Читаем без скачивания Фантастика. Повести и рассказы - Сергей Сюрсин

Также хаотически вместе с пространством зародилось и время. Также хаотически – спиралями, завихрениями – то исчезая, то возрождаясь в столкновениях с другим временем, разрывая сеть времен чужих вселенных, двинулось вместе с осколками пространств, убыстряя или замедляя свой ход в зависимости от энергии своих осколков.

По мере расширения нового пространства его осколки, притягиваемые гравитационными силами, склеивались друг с другом, создавая цельную, без разрывов ткань. И только время, обладающее большей инерцией, мешало склейке, вырывая из нее то один, то другой лоскут и качая его как маятник между прошлым и будущим. Но и время, постепенно успокаиваясь и входя в унисон со временем основного пространства, возвращало свои лоскутки. Целое сплошное полотно уже спокойно расширялось дальше, лишь изредка вздрагивая как студень от бушующей и продолжающей зарождаться в центре вспышки все новой и новой материи.

Сгустки энергии этих лоскутков, сконцентрированные в гигантские ядра плазмы, взаимодействуя друг с другом гравитационными полями, раскручивали соседние сгустки, и сами закручивались в спирали. То тут, то там в спиралях набухали участки вещества. Набухали и втягивали в себя окружающую плазму, превращаясь в маленькие и большие солнца. Маленькие, быстро растеряв и истратив энергию, затухали, становясь холодным безжизненным веществом. И лишь самый большой, центральный участок, втянувший в себя наибольшее количество плазмы, разгорался. Испуская горячие, заряженные энергией лучи, он обогревал эти холодные комки вещества. Образовались солнца и планеты, звездные системы и галактики.

Далеко от центра вселенной, на самой границе ее расширяющегося пространства в крохотной звездной системе образовалась маленькая невзрачная планета, насыщенная элементами углерода и кислорода. Кислород, этот грозный активный элемент, принялся деятельно разъедать и разрушать все существующие новообразования, вступая с ними в различные соединения. Столкнувшись с углеродом и вездесущим в этой вселенной водородом, он создал органическое вещество. Это вещество, преобразовываясь в различные соединения и состояния, оказалось способно создавать механистические системы. И возникла жизнь.

За считанные мгновения в жизни вселенной органическая жизнь заселила воды планеты, вышла на сушу и, возрождаясь, умирая и вновь возрождаясь, принимая миллиарды все новых и новых обличий, все более совершенствуясь, создала разум. Этим разумным веществом оказалось крошечное изнеженное голое существо, двуногое и двурукое, но имеющее мощное и надежное, упрятанное под прочным черепом хранилище информации – мозг. Мозг умел воспринимать, обрабатывать и хранить поступающие извне потоки информации.

Человек быстро расплодился по всей планете, любовно названой им Землей, занял свободные экологические ниши. Когда же ему стало тесно, вытеснил другие существа и занял главенствующее положение, не давая эволюционировать остальным видам.

И тогда, утвердившись на верхушке лестницы эволюции, человек решил обратить взор на себя, познать свою сущность, цель и смысл своего существования. В возникающих в разных уголках планеты цивилизациях зародились и развились различные философские учения по познанию своего «я», совершенствованию человеческих сил и возможностей. Эволюция продолжалась.

И вдруг кто-то где-то изобрел колесо. И покатился первый провозвестник технократической цивилизации по планете. Теперь человек уже не думал о совершенствовании себя, своего организма. Не умея быстро передвигаться по земле, он придумал автомобиль. Не умея летать – сконструировал самолет. Не умея хорошо плавать – создал пароход. Он построил вычислительные машины, которые считали и анализировали во много раз лучше и быстрее его. Где бы и в чем бы ему ни становилось тяжело, он моментально создавал механизмы, замещающие его или облегчающие труд. Ведь это оказалось намного проще, – создавать себе в помощь механизмы, чем перестраивать свой организм.

И эволюция человека остановилась. Из века в век он оставался таким же слабым, хрупким и вконец изнеженным.

Постепенно стали сказываться издержки технократической цивилизации. Отходы технологии накапливались в обширных водоемах, земле, засоряли атмосферу. Через продукты питания, воду, вдыхаемый воздух они попадали и накапливались в организме, вызывая необратимые изменения. Истончился, а местами исчез полностью озонный слой – этот несокрушимый щит, оберегавший человека и все живое от смертоносных радиационных вихрей космоса, обрушивающихся со всех сторон на бедную планету. Все меньше и меньше оставалось генетически здоровых людей.

