Читаем без скачивания Меня больше нет - Инна Разина

Хорошо, что она не стала уходить далеко, просто спустилась на первый этаж и зашла в кафе. Мне повезло, что помещение оказалось полупустым. Заняв соседний столик, я заказала кофе. А когда его принесли, взяла чашку, подошла к девушке и попросила разрешения сесть рядом. Она сразу напряглась, но не возражала.

Я устроилась напротив, не стала тянуть и перешла к делу.

– Даша, я хотела задать вам несколько вопросов о том времени, когда вы работали у Дмитрия Павловича. Вы, наверное, знаете, что Глеб ведёт своё расследование гибели вашего бывшего босса. И даже нанял новых детективов, чтобы ускорить процесс. У нас появилось несколько дополнительных версий. Надо проверить их, и здесь нужна ваша помощь.

– Я давно уже всё, что знала, рассказала Глебу Николаевичу и полиции. А что это за новые версии? – спросила она нервно.

– Об этом пока рано. Скажите, пожалуйста, вы говорили, что Дмитрий Павлович в последнее время был очень странным. В чём это конкретно выражалось?

Девушка задумчиво смотрела на меня, словно решала – ответить или уйти. Но всё же заговорила.

– Он стал рассеянным. Забывал про назначенные встречи и нужные звонки. Всё время думал о чём-то. Как ни зайду в кабинет – смотрит в стену или в окно. Я даже заметила, что у него руки дрожат. И курил он много, гораздо больше, чем обычно.

– Даша, вы работали с ним достаточно долго. Скажите, вам не показалось, что он оправился после смерти жены и вступил в новые отношения?

Она выпрямилась, глаза сверкнули, губы крепко сжались. Но через пару секунд успокоилась.

– Обычно я никогда не обсуждаю личную жизнь своего шефа, да и не только личную. Но сейчас особая ситуация, и я отвечу: нет, не показалось. Я не заметила ничего, что могло бы подтвердить ваши предположения.

Меня удивила категоричность её тона. Я с недоумением рассматривала девушку, не понимая, что её так задело. А она, закончив фразу, сразу поднялась, попрощалась и быстро ушла, так и не притронувшись к еде. Рассеянно допивая кофе, я раздумывала над её словами. В это время позвонил Глеб и поинтересовался, где я нахожусь? Я ответила, что жду его в кафе.

Через несколько дней я снова заехала за Глебом. Возвращаясь после деловой встречи, решила захватить его по дороге домой. Оставила машину на стоянке и поднялась на нужный этаж. Когда подошла к двери кабинета, она неожиданно распахнулась, и на меня едва не налетел пожилой мужчина. У порога он замешкался, оглянулся и бросил с горечью:

– Зря вы так, Глеб Николаевич. Нет там моей вины! – затем обогнул меня и быстро удалился. Заинтригованная, я зашла внутрь и прикрыла дверь.

– Кто это? О чём он говорил?

Глеб сидел за столом с недовольным лицом. Поморщился и ответил:

– Это бывший шофёр Димы. Работу искал, а я отказал.

– Почему?

– Он не должен был тогда отпускать Димку одного. Может, его бы не убили!

Я могла бы с этим поспорить и уже открыла рот, но неожиданно в голове возникла интересная идея. Она требовала немедленного действия, и я пробормотала:

– Ой, мне срочно надо в дамскую комнату. Собирайся пока, я скоро! – выскочила из кабинета и осмотрелась, мужчины нигде не было видно. Пришлось обратиться к Даше, оторвав её от разговора с Юрием Алексеевичем.

– Куда делся посетитель, с которым я только что столкнулась?

– Не знаю, – она удивлённо пожала плечами. – По-моему к лифтам пошёл.

В холле было пусто. Еле дождавшись лифта, я мысленно подгоняла его, пока он медленно полз вниз. На шумном и многолюдном первом этаже остановилась, вертя головой по сторонам, но нужного мне человека не увидела. Кажется, я его упустила! На всякий случай я выглянула на улицу, уже почти ни на что не надеясь. И тут удача мне улыбнулась. Бывший водитель Дмитрия Павловича нервно курил недалеко от входа, угрюмо уставившись в пространство.

Не было времени продумывать свои слова, да и говорить с ним здесь не стоило. Так что я решила не церемониться, подошла к мужчине и напористо произнесла:

– Вы ищите работу? Я могу помочь. У меня есть очень хорошее предложение. Давайте завтра встретимся и поговорим.

Он недоверчиво воззрился на меня.

– Вы же… вы ведь подруга Глеба Николаевича? Я раньше вас видел. Зачем вам мне помогать?

– Послушайте, я очень тороплюсь. У меня действительно есть для вас работа, шофёром, с отличной зарплатой. А взамен мне нужна небольшая помощь, только и всего. Завтра я всё объясню. Ну что, вы готовы встретиться?

