Читаем без скачивания Гонка планет - Кит Ломер

- Обыскать его, - заорал Таскер.

Грубые руки обшарили Генри, вывернули его карманы. Голова капитана гудела от наркотика и полученных ударов. Из раны на лбу стекала кровь.

- При нем ничего нет, Таскер...

- Давай по-хорошему, скотина! - сказал Таскер. - Ты думаешь, мы с тобой всю ночь будем возиться?

- Что с ним такое? - произнес тонкий голос. - Он слова не проронил.

- Да. Они называют это психологией. Ребята, считающие себя крутыми, думают, что так легче: если не начинать говорить, не нужно будет следить за тем, где остановиться. - Он ударил Генри еще раз. - Конечно, этот умник знает, что все не так просто. Он знает, что у нас есть кое-что, что заставит произнести речь даже железную обезьяну. Он просто изображает из себя этакого непробиваемого...

Еще один удар обрушился на капитана.

- Мне это нравится, - добавил Таскер, - это помогает мне отвлечься от боли в желудке.

- Слушай, Таскер, мы теряем время. Где пацан? - заорал кто-то.

- Наверное, прячет где-то свою задницу. В темноте он далеко не уйдет. Когда мы обработаем этого умника, у нас будет достаточно времени, чтобы отыскать щенка. А пока почему бы нам немного не развлечься?

- Да, этот гад пробуравил Пора из его же собственного пистолета...

- К черту Скэнди, этого вонючего скунса. Эта сволочь свалила меня... - Таскер расставил ноги и нанес капитану удар сначала левой, потом правой в желудок.

Боль от ударов казалась Генри такой же размытой, как звук на плохо чувствительной ленте. Его язык был огромным, тяжелым, послушным аутогипнотическому воздействию. Что-то мягкое подняло его руки над головой. Пульсация в голове и груди казалась не более чем далекими ударами барабана. Капитан заморгал, увидев перед глазами тяжелую челюсть Таскера.

- Этот сукин сын ведет себя как-то не так, Гас, - заревел он.

Невысокий человечек с темными губами и белыми волосами подошел ближе, внимательно посмотрел на Генри. Затем оттянул ему веки, наклонился и понюхал.

- Ага! Ну и хитрец! Босс, он по уши накачан наркотиками. Думаю, что-то угнетающее центральную нервную систему и оказывающее гипнотическое действие, - он перевел глаза на Генри. - Это так, крошка?

Генри посмотрел на коротышку. Его зрение пока еще не сильно ухудшилось. Он шевелил пальцами и мог контролировать свои движения. Если представится случай, будет приятно двинуть Таскера еще раз.

Его ударили по лицу подушкой.

- Не имеет смысла его бить, он ничего не чувствует, - сказал коротышка.

- Влей в него немного своих капелек, Гас! - рявкнул Таскер. - Он запечатался. Ладно. Я знаю, как срывать печати.

- У меня нет ничего, что могло бы нейтрализовать этот наркотик. Придется ждать, пока он не перестанет действовать.

- Ждать! Черт возьми! - прорычал Таскер. - Я должен действовать. Сейчас!

- Конечно, он слышит все, что мы говорим, - глаза коротышки изучали лицо Генри. - Скажи ему, что ты переломаешь ему ноги, разрежешь его на кусочки. Конечно, он не почувствует этого - но будет знать, что вы делаете и, если очень постарается, то сможет сбросить гипнотическое внушение молчать.

Лицо Таскера приблизилось.

- Ты все слышал, не так ли, умник? Как тебе нравится идея насчет того, чтобы немного поработать над тобой ножом? Или сломать тебе парочку костей? Вот так, например... - Он оскалил зубы, поднял руку вверх и рубанул ею с ужасной силой. Генри услышал, как хрустнула ключица и несмотря на наркотик, почувствовал боль.

- Будь осторожен. Так можешь свалить его... - коротышка схватил Генри за запястье.

- Пульс нормальный, - прокомментировал он. - У него очень крепкое телосложение, но можно попробовать легкое принуждение.

- Принуждение... Ну ладно, - проговорил он. - У тебя вроде есть скальпель, правда, Гас?

- Гм... Хорошая идея, - коротышка ушел.

Глаза Таскера сузились до щелочек и были похожи на ножевые раны в трупе.

- К черту щенка, - сказал он мягко. - Где шахта? - Он ждал, раскрыв рот, дыша на Генри перегаром. - Я ползал по этой земле, как муравей, говорю тебе откровенно, умник. Но не видел ни одной шахты, и в мои планы не входит ждать...

"Если бы он подошел ближе", - подумал Генри.

- Так что, родной, лучше выкладывай. Это твой последний шанс...

Генри дернул ногой. Таскер отскочил назад. Вошел Гас и сунул ему в руку короткий нож с блестящим, острым, как бритва, лезвием. Таскер отвел руку так, что на него упал свет. Блеск металла отразился в глазах капитана.

- Ну ладно, умник, - произнес он мурлыкающим голосом...

Генри повис на веревках, сеть боли опутала его тело, словно раскаленные добела провода. Сердце стучало о ребра, как будто работала какая-то сломанная машина.

- Придется тебе остановиться, - сказал Гас. - Действие наркотика кончается. Он потерял очень много крови.

- Светает, - прокричал кто-то. - Послушай, Таскер, нам надо разыскать щенка.

- Ты что, думаешь, я забыл об этом? - проревел верзила. - Что это за человек? Я делал все, разве что кишки не выпускал, а он не издал ни звука. Где эти чертовы бирки, ты, сын одноногой проститутки? - Перед глазами Генри появился окровавленный кулак, сжимающий скальпель. - Слушай меня! У меня есть обезболивающее средство. Оно действует быстро. Как только ты скажешь, где бирки, я тебе его дам.

Голос, доносившийся до Генри, вызывал всего лишь легкое раздражение. Его мысли были далеко, они бродили по залитому солнцем берегу пруда с драгоценными камнями.

- Хорошо, умник, - Таскер был совсем близко, глаза его были безумными. - У меня в запасе есть кое-что.

Он поднес скальпель к лицу капитана.

- Я устал от этих игр. Говори сейчас же, или я выну твой глаз, как ложку с кашей из тарелки.

- Лучше дай мне заклеить некоторые из его ран, - сказал Гас. - Кроме того, мне нужен доктор, тип О, плюс, альфа три. Иначе он умрет.

- Хорошо, только поторапливайся, - Таскер повернулся к мужчинам, расположившимся на поляне.

- Эй, ребята, рассыпьтесь и отыщите пацана. Слим, возьми машину и отправляйся на восток. А ты, Гриз, - на запад. Остальные - на юг...

Генри почувствовал прикосновение пальцев, провода натянулись. Казалось, его зубы - это электроцепь, которая замыкалась каждый раз, когда вздымалась его грудь.

Заревели турбодвигатели, вездеходы на высоких колесах двинулись в разные стороны. На небе появились розовые пятна. Генри вздохнул, почувствовал, как в бок впились стальные крючья: это двигались сломанные ребра.

Коротышка насвистывал какую-то однообразную мелодию, накладывая скобки при помощи блестящего инструмента, напоминающего щипцы дантиста. Его острые концы пронзали кожу Генри с резкой болью, сопровождавшейся странным ощущением, похожим на прикосновение птичьего пера. Рядом, ворча себе что-то под нос, стоял мужчина. Его кровь стекала в банку, висевшую на низкой ветке. Гас закончил накладывать скобки, повернулся к донору, вытащил длинную иглу, всадил ее в руку Генри, обнажив в улыбке почерневшие зубы.