А вселенная все расширялась, все продолжала свой бег в никуда, к недостижимой цели. Все дальше разлетались друг от друга галактики и звездные системы. Все слабее становились между ними гравитационные связи. Казалось, еще миг, еще промедление, – и они, оторвавшись, навсегда улетят в бездну.

Наконец в ядре закончилась энергия. Гигантская топка, производящая материю, затухла, погасла. И тогда движение во всей вселенной приостановилось. Приостановилось на грани, перейдя которую, частицы и тела ее продолжили бы свой бег в бесконечность. И вселенная, утратив между ними связь, разрушилась бы и перестала существовать как единое целое, как частица мироздания. Такое уже неоднократно случалось с другими вселенными, чьи осколки блуждали теперь в мире бесконечности, прилепляясь от одиночества к чужим вселенным, чужим мирам. Такая же участь могла ожидать и эту, старую, прошедшую уже не через одну тысячу циклов расширения-сжатия вселенную.

Зависнув на этой грани на какие-то мгновения, на какой-то миллион лет, вселенная нехотя шевельнулась и медленно, через силу стала сжиматься. Галактики, звездные системы, отдельные незатухшие, невыгоревшие еще дотла солнца двинулись назад, к центру, все быстрее и быстрее ускоряя свой бег, чтобы исчезнуть, погибнуть в горниле вселенной. И некому было остановить этот безудержный смертельный бег. Пусто было во вселенной. Ни единого живого существа, ни искорки разума. Тот разум, возникший когда-то на маленькой периферийной планете, не справившись с последствиями технократической цивилизации, отравленный и изуродованный, выродившийся, выхолощенный неумолимой космической радиацией, уже вымер.

А скорость сжатия вселенной все возрастала. И вот уже не планеты и звезды мчатся к центру, а лучи света и сгустки энергии с громадной сверхсветовой скоростью стремятся со всех сторон к темному грозному средоточию мрака. Но только хватит ли у вселенной энергии, материи, чтобы вновь возродиться в следующем цикле? Ведь и у нее вырывали, отхватывали куски ненасытные соседки. А некоторые звездные системы, ушедшие далеко, не сумевшие остановить свой бег вовремя и оборвавшие сдерживающие их связи, так и не вернулись к своей матери, предпочтя одиноко слоняться шатунами в чужих вселенных. К тому же много потратилось энергии на световое излучение, рассеявшееся по другим вселенным. Если материи не хватит, то вселенная не возродится, а будет вечно блуждать невидимой «черной дырой», исподтишка высасывая энергию у здравствующих вселенных до необходимого предела, до той второй грани, определяющей ее существование, перейдя через которую она вновь возродится и войдет в цикл.

Материи еле хватило. Только последние планеты, только последние атомы ворвались в ядро, только свернулось вокруг него пространство, как новый взрыв потряс мироздание. И вновь двинулось во все стороны пульсирующее пространство, очищенное в ядерной топке, вновь полетели вперед сгустки энергии.

Но только частицы в этих сгустках, – кванты, кварки и другие, – несли в своей структуре измененную информацию. Для того чтобы снова возродить разум. Разум, не подобный прошлому, пошедшему по неверному пути и погубившему себя. Разум, возрожденный с учетом ошибок прошлого, способный существовать вечно. Способный наконец-то остановить этот бесконечный бег, этот сумасшедший цикл расширения-сжатия и создать новую вселенную. Вселенную вечную и бесконечную.

Эволюция мироздания продолжалась…

Вторжение

Несколько охранников, случайно оказавшихся здесь, были немедленно уничтожены боевиками. Убедившись в отсутствии опасности, Она сосредоточила боевиков вокруг капсулы, в которую была заключена, и стала прощупывать инфразрением место, в котором они оказались.

Вокруг – сверху, с боков, внизу – нависали продолговатые трубчатые тела, соединяющиеся друг с другом и образующие длинные светящиеся цепи, конца которых терялись вдали. Красноватые, алые, пурпурные отблески, порождаемые свечением этих тел, создавали в инфравидении невыносимую какофонию света, то нарастающую алыми вспышками, то затихающую и переходящую в тлеющее пурпурное свечение.

Невдалеке виднелось несколько узких круглых отверстий каналов, из которых выскакивали небольшие овальные существа. Они проводили какие-то манипуляции с телами в цепях и исчезали в отверстиях других каналов. И те, и другие были заняты своей загадочной деятельностью и на группу чужаков внимания не обращали. В их функции, как знала Она, не входила охрана и оповещение, а, следовательно, опасности от них ожидать не приходилось.