Он ещё немного помолчал, растерянно изучая моё лицо, и кивнул. Я быстро объяснила, куда надо подойти, на всякий случай всучила визитку со своими телефонами и помчалась обратно к Глебу.

На следующий день я шла к месту встречи и ругала себя. Вдруг мужчина передумает и не придёт, а я вчера даже не успела записать номер его мобильного. Как его потом искать, не обращаться же к Глебу? Но ещё с улицы разглядела за столиком у окна знакомое лицо и успокоилась. Кстати, насчёт работы я не врала. Совсем недавно Игнат интересовался, нет ли у меня знакомых с водительскими правами. Его старый шофёр уволился, и теперь он искал нового. Вчера, в кабинете Глеба, я моментально это вспомнила и решила попытать удачу. На мой взгляд, личный водитель, если он наблюдательный человек, способен многое рассказать о жизни шефа.

Я сидела напротив мужчины и собиралась с мыслями. Мне предстояло нелёгкое дело – его разговорить. То есть заставить поделиться с практически незнакомым человеком подробностями жизни бывшего начальника. И мой единственный аргумент – предложение о работе, которое должно его заинтересовать. Для полной откровенности такого предложения, пожалуй, недостаточно. Значит надо придумать что-то ещё. Я вспомнила его вчерашние, полные горечи и обиды слова, обращённые к Глебу, и воспряла духом. Кажется, это мой шанс!

– Давайте начнём сначала. Меня зовут Марина. А вас?

– Валерий Иванович, – быстро ответил он, потом поморщился и уточнил: – Валерий, можно без отчества.

– Хорошо, Валерий. Тогда, прежде всего о работе. Мой знакомый ищет нового шофёра. Человек он обеспеченный и платит очень хорошо. Я могу порекомендовать вас. И поверьте, к моей просьбе, скорее всего, прислушаются. Так что здесь всё честно.

Мужчина молча разглядывал меня из-под нахмуренных бровей. Судя по всему, ждал какого-нибудь подвоха. Что ж, надо попробовать достучаться до него.

– Теперь о том, что нужно от вас. Так получилось, что моя жизнь тесно переплелась с убийством вашего шефа. Сначала я оказалась случайным свидетелем его гибели, а потом познакомилась с Глебом Николаевичем и помогала в поисках киллера. Теперь киллер мёртв, но история, к сожалению, не закончилась. Что, в общем-то, понятно – заказчиков пока не нашли. Я не могу подробно об этом говорить, но покушения продолжаются. Причём и на Глеба, и на меня. У Глеба есть своя версия, он ей занимается. Я придерживаюсь других взглядов и пытаюсь сама выяснить правду. Моя задача – не перекладывать вину на кого-то, – здесь Валерий помрачнел и вздохнул, – а найти настоящего преступника. Вчера у меня сложилось впечатление, что вы тоже в этом заинтересованы. Поправьте, если я не права.

– Вы угадали, – кивнул мужчина, настороженность всё ещё не ушла из его взгляда.

– В таком случае наши интересы на данный момент совпадают. Но чтобы разобраться во всём, мне необходимы подробности. И здесь как раз нужна ваша помощь. Мне надо, чтобы вы поделились всем, что помните о последнем месяце жизни Дмитрия Павловича. Всем, что показалось вам подозрительным, странным, да просто привлекло внимание.

Валерий задумался, глядя в стол. Я сделала всё, что могла, и теперь оставалось просто ждать его решения. Через пару минут он поднял глаза.

– Спасибо, что не стали врать, ложь бы я почувствовал. Вы правы, мне действительно тяжело слышать обвинения Глеба Николаевича. Я очень жду, когда найдут настоящих убийц. Не знаю, чем вы можете помочь в этом деле, надеюсь, у вас есть нужные связи. В любом случае не вижу причины, почему я должен молчать. Уже стольким людям это говорил, скажу и вам. Даже если ничего не выйдет, всё равно. Хуже всего ощущать свою бесполезность, так что я хотя бы попробую.

– Вот и отлично. Давайте вместе попытаемся найти какие-нибудь зацепки. Для начала, вы тоже заметили, что шеф был сам не свой перед смертью?

– Ещё бы. Такое трудно не заметить.

– В чём это конкретно выражалось?

– Да во всём! Он очень изменился. Я ведь работал с Дмитрием Павловичем много лет и помню его разным. Каким он был до смерти жены, и каким стал после: замкнутым, угрюмым, отрешённым. Но это было понятно. Потом шеф немного успокоился. Только я обрадовался, что он снова начал шутить, разговаривать со мной, а не просто как автомат: да, нет, останови здесь. В общем, стал таким как раньше. Но прошло несколько месяцев, и его как будто подменили. Нервный, злой, постоянно на взводе. Всё время дёргался, оглядывался, особенно, когда звонил телефон.