Так что Дэн звонит своему знакомому, который звонит другому знакомому, который притаскивает свое покрытое татуировками до шеи байкерское тело в наш дом.
Я смотрю на него, и мои скептицизм стремительно растет.
— Дэн, нам правда не нужно на этом экономить, — говорю я, что означает: «Убери этого лесного урода, выглядящего, как Чарльз Мэнсон, из моего дома!»
— Доверься мне, детка, Джерри дорого берет за работу, но она того стоит. Я знаю, какой ты хочешь видеть эту кухню, а он — лучший.
Этот Джерри еще и денег возьмет? Мать моего мужа покупает замороженные ребрышки, да к тому же на распродаже, — и этот человек говорит, будто что-то понимает в кухнях. Но я чувствую, что должна дать Джерри шанс, потому что он уже в моем доме и у него с собой чемодан, хотя в это и трудно поверить.
Прошло две недели, и стало понятно, что Джерри — гений.
У Джерри седые волосы длиной до пояса и четыре зуба. Он приехал сюда на выходные из Ирландии тридцать лет назад и с тех пор работает за наличные. Он спит на работе или на диванах в домах друзей и тратит деньги на мотоциклы и дурь, и я не знаю, на что еще. На татуировки? Он точно не тратит их на средства личной гигиены или одежду, или зубных врачей, но мне на это наплевать, потому что вместе с Дэном мы строим совершенную кухню, которую ни за какие деньги не купишь. Каждая полка, каждая дверца разная, аккуратно сделанная вручную. В отсеке для специй десять полочек, каждая разной ширины, чтобы вместить мою коллекцию разнокалиберных баночек. Мы восстановили буфет пятидесятых годов и заменили старую фанерную столешницу. Я нашла жестяные банки с надписями «мука» и «сахар», чтобы туда поставить. Дэн кратко описал сервант как «Ирландия, 30-е годы». «Заметано», — говорит Джерри и уходит в гараж, а через пять дней возвращается с точной копией бабушкиного серванта из Фолихтара. Я покрасила сервант в фисташковый и цвет топленого молока, и вот он уже выглядит так, будто был здесь всегда. В моей кухне пока нет ничего законченного или хотя бы продуманного. Она будет выглядеть, как место, которое было создано вручную и в котором готовили три поколения женщин. В это время года большинство нанимателей Дэна в отпуске, поэтому он проводит все свое время дома, помогая Джерри.
Я думала, что, когда в доме находится чужой человек, — это ад, но каким-то странным образом это благотворно сказалось на нас с Дэном. Ощущение неловкости и напряжение, которыми была наполнена наша жизнь с момента медового месяца, ушли. Дэн хвастался мною перед Джерри, и я каким-то образом приняла эту игру. Как будто Джерри был публикой, перед которой мы играли роли счастливо женатых мужа и жены. Я чувствую себя в безопасности, проявляя любовь к Дэну на людях, и в результате он обнимает меня за талию и целует в шею чаще обычного. Мы препираемся в шутку, чтобы развлечь Джерри, Дэн называет меня своим «огнем и мечом», а я подшучиваю сама над собой, Притворяясь, будто хочу во всем его контролировать. Несмотря на то что я с иронией вела себя, как жена из учебника, я почувствовала близость. Как будто играя роль родственной для Дэна души, я действительно стала ближе к нему. И к самой себе.
В доме царил патриархат; мне разрешалось выполнять легкую работу, такую как покраска и полировка, и, конечно, подавать закуски, хотя плита не работала. Вчера я испекла в микроволновке дюжину фантазийных пирожков, а Дэн и Джерри смотрели на меня с открытым ртом, будто я сотворила чудо. Я разрезала булочки, намазала их маслом и начинила кусочками белого шоколада, чему двое взрослых мужчин поразились настолько, что превратились в двух школьников-подростков. Шутки ради я дала Джерри облизать лопатку, а Дэну миску. Они оба пришли в такой восторг, что рассмешили меня и заставили почувствовать себя девушкой месяца.
