на находившийся на полу труп. Эмма спряталась за другом, не желая напоминать себе о том, как теперь выглядела Аббигейл.
Брюнет, молча, сочувствующе устремил свой взгляд на свою подругу, по которой было видно, как она сожалела о своем решении «весело и незабываемо провести выходной». Вот подобное и запомниться… Надолго.
– Мы, вероятно, должны хоть кого-то призвать к содействию, – процедила Эмма сквозь зубы.
Она вновь почувствовала угнетающий ее холод, после того, как согревающее ее тело друга отдалилось на какое-то незначительное расстояние.
– Да кого мы позовем-то? – взбесилась Тейлор.
Дрейк уже не слушал девушек, когда его внимание привлекла также поблескивающая под светом фонаря кровь Аббигейл на углу стоящей у стены тумбочки. Самым гадким было то, что, приблизившись, парень увидел на ней и частички человеческой кожи. Рана Аббигейл была открыта, зрелище в действительности было жутким. Какую силу надо было иметь, чтобы побороть чье-либо сопротивление и разбить человеку голову до черепной кости?
– Дрейк? – Эмма дотронулась до плеча молодого человека.
– Что? – он резко поднялся и почувствовал себя виноватым за то, что был отвлечен и прослушал беседу девушек с все возможными предположениями к сложившейся ситуации. – Ты что-то сказала?
– Что за гадость ты там нашел? Это кожа?
– Будет лучше, если ты не будешь смотреть. Отвернись, – Дрейк отвел подругу в сторону, пока Тейлор, в свою очередь, наоборот как можно ближе приблизилась к частичкам человеческого тела.
– Сразу вспоминаются фильмы ужасов, когда со временем вот в таких частях человеческого тела начинают образовываться личинки каких-нибудь червяков, – Тейлор склонила голову на бок, обозрев кожные кусочки Аббигейл со всех сторон.
– Тейлор! – Дрейк взял девицу за руку и отвел ее в сторону. – Ты не помогаешь. Это все ужасно, а для тебя это шуточки?
– Полегче. Чего ты на меня гонишь? Я, конечно, жутко испугалась, когда увидела настоящее мертвое тело, но что мы можем поделать?
– А тебя не пугает тот факт, что в списке поочередных убийств у этого маньяка ты можешь стоять следующей? – Дрейк как можно больше набрал воздуха в грудь и напряг мышцы грудной клетки. Теперь его плечи выглядели еще более широкими, и он сам казался немного крупнее, чем был до этого.
Тейлор смотрела парню четко в глаза, извергая огонек пренебрежения. Она не знала, что ему ответить. Девушка задумалась над поставленным ей вопросом, хотя вида не подавала. Ей нравилось играть самоуверенную и самостоятельную девушку, поэтому она решила показать полную свою незаинтересованность и тотальное безразличие. Хотя Тейлор прекрасно понимала, что все перестало быть игрой. Убийство произошло на самом деле. И никакого представления быть не могло. Если в поместье началась охота на участников, то путного из этого, кроме как скорейшего нахождения выхода из этого зловещего места, извлечь было нельзя.
Дрейк проделал плечевыми суставами несколько круговых движений, и после этого, невзирая на последующие гневные рассуждения девушек, осмелился взять на свои руки уже весьма холодное мертвое тело.
– Что… Что ты задумал? – Эмма кинулась к своему другу, который не побоялся испачкаться в крови другого человека.
Дрейк опешил, повернулся к девушкам лицом и, переместив взор с них на Аббигейл, произнес:
– Нам надо найти ей комнату. Уложим ее куда-нибудь на кровать и будем жать, пока мы наконец выберемся отсюда… Если, конечно, нам не суждено кончить так же.
Глава 13.
Кристофер указательным пальцем поправил свои круглой формы очки на переносице, когда принялся рассматривать найденную им пожелтевшую стопку рукописей. Шатену уже предоставлялась такая возможность в запертой комнате, где он некогда побывал и из которой успешно и довольно быстро смог выбраться. Тогда он нашёл папку с документами 1970-80х годов, в которой также хранился некого рода список. В нем отчётливо фигурировали имена всех живших в данном поместье людей с отведённым параллельно каждому имени полем с датой рождения и смерти. Кем и для чего велись данные записи – понять было трудновато, однако самыми последними в этом списке были вписаны имена Роберта Феникса Холла, его супруги Роуз Стефани Андерсон и их сына Стивена. Их данные были заполнены только в поле даты рождения, соответственно можно было осмелиться предположить, что именно чьей-то из них рукой была изложена данная информация. Однако для каких целей – загадка.
У Кристофера за спиной уже было пройдено несколько комнат, в которых ему, по правде говоря, не посчастливилось найти хоть что-то весьма полезное. Поэтому находясь в столовой комнате, в которой имелся весьма большого размера стол, вмещающий в себя порядка 12 человек, молодого человека уже не преследовала такая импрессия, как в самом начале прохождения квеста.
Но в какую-то минуту парню показалось, что подобным образом игры не строят, соответственно не везло только отчасти – поиски продолжались, а значит, отступать было бы глупым поступком.
В комнате стол был окружён четырьмя высокими шкафами, располагающимися у стен. Их полки были заставлены дорогим стеклом и посудой из хрусталя, которая была выточена с необыкновенно красивыми узорами и формами. Стол был застлан материалом высокой плотности. Так можно было судить по внешнему виду скатерти, которая сохранила до настоящего времени свой насыщенный бирюзовый цвет, и по отсутствию каких-либо повреждений при постоянном контакте с посудой и частом трении поверхности. Также на крышке стола с какого-то неопределенного времени продолжали стоять серебряные тарелки, вилки и стаканы, которые продолжали ждать, когда их хозяева смогут использовать их во время званого ужина или простой семейной трапезы, только были бы живы эти хозяева…
Всю эту мебель затмевал собой портрет мальчишки, висящий точно над входом в саму комнату. Картина не была столь большого размера, однако разглядеть каждую деталь самого изображения было довольно просто.
Черноволосый мальчик, светло-серые глаза которого украшали его высокие тонкие брови, внушал симпатию своей теплой детской улыбкой. Его круглой формы личико обрамляли вьющиеся волосы. На щечках виднелся лёгкий румянец. Ушки были оттопырены. Сам мальчишка был худым, одетым в джинсовый комбинезон и бело-синюю водолазу. Он убрал свои ручонки за спину и просто открыто улыбался.
С такого расстояния, с какого Кристофер изучал портрет мальчишки, можно было заметить некую надпись внизу холста, однако рассмотреть, что конкретно было там изложено – удалось бы только при более близком расстоянии. Поэтому молодой человек, не теряя ни минуты, решил воспользоваться стулом, на который он поспешил взобраться после того, как поднёс его к входной двери. Тогда Кристофер уже четко мог разобрать выведенное на картине предложение: «Любимому сыну Стивену!».
Значит, изображённый мальчишка приходился сыном самого Роберта Феникса Холла.
Крис был рад своему достижению, ведь он все больше начал узнавать о последнем законном владельце поместья, а значит, он все больше приближался к завершению главного задания квеста.
