.
Экономка семьи Фелан, миссис Клокер, поприветствовала Беатрис на входе и сказала, что Одри нет дома, но скоро она должна вернуться из поездки в деревню.
— Вы не хотите дождаться её, мисс Хатауэй?
— Собственно говоря, я бы хотела обсудить с капитаном Феланом особое дело, — Беатрис еле заметно улыбнулась, увидев вопросительный взгляд экономки. — Я хочу предложить свою помощь и заботиться об Альберте, пока капитан будет находиться в Лондоне.
Экономка широко открыла глаза от удивления.
— Хозяин собирается оставить пса здесь, чтобы слуги присматривали за ним, — наклонившись к Беа, миссис Клокер прошептала: — Это адское создание, мисс. Сам дьявол не захотел бы иметь такую собаку.
Беатрис сочувственно улыбнулась.
— Я надеюсь, что смогу изменить Альберта в лучшую сторону. Если капитан Фелан позволит, я сегодня же заберу Альберта к себе и избавлю вас от обязанностей по присмотру за ним.
Миссис Клокер явно испытала облегчение.
— О, это так мило с вашей стороны, мисс Хатауэй! Я немедленно сообщу капитану Фелану, — экономка поспешно удалилась, словно боялась, что Беатрис может передумать и уйти.
Когда высокая фигура Кристофера появилась в комнате для приёма гостей, Беатрис тотчас покрылась румянцем с ног до головы. «Прекрати сейчас же, Беатрис Хатауэй! — строго приказала она себе. — Если ты продолжишь вести себя как идиотка, тебе придётся пойти домой и выпить целую бутылку укрепляющего настоя из щавеля».
— Мисс Хатауэй, — произнёс Кристофер, кланяясь ей с формальной вежливостью.
Тёмные круги под глазами от недосыпа делали Кристофера ещё более привлекательным, если такое вообще возможно, придавая человечность резким чертам его лица.
Беатрис умудрилась легкомысленно улыбнуться.
— Доброе утро, капитан Фелан.
— Сейчас день.
— О, неужели? — она взглянула через плечо Кристофера на часы, стоявшие на камине. Половина первого. — В таком случае, добрый день.
Одна из бровей капитана Фелана поползла вверх.
— Я могу вам чем-нибудь помочь?
— Надеюсь, что наоборот. Я хотела бы взять Альберта к себе, в Рэмси-Хаус, на то время, пока вы будете находиться в Лондоне.
Кристофер сузил глаза.
— Зачем?
— Я очень хочу помочь ему привыкнуть к новой жизни. Альберту будет обеспечен лучший уход, а я стану заниматься с ним, тренировать его... — голос Беатрис становился всё тише и тише по мере того, как на лице Кристофера появлялось выражение непринятия. Беа не приходило в голову, что он может отказаться от её предложения.
— Спасибо, мисс Хатауэй. Но думаю, для Альберта будет лучше всего, если он останется здесь, со слугами.
— Вы... вы сомневаетесь, что я могу ему помочь? — сумела задать вопрос Беатрис.
— Пса легко взволновать. Ему нужны абсолютная тишина и покой. Я вовсе не хочу обидеть вас, говоря, что обстановка в Рэмси-Хаус слишком шумная для Альберта.
Брови Беа взметнулись вверх.
— Прошу прощения, капитан, но вы глубоко ошибаетесь. Это как раз та обстановка, которая нужна Альберту. Понимаете, с точки зрения пса…
— Я не нуждаюсь в ваших советах.
— Нет, нуждаетесь, — импульсивно возразила Беатрис. — Как вы можете быть так уверены в своей правоте? По меньшей мере, вы могли бы послушать меня хоть немного — осмелюсь сказать, что знаю о собаках больше, чем вы.
Кристофер сверлил девушку тяжёлым пристальным взглядом человека, не привыкшего, чтобы его решения обсуждались.
— Вне всякого сомнения. Но об Альберте я знаю больше вас.
— Да, но…
— Вам пора уходить, мисс Хатауэй.
Беатрис захлестнула волна горького разочарования.
— Как вы думаете, что с ним будут делать слуги в ваше отсутствие? — спросила она и сразу же продолжила, прежде чем Кристофер смог ответить: — Они запрут Альберта в сарае или в комнате, потому что боятся его, а это приведёт к тому, что пёс станет ещё более опасным. Он зол, обеспокоен и одинок. Альберт не знает, чего от него ожидают. Ему нужны постоянное внимание и забота, а я единственный человек, у которого есть время и желание заниматься этим.
— Альберт был моим товарищем два года, — отрезал Кристофер, — последнее место, куда бы я его отправил, — это в семейный бедлам. Псу не нужен беспорядок. Он не нуждается в шуме и неразберихе…
Речь Кристофера была неожиданно прервана диким лаем, сопровождаемым оглушительным грохотом падающего металла. Альберт мчался через холл и столкнулся с горничной, которая несла поднос с отполированным столовым серебром.
Беатрис заметила блеск от вилок и ложек, рассыпавшихся у дверного проёма, как раз перед тем, как её толкнули и она упала на пол гостиной. От удара у Беа перехватило дыхание.
Она испытала потрясение, когда поняла, что прижата к ковру тяжёлым мужским телом.
В изумлении Беатрис попыталась разобраться в происходящем. Кристофер прыгнул на неё. Своими руками он прикрывал её голову... действуя инстинктивно, защищая Беатрис собственным телом. Они лежали на полу, их руки и ноги переплелись, одежда пришла в беспорядок, а дыхание сбилось.
Подняв голову, Кристофер осторожно осмотрелся по сторонам. На мгновение неприкрытая свирепость на его лице испугала Беатрис. Так, поняла она, капитан Фелан выглядел во время битвы. Именно таким видели его враги перед тем, как он убивал их.
Альберт бросился к ним, бешено лая.
— Нет, — тихим голосом приказала Беатрис, вытягивая руку, чтобы указать псу на место. — Сидеть.
Собачий лай перешёл в недовольное рычание, и Альберт медленно опустился на пол. Пёс не отрывал глаз от хозяина.
Беатрис снова направила своё внимание на Кристофера. Он с трудом дышал и сглатывал, отчаянно пытаясь обрести прежнее самообладание.
— Кристофер, — осторожно позвала Беатрис, но он, казалось, не слышал её. В этот момент ни одно слово не дошло бы до его сознания.
Беа обняла его, положив одну руку на плечо, а другую — на талию. Он был крупным, великолепно сложенным мужчиной, его мощное тело дрожало. Чувство нестерпимой нежности охватило Беатрис, и она позволила себе пальцами погладить затылок Кристофера.
