Дженна онемела от услышанного.
Боже мой… Они убили ее отца, сестру и Бреда.
В голове, словно тамтам, застучало имя.
Барри. Барри Витмор.
Она прочитала его в отчете полиции. Это механик. Он занимался поддержкой «Белки» – вертолета, принадлежавшего «Дарли Риэлти».
Барри ходил взад-вперед, держась за голову. Пот расплывался мокрым пятном по его рубашке.
– Мне снятся кошмары, в которых полиция приходит ко мне и арестовывает.
Линн схватила его за руку.
– Если до сих пор ничего не нашли, уже не найдут. Когда вертолет терпит гидравлическую потерю до 120 узлов, ничто и никто не сможет рассказать о случившемся.
Он со злостью убрал ее руку.
– Его дочь не должна была быть там. Мне из-за зятя-то было не по себе. Черт возьми, ребенок остался сиротой из-за нас.
Бровь на лице Линн поднялась.
– У нее есть мать, которая ждала этой привилегии слишком долго.
К горлу Дженны подступила тошнота. Вот как Линн любит Мэг – достаточно, чтобы забрать у нее самое драгоценное в жизни. Это не любовь, а одержимость.
Барри почесал шею, оставляя на ней красные полосы.
– Я всего-то хотел избавиться от Дарли. Он уже почти разнюхал о нас с тобой. И если бы он ударил тебя еще раз, то, клянусь, своими же руками придушил бы его.
Гейдж закрыл рот Дженне, прежде чем она смогла что-то произнести. Линн крутила этим человеком. Ее отец и мухи-то обидеть не мог.
В то время как Барри изводил себя и изрядно потел, Линн вглядывалась в изгородь, словно что-то услышала.
– Нам надо убираться отсюда, – сказал Барри и нервно огляделся. – У тебя есть история насчет родителей в штатах. – Он схватил ее за плечи. – Лети сегодня же вечером.
Она освободилась от его хватки.
– Ты же знаешь, что я не могу. Мне надо убедиться, что сделка с землей пройдет, как запланировано. Потом мы сможем уехать куда угодно и на сколько угодно.
Дженна в отчаянии повернулась к Гейджу и застыла. Он не терял времени и снимал весь разговор на видео. Она готова была расцеловать его.
Барри снова заговорил дрожащим голосом.
– Мы совершили убийство, Линн. Убийство! Ты не можешь заняться бизнесом в другое время? Или лучше в другом месте, например в Южной Америке? Я это сделал для нас, чтобы мы были вместе. А не сидели в соседних камерах.
Тень стал грызть палку и рычать. Услышав эти звуки, Линн выругалась.
– Чертова дворняга. – Она взяла осколок бутылки и кинула в изгородь. – Подавись этим, тварь.
Линн открыла челюсть от страха, увидев, как Гейдж выходит из ниоткуда. Барри поднял руки и беспомощно опустил их.
– А ты еще кто такой?
Гейдж ухмыльнулся.
– Человек, который вас обоих засадит за решетку.
Дрожа от страха, Дженна присоединилась к Гейджу.
– Мы записали ваше трогательное собрание. Это ты, сволочь, лишила меня семьи. Но теперь ты будешь гнить в тюрьме.
Готовый наброситься, Барри закатал рукава. Гейдж заслонил Дженну, и Тень оскалился на полупьяного мужчину. Этого было достаточно, чтобы Барри попятился назад и исчез за времянкой.
На лице Линн появилась дрожащая улыбка.
– Тебе не надо идти в полицию. Ребенок будет с тобой сегодня же. – Она протянула руки Дженне. – Забирай ее. И все деньги от продажи земли тоже. – На ее глазах появились слезы. – Дай мне день, и я исчезну из твоей жизни навсегда.
Зачем Линн сделала это? Чтобы убить ее отца, готовящего развод, и получить деньги. Или же в планах было уничтожить всю семью, чтобы забрать ребенка? Наверное, роковое сочетание и того, и другого. И теперь Линн была готова отдать все это, чтобы спасти собственную шкуру.
Она была слишком жалкой, чтобы испытывать к ней ненависть.
Гейдж набрал номер и прижал телефон к уху, держа Дженну за руку.
– Ты права насчет одного – тебе стоит убраться сейчас же.
Спустя несколько часов Дженна сидела на скамье, держа сонную Мэг на руках. Движение стало утихать вокруг них: полицейские машины уехали, детективы закончили обыск дома. И малышка мирно посапывала.
Дженна была истощена от избытка эмоций: благодарности, что весь этот кошмар закончился и Мэг теперь в безопасности, с ней; печали, что смерть ее семьи не была случайностью; любви и благодарности к человеку, который не побоялся заступиться за нее. Человеку, который сейчас шел к ней с доброй улыбкой на лице. Одним своим видом Гейдж оказывал ей невероятную поддержку.
Перед ним остановился другой мужчина, и Гейдж был готов ответить на любые вопросы, а сегодня их было немало. Дженна вздохнула. Еще немного, и они будут одни. Вместе.
После того, что произошло сегодня, после его слов и действий Дженна и представить не могла, что Гейдж откажется от них.
Рядом с Дженной сидела побледневшая Тина. Пятнадцать минут назад она привезла Мэг и до сих пор не могла поверить в случившееся.
– У меня были подозрения насчет миссис Дарли. Я знала, что она видится с кем-то. В последний момент она вернула билет в Западную Австралию и сказала мне увезти ребенка. Я сразу поняла, что что-то не так, но, конечно, не имела права спрашивать. Но и представить не могла, что все так ужасно. Она преступница и Бог знает, что еще запланировала. – Тина поправила очки и подняла брови. – Вы верите, что я и понятия не имела об ограничениях, наложенных на вас полицией? Я же сама видела, с какой любовью вы обращаетесь с ребенком. Я бы не стала обманывать в суде и говорить обратное.
Когда Тина приехала, Дженна взяла у нее девочку и в лоб задала вопрос об ее участии в плане Линн. Но все тут же прояснилось. Линн даже не подала заявление. Вся история не более чем план манипуляций, придуманный для того, чтобы выиграть время.
– Я не хотела верить в худшее, поэтому решила сама тебя об этом спросить.
Тина улыбнулась, смотря на Мэг.
– Я знаю, что ей с тобой будет хорошо. Как важно, чтобы рядом были люди, которые заботятся о тебе.
Дженна подумала о своей маме. Как недолго она была с ними. Но она пообещала себе, что будет помнить только хорошее. Да, ее отец имел свои слабости – а у кого их нет? Но он любил ее. Любил по-настоящему.
– А твои родители, Тина, где они? В Сиднее?
Тина опустила голову и тяжело вздохнула.
– Я потеряла родителей, когда была еще маленькая. Меня вырастила подруга мамы. Очень приятная женщина. Она умерла в прошлом году.
Дженна положила руку на спину девушки.
– Мы будем рады, если ты останешься с нами. – Тина выпрямилась, и ее глаза засияли.
– Это правда?
– Мне еще много чему надо будет научиться у тебя. Научиться быть мамой.
Дженна ощутила присутствие Эми. Как никогда в жизни, она была уверена, что та была с ними и тоже радовалась. Близнецы часто чувствуют, что происходит с их братьями или сестрами. Это такая прочная связь, что людям, не имеющим близнеца, этого никогда не испытать. И даже теперь, после смерти Эми, Дженна ощущала эту нить, связывающую их обеих.
