— Балин, динамит давай! — крикнул я. — Надо их матку гнать наверх!
Ждать у моря погоды тоже не годится. Лучший способ защиты — это нападение, вот и попробуем к нему прибегнуть. А сразу матку ничем не выгонишь, пока нескольких её потомков не уничтожишь. Так, по крайней мере, все мои книги говорят.
Я выдернул цилиндрическую шашку взрывчатки из кармана, поймал зубами хвостик бечёвки, торчащий из запала, и рванул его зубами. Треснуло, зашипело, как от зажжённой спички. Из огрызка шнура, похожего на окурок папиросы, повалил дым, струйкой брызнули искры.
Посчитав до четырёх про себя, одновременно молясь, чтобы запал был небракованным, я, размахнувшись, метнул шашку за борт. И через пару секунд глухо там бухнуло, а поверхность воды вспухла большим пузырем. Гидравлический удар мягким молотом ударил в борт баржи, и почти одновременно рвануло с другого борта — Балин тоже ненамного отстал. А я уже рвал бечёвку из запала следующего заряда динамита.
Из воды опять выскочила жаба, умудрившись перелететь через борт и упасть мне прямо под ноги. Я едва успел отпрыгнуть назад, когда острые как иглы зубы со стуком сомкнулись в том месте, где только что было моё колено.
Устоять на ногах не получилось, поэтому и выстрелить я не успел. Из распахнувшейся пасти вылетел хлыстом длинный язык, подсёк меня сразу под обе щиколотки, а затем тварь резким движением головы выдернула ноги из-под меня. Я рухнул навзничь, роняя ружьё и хватаясь опять за кобуру.
Краем глаза я увидел, как на левом борту оказались ещё две твари одновременно, отвлекая бросившихся было мне на помощь Балина и Лари. Сильный рывок заставил заскользить меня по доскам палубы на спине, и я едва успел вцепиться руками в проём двери в рубку, иначе мои спутанные ноги уже исчезли бы в жабьей пасти. Силы у чудовища было с избытком, даром что оно раза в два меньше меня.
Спасла меня Маша, выпустившая из ладони сверкающую, ветвящуюся молнию. Треснуло разрядом, запахло одновременно озоном и гарью. Жаба дёрнулась и отлетела назад, волоча мгновенно ослабший и соскользнувший с моих ног язык за собой. А затем в неё угодил дуплет картечи из дверей рубки — это уже Орри помог, вмешался в заваруху.
Я перекатился, схватил как последнюю надежду выроненное ружьё, встал на колено. Балин с Лари ещё отбивались — твари словно ускорились, даже латиг, вертевшийся в воздухе, не мог попасть по уворачивающейся жабе. Она отскочила в сторону, разрывая дистанцию, оказавшись на корме баржи. Вторая же, совершив невероятный прыжок с места, заскочила на крышу рубки, выстрелила оттуда в увернувшуюся Лари языком, но всё же попала под раздвоенный хвост латига, раскроивший ей череп.
Маша подхватила с палубы бесполезно валяющийся «таран» и дважды выстрелила в сидящую на корме жабу, ни разу не попав, но заставив её прыгнуть за борт.
Где матка? Драка пошла во всю ширь — теперь она обязательно должна появиться. Или те, кто книжки пишет про монстров, ни черта в них не понимают.
Матка оказалась совсем не похожей на своих питомцев. Больше всего она напоминала длинную ящерицу с широкой, как раскрытый чемодан, башкой, с гребнем вдоль всей спины и жуткими когтями, под которыми беспомощно крошился деревянный планшир. Она появилась из воды совершенно бесшумно, выскочив до того места, где у неё должен быть «пояс», и опёршись передними лапами на борт, заваливая широкую, увесистую баржу в крен. Сверкающие каминными углями глаза уставились на нас, сгрудившихся возле рубки. Даже частично показавшись из воды, она нависала над нами сверху.
— Маша, щит! — заорал я, сделав это своевременно.
Едва перед нами возникла искрящаяся полусфера, как ящер выбросил из пасти облако зелёной слизи, осевшее на невидимой сфере и стекшее вниз. Доски палубы в том месте, куда упали капли, зашипели и задымились.
— Щит! — вновь крикнул я, и сфера, мигнув, рассыпалась искрами.
А я влепил в морду ящера картечью из двух стволов, дуплетом — так, что у меня чуть не вывернуло плечо. Две порции картечи с такого расстояния — не шутка. Голова матки откинулась под страшным ударом, брызнула бурой кровью, облаком повисшей в воздухе. Тварь чуть не сорвало с борта, но глубоко впившиеся в дерево когти удержали её на месте. Но удержали только для того, чтобы выхватившая у Маши помповик Лари начала всаживать в грудь и шею заряд за зарядом, рвущие мышцы и жилы, вырывающие куски зелёной плоти. «Таран» подпрыгивал при каждом выстреле, плевался огнём — и пять раз подряд честно рванул свистящими кучками свинца осклизлую плоть твари. Бабахнул дуплет из двустволки Балина. Но точку поставили всё же не они, а штуцер старейшины Рарри, с которым высунулся из рубки Орри Кулак.
Орри вскинул свою двустволку пугающего калибра, утопил крючок и… Я оглох на левое ухо, а длинный пучок пламени вырвался сначала из верхнего, а затем, через пару секунд, из нижнего ствола. И второй выстрел был уже лишним. Монстра сбило с баржи и швырнуло в воду уже первым попаданием. Удар пули шестисотого калибра весом шестьдесят граммов — дракона на задницу усаживает, не то что матку речных импов. Вторая пуля ударила молотом в уже неподвижное тело, покачивавшееся на волне и медленно погружающееся, выбив фонтан воды и крови, перевернув тушу и закружив в медленном водовороте.
— Всё, что ли? — спросила Лари, быстро заталкивая патроны в помповик.
— Всё, — ответил я, переламывая стволы «вампирки».
— Уверен? А мелочь? — спросила уже Маша, тяжело дыша.
— Матку убили, мелочь сейчас сама помрёт. Они друг без друга не живут, — ответил я, запихивая патроны.
— Точно, я в книжке читал, — подтвердил стоящий в дверях Орри, воинственно держащий свой убийственный, но разряженный штуцер наперевес. — Дальше спокойно пойдём. Импы даже нечисть вокруг распугать должны были.
— Точно? — на всякий случай переспросила меня Маша.
— Точно, — кивнул я. — Они всех подряд жрут, другая нечисть им тоже годится. Так что дальше спокойно пойти должны. Но до выхода из тумана всё равно никому не расслабляться.
— Расслабишься тут, — к моему удивлению, заявила до сей поры бесстрашная Лари.
Машу, слегка утомлённую, я отправил в купеческую каюту отдыхать. Балин ушёл к дизелю, а мы с Лари остались караулить на палубе. А заодно помыли её из шланга, сгоняя за борт сильной струёй речной воды кровь, ошметки грязно-зелёной плоти и куски каких-то непонятных костей. Досталось импам всё же неплохо. Пришлось даже на крышу рубки лезть, где Лари своим кнутом разрубила череп одной из тварей.
Ружей из рук не выпускали, а я мысленно отметил, что лучше коротких двустволок десятого калибра для такого боя ещё никто ничего не придумал. Хоть с каждого ствола поочерёдно бей, мало один хрен не кажется. А хоть дуплетом — тогда вообще как тур-ящер пробежал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