— Господи Боже, — сказал Джерри Дэну, поднимая брови и качая головой, когда расправился с фантазийным пирожком и чашкой домашнего каппучино.
— И не говори, — ответил Дэн, сияя от гордости, — вот для чего это все и делается.
Я стала матерью, шеф-поваром и секс-богиней одновременно. Я никогда раньше не чувствовала себя так хорошо.
Остаток вечера мы отдыхали, и Джерри открыл неизбежную бутылку текилы, которую повсюду таскал с собой. Мы втроем устроили конкурс гитаристов. Джерри играл хард-рок из «Блэк Саббат», Дэн спел что-то среднеамериканское Спрингстина, а в конце победила я, спев «Виски в кувшине» «Тин Лиззи». Моим трофеем стала бутылка текилы, которую мне очень торжественно вручил Джерри, пока мой захмелевший муж трясся от пьяного смеха.
Джерри решил, что для подобающего завершения вечеринки нам нужно было покурить, и пошел искать травку. Он был из числа тех людей, про которых ты знаешь, что, если они вышли за дверь, ты можешь их долго не увидеть, поэтому через секунду после того, как Джерри ушел, Дэн сгреб меня в охапку и произнес не характерное для него: «Иди ко мне».
Мы занимались сексом прямо на диване, как усталые, ленивые любовники, и это было приятно. Мне не нужно было прилагать какие-либо усилия или настраивать себя на определенный лад. Это было как в начале, только немного иначе, менее волнующе, потому что я знала, чего ожидать. Но это не казалось проблемой. Все было легко. Может, все дело было в текиле и усталости, но чувство было хорошее.
В пять часов утра я встала в туалет и увидела, что Дэна нет. Я нашла его на кухне — он шлифовал какую-то доску.
— Мне сегодня на работу, поэтому я хотел подготовить это тебе для покраски, — объяснил он.
Я насыпала в кофейник немного кофе и смотрела на Дэна, пока кофе варился. На то, как он обрабатывал доску, лежащую на скамье. Его лицо было собранным, и, хотя работа, которую он выполнял, не требовала умственного усилия, его мышцы то напрягались, то расслаблялись.
Я сказала, не думая:
— Спасибо, что делаешь эту кухню для меня, Дэн.
Он, не останавливаясь ответил:
— Это наша кухня, детка. Она такая же моя, как и твоя.
В тот момент я не возразила против слова «наша». Мы делали это вместе, и я не возражала. Мне это нравилось.
Мое счастье связано с мечтами об идеальной кухне, как и с моим мужем, но это же все равно счастье? Это ведь считается?
Входят Анжело и Джэн Орланди. Они — мои старые друзья, импресарио натуральной пищи неофициально самая замечательная пара в штате Нью-Йорк.
Когда я говорю, что мистер и миссис Орланди «официально самая замечательная пара Америки», это не просто словесный оборот. Это данные журнала «Вэнити Фэйр».
Краткие данные об их жизни: Джэн и Анжело познакомились в колледже, разделили любовь друг друга к кулинарии и на основе этого сделали свои карьеры редактора раздела кулинарии и шеф-повара соответственно. Они купили большой дом в Ирвингтоне еще до того, как это стало считаться шикарным, разбили небольшой садик и открыли дело по продаже соусов. Сейчас у них огромная ферма на много тысяч акров в Калифорнии, они снабжают все крупные сети супермаркетов и имеют дюжину «небольших кафе» и ресторанов, названных их именем, а также расположенный на пляже бутик на Каррибах. Добавьте к этому двух прекрасных детей, дом, который можно снимать в «Вог», и тот факт, что они до сих пор не оторвались от жизни настолько, чтобы позабыть старую подругу, хотя не смогли вовремя поздравить ее со свадьбой и новым счастьем. Если расписать все это таким образом, вам потребуется достаточно уверенности в себе, чтобы провести выходные в Ирвингтоне с семьей Орланди.
