class="p1">Кай смахнул мошку со лба.
Рагнар сам выбирал направление, пощипывая травку. Сегодня, как никогда Рагнар был уступчив и спокоен. Кай размышлял о том, как сообщит о своих успехах деду. Он хотел рассказать об этом Каргеру ещё пару занятий назад, но так и не нашёл времени для общения…
Они зашли довольно далеко, построек школы уже не было видно, запахло рекой. Солнце было очень ярким, ветерок едва шевелил конскую гриву. Кай расстегнул несколько пуговиц на жакете и вздохнул. Сейчас все они, дед, Муза, обе девушки и он бегут от привычного мира. Путь, начертанный чудовищем, уже вклинился в их жизни, и их собственные пути уже смяты. И, похоже, навсегда…
Внезапно прямо перед ними что-то со свистом врезалось в землю, Кай чуть привстал на стременах. Конь начал пятиться и громко ржать, мотая головой. Кай стиснул бока лошади ногами и склонился вперёд, чтобы увидеть, что могло взбудоражить животное. Прямо под ногами он увидел осколок чёрного кристалла.
«Кристаллим», прозвучало в голове. «Снова».
Чем бы ни был этот кристаллим, но Кай видел такой объект не далее, как вчера. Это не могло быть простым совпадением. Что-то из двух, вчерашнее воспоминание или сегодняшнее повторение, пришло в свой час. Рука его непроизвольно потянулась к шее в ответ на острую резь. Он попытался отступить. Он уже знал, чем могло бы закончиться такое столкновение.
Несколько секунд превратились в бесконечно долгие минуты нарастающей паники. Пока тот казался простым камнем, довольно большим и слишком красивым — чёрные грани отливали голубым зеркалом цвета неба. Кай даже засомневался, может быть это другой камень или чья-то злая шутка — напугать норовистое животное и с хохотом наблюдать, как тот волочёт по просеке неудачливого наездника. Но через несколько секунд этот камень перестал быть просто камнем.
Как восемь лет назад на глазах осколок начал расти и подниматься в воздух, вокруг него образовалась чёрная подвижная пелена, какой-то клубящийся непрозрачный туман, что с каждым мигом всё больше напоминал танцующий вокруг многогранника балахон. Но самым удивительным было то, что все контуры существа были неестественно геометрическими. Кай не помнил этого из своего детского забытого опыта. На их плоских гранях искрилось солнце и отливал синевой небосвод.
Трава под ним словно выгорала — под копытами Рагнара расползалось идеально ровное чёрное мёртвое пятно. Кай снова почувствовал острую резь в области воротника, будто поперёк шеи кто-то провёл острым ножом. Его неотвратимо тянуло к этому опасному существу с огромной головой, похожей на горящую чёрным светом гранёную лампочку. Казалось, это существо также не особенно управляло собой — оно примагничивалось к Каю будто против своей воли.
Он постарался запомнить эту голову без лица. Чем бы оно ни было, огромные отверстия подобно ноздрям втягивали в себя пространство вокруг, кроме этих ноздрей существо не имело ни глаз, ни каких-то иных человеческих черт, при этом всё его естество источало радость.
Помимо света от чёрного кристалла исходил какой-то звук, ласковый, убаюкивающий, притупляющий внимание. Опасный… Кай испытывал непонятную слабость и сонливость. Остро болело место, где шею облегал воротник. Кай попытался ослабить застёжку, забыв, что она и так расстёгнута до середины груди. Боль вокруг шеи усилилась, точно её стягивала тугая проволока. Трепещущий без ветра чёрный полупрозрачный балахон уже почти обвивал коня вместе с седоком. Они никак не могли вырваться из этого места, будто их поймал магнит.
Фигура же разрасталась, сияющий чёрный кристалл достиг уровня глаз бешено рвущегося из ловушки Рагнара. Невнятный шёпот стал резче, к нему добавились неприятные свистящие звуки. Рагнар в ужасе забил копытами и встал на дыбы, отступая от чёрного ужаса под ногами. Кай никак не мог его успокоить — уздечка была слишком лёгкая.
«Кристаллическая структура, объёмноцентрированная полигональная форма. Рассеянная газообразная ткань с включениями протопланетной пыли, монооксида и диоксида углерода, метана, аммиака, угарного газа, циана», — вспыхнуло в мозгу Кая, хотя он и не помнил, когда он успел это выучить. — «Правая диагональ, ториевое разбиение, фотодиссоциация, 20 МГц», — не успел додумать Кай, как его правая рука взметнула хлыст и наотмашь по диагонали стеганула существо.
Раздался чудовищный вскрик, это не был зов живого существа, но рёв и скрежет крошащегося стекла. Чёрный туман под ним всколыхнулся и разлетелся клочьями.
Хлыст ударил снова. Существо рассыпалось сверкающей стекольной острой крошкой. Чёрной кварцевой пылью частицы осели на поляну с выжженной травой. Призрак растворился, на месте него на выжженной поляне остался тусклый кристалл.
И тут Рагнар понёс.
— Стой, Рагнар, стой!
Кай не мог его остановить ни окриками, ни ногами. Кай не хотел рвать ему губы, а Рагнар нёсся, не разбирая дороги, перемахивая через поваленные деревья, проходя юзом низины, сметая низкий сухостой.
Буквально в десятке шагов Кай понял, что перед ними река, и они сейчас свалятся с обрыва. В доли секунд Кай перекинул ногу через седло и, рискуя свернуть себе шею, спрыгнул с обезумевшего животного. Он покатился в кусты, сильно ободрав руки и лицо. Рагнар, не успевая сбросить темп, будто птица полетел в реку. Раздался громкий всплеск воды, затем испуганное жалобное будто плач, ржание.
Кая, тяжело дыша, перекатился на спину. От сумасшедшей гонки дрожали мышцы, шея горела от рези, от ушиба свело плечо и локоть. Но времени на себя не оставалось. С трудом поднявшись на ноги, он мгновенно оценил — уступ был довольно крутым, не меньше двух метров над водой, никакого подхода с берега к воде, только нырять. Край реки широко зарос камышом и тиной, несколько лодок в дальних кустах затянуло трясиной.
Река в этом месте доходила метров до восьми в ширину, ускоряя течение на каменистых уступах и сверкая лентой пены. Рагнара захватило потоком.
Кай сбросил жакет, побежал вдоль берега и, увидев под обрывом чистую воду без зарослей, бросился вниз. Рагнар боролся со стремниной, тихая речка внезапно превратилась в бурлящий жадный поток. Конь вытягивал шею, старался плыть, крутил головой в поисках берега. Глаза его дико вращались. Выгребая ближе к камышам, он пытался нащупать опору, но только запутывался в зарослях и снова уходил к середине.
Кай быстро нагнал его, Рагнар слегка успокоился. Кай знал на зубок из учебника, что «при переправе вплавь ездоку лучше всего вытянуться по корпусу лошади, не тянуть поводом и не мешать её естественным движениям в воде». Но даже то, что Кай пытался плыть рядом, держась за гриву, не очень-то спасало положение. Крен корпуса в бок был очень сильный, надо было исхитриться и освободить животное от седла, сумки и шлема, которые набрав
