Нет, убираться надо тихо. Ну, уснула, ну, он уснул. Это же все случайно получилось. И лучше, чтобы об этой случайности знала только я.
Думаю, достаточно будет пары фраз парня о том, что он с радостью повторит такой отдых, только, желательно, с продолжением без одежды, и стойкое желание его прикончить вновь вернется. А я только начала заставлять себя от него избавиться.
Чувствуя себя пиратской копией женщины-кошки, аккуратно приподняла ладонь парня и попыталась выбраться, однако уже в следующую секунду замерла — дыхание мажора участилось. Вот же блин! Не хватало только проснуться лицом к лицу!
Однако, мне повезло. Парень глаза не открыл. Ну, как повезло… Относительно. Помимо руки колдуна на мне теперь покоилась и его нога. Просто супер!
Пришлось подождать несколько минут, пока дыхание мажора выровняется и предпринять вторую попытку. Аккуратно, не совершая резких движений, мне все-таки удалось освободиться и встать с кровати. Еще немного, и можно будет считать мой план успешным.
До дверей я шла крайне аккуратно — не дай бог, по пути мне встретится скрипучая половица или еще что-нибудь, что теоретически способно разбудить колдуна.
Однако форс-мажора не произошло. Удачно преодолев отделявшее меня от двери расстояние, взялась за ручку, даже повернуть ее успела и… услышала голос мажора:
— Шпион из тебя, конечно, отвратительный.
От неожиданности едва не взвизгнула. Напугал же, идиот! Еще и план испортил!
— Не хотела тебя будить. — сказала, обернувшись, и с удивлением отметила, что парень совсем не выглядел заспанным.
— Я, вообще-то не спал. — хмыкнул колдун.
— Чего? — уточнила, начиная закипать от возмущения.
То есть все это время, пока я тут чудеса грации демонстрировала, он просто издевался надо мной?! Еще и ногу закинул!
— Ты идиот! — на этот раз озвучила свою мысль.
— Вообще-то я рассчитывал на благодарность. Я тебе выспаться дал.
— Очень благородно!
— Ну, как бы, да.
— А, я постоянно забываю, что посланникам ада для того, чтобы набраться сил, хватает буквально пары часов. Не хочу тебя разочаровывать, но нормальные люди обычно спят до утра.
Моя пламенная речь на колдуна не произвела ни малейшего эффекта, даже улыбку с лица не стерла. Кажется, даже наоборот, сделала ее шире.
— Не хочу тебя разочаровывать… — протянул он лениво, а затем щелкнул пальцами.
Искорки света, в окружении которых я стояла, плавно погасли. На секунду в комнате воцарилась тьма, а затем плотные шторы начали медленно раскрываться.
Это было невообразимо, но… за окном вовсю сияло солнце. Я даже растерялась. Растерялась настолько, что забыла и о праведном гневе, и о том, что с мажором вообще-то принято разговаривать в шутливо-язвительном тоне. Просто спросила:
— А сколько сейчас времени?
Вместо ответа парень кивнул, указывая куда-то за моей спиной. Пришлось обернуться и посмотреть в заданном направлении. Стрелки на часах, висевших на противоположной от кровати стене, замерли на половине первого.
Шестеренки в голове быстро закрутились. Недостаточно быстро для того, чтобы вернуть себя в целиком и полностью адекватное состояние, но вполне нормально, чтобы осознать — колдун действительно позволил мне выспаться.
Я даже начала подумывать над тем, что стоило бы его поблагодарить, однако парень заговорил раньше, чем я смогла сформулировать фразу. Знаете, придумать слова благодарности для мажора, на самом-то деле, занятие не из простых.
— Приводи себя в порядок, нас сегодня ждут великие дела.
— Снова заставишь ловить голубей или сразу перейдем на кошек? — проговорила шутливо, однако колдун не улыбнулся.
И это мне совсем не понравилось.
— Старейшины действительно хотят, чтобы мы продолжили обучение. — да и в голосе никакого намека на веселье.
— Ладно… — протянула аккуратно. — И в чем заключается продолжение обучения?
— В дальнейшем развитии уже имеющихся навыков. — сказал парень, голосом ходячей энциклопедии. — И приобретении новых.
— Исчерпывающе.
Мажор не спешил продолжать беседу. Отвел взгляд, на несколько секунд остановил его на окне, как будто что-то обдумывал, а потом вновь посмотрел на меня.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Они хотят, чтобы я научил тебя взаимодействовать с людьми