раз прохожусь языком по влажной плоти и сам почти стону, стискивая зубы, смотря, как девочка увлажняется.
Член каменеет, начиная болезненно пульсировать, требуя разрядки, и я сдерживаюсь из последних сил. Сейчас важно только ее удовольствие. Ласкаю Анну, сжимая бедра, удерживая в руках и просто дурею, когда Синеглазка начинает извиваться и уже не стесняясь стонать. Всасываю пульсирующий на языке клитор и вновь веду кончиком языка ко входу немного его обводя. Дразню мою девочку, подводя ее к острому оргазму. Хочу, чтобы она кричала от удовольствия. Вновь возвращаюсь к клитору и обвожу его языком. Нюта сжимает мои волосы, больно их выкручивая, сладко стонет и выгибается. Вновь втягиваю сладкую вершинку, посасываю, одновременно обводя пальцем влажный вход, совсем чуть-чуть проникая внутрь. Только для того, чтобы почувствовать, какая она горячая, невероятно узкая.
А Синеглазка еще сильнее сжимает мои волосы и уже откровенно раздвигает ноги шире, неосознанно предлагая мне всю себя, и я, конечно, возьму, не в силах отказаться от такого ценного подарка. Моя девочка выгибается в моих руках, громко протяжно стонет и сотрясается, рассыпаясь на осколки.
Пальцами продлеваю ее удовольствие, а сам не могу оторвать взгляда от Анны. Она невероятно красивая в этот момент. Волосы разметались по подушке, губы немного покраснели, и пьяные от экстаза глаза. Да! Хочется много ее оргазмов, еще и еще, и я обязательно их получу, только немного позже. Поднимаюсь к моей девочке, вновь нависая над ней, целую сладкие губы, ловя последние всхлипы. Дергаю змейку на штанах, быстро стягивая их с себя, открываю рядом стоящую тумбу, достаю презерватив, и девочка вновь замирает, ее словно сковывает страхом.
– Останови меня, если не хочешь, – говорю ей, а сам думаю, что свихнусь, если она сейчас откажет. Но Анна молча кивает и пристально наблюдает за моими действиями. Снимаю боксеры, наконец, высвобождая ноющий член, разрываю зубами упаковку и раскатываю презерватив по члену, замечая, как Нюта сглатывает, осматривая мое достоинство. Да, малышка, я большой, но и ты очень влажная – я постараюсь не причинить тебе много боли. Дальше делаю все быстро, не позволяя Анне размышлять. Подхватываю ее ножки под колени, поднимаю бедра как можно выше, минимизируя боль, которую сейчас ей причиню. Накрываю ее губы, жадно целую, не позволяя Анне думать, и одним резким толчком проникаю в нее до конца, ловя губами ее крик…
Замираю, когда самому хочется выть от радости. Да! Да! Она моя. Только моя! И я никому не отдам мою девочку, даже суке-судьбе. Сжимаю ее в руках, целую прикрытые глаза, из-под которых скатываются чистые слезинки.
– Тшш, расслабься, – шепчу, зацеловывая слезы. А у самого в глазах темнеет. Это невыносимо хорошо, быть в ней, чувствовать, как сжимает член, причиняя легкую, но такую сладкую боль, что я почти кончаю. – Все, больно больше не будет, отпусти себя, маленькая. Открой глаза, смотри на меня. И она доверяет мне, немного расслабляется, открывает глаза и окунает меня в голубые чистые омуты. Медленно начинаю двигаться, вновь приподнимая ее бедра, для легкого проникновения. Вхожу в нее глубже, ощущая, как она впускает меня, но стискивает мои плечи, впиваясь в них ногтями. Синеглазка дрожит в моих руках, и я вместе с ней, потому что теряю контроль. Хочется двигаться быстрее, глубже, до конца, но я держусь из последних сил, медленно скользя внутри нее. Ловлю ее губы, целую, ловя стон, и немного ускоряю темп. Это мучительно медленно, и одновременно прекрасно, как никогда в жизни. Толчок, еще один и еще и я уже в своем собственном раю, поскольку моя девочка расслабляется, разводит ноги шире, впуская меня до конца, позволяя делать с ней все, что хочу.
Словно в агонии, целую ее скулы, шею, оставляя легкие засосы. Покрываю поцелуями идеальную грудь, всасываю розовые сосочки, немного прикусываю их, продолжая двигаться в ней. Я уже не помню, когда последний раз настолько себя сдерживал, по-моему, никогда. Понимаю, что сейчас девочка не получит никакого наслаждения в отличие от меня, и ускоряю темп, не желая больше мучить мою девочку. Вновь ловлю ее губы, лишая дыхания и срываюсь, делая несколько резких толчков. Кончаю с хриплым стоном в ее губы, потому что это не просто оргазм это нечто иное, неподдающееся объяснению. Яркая вспышка внутри меня разливает волны блаженства по телу, и я теряю равновесие, утыкаюсь Анне в шею, дышу глубоко и не могу прийти в себя. В ней слишком хорошо. Настолько, что член продолжает пульсировать, разнося экстаз по всему телу.
– Твою мать! – все, что могу сказать от переполняющих эмоций. – Ты невероятно сладкая, Синеглазка! – поднимаюсь вновь, нависая над девочкой, и вижу, как из ее глаз вновь стекают одинокие слезинки. Пи*дец! Что я за чудовище такое?!
– Прости, малышка, прости, моя сладкая, Сильно больно? – медленно выхожу из нее, стягиваю окровавленный презерватив и откидываю его на пол. – Давай ванну горячую наберем? Должно помочь. Или может таблетку дать, или лед? – вдаюсь в панику, а потом замираю, когда Нюта начинает смеяться сквозь слезы.
– Ты еще скорую вызови, – усмехается она. – Я плачу от того, что мне очень хорошо с тобой. Невероятно хорошо – кажется, что так не бывает.
– Бывает, малышка, – сам улыбаюсь ей в ответ, и облегченно выдыхаю, но девочка опять хмурится.
– У тебя кровь через повязку выступила, – сообщает она мне, осматривая мое плечо. А я вообще забыл о ране.
– Ничего страшного, у меня просто давление повысилось, – усмехаюсь я, ложусь рядом с Нютой и тяну ее к себе на грудь, чтобы почувствовать ее тело, горячее дыхание на своей коже, и понимать, что вот теперь она действительно моя. – С тобой правда все хорошо? – спрашиваю я, играя пальцами с ее прядями.
– Правда, – утвердительно отвечает она, а сама так приятно ласкает пальчиками мою грудь и плечи. – Что теперь будет? – робко спрашивает Нюта.
– Мы пойдем в душ.
– Я серьезно. Ты же понимаешь, о чем я?
– Теперь ты – моя девочка, и я хотел бы, чтобы ты была со мной всегда. Мне нужно решить кое-какие проблемы, а потом я хотел бы, чтобы ты переехала ко мне. Я не представляю теперь и дня без тебя, – Нюта ничего не отвечает, но я чувствую, как она улыбается в мою грудь довольная моим ответом.
– Дай телефон, – просит она. – Я сумку в клубе забыла. Мне нужно предупредить Ирку, что со мной все в порядке.
Перекладываю Анну на кровать, поднимаюсь и улыбаюсь, когда вижу, как моя девочка сразу же натягивает покрывало по самую шею, пряча от меня свое прекрасное тело. Вынимаю из кармана брюк телефон и протягиваю его Нюте. Она даже смущается красиво, заливаясь краской, когда кидает взгляд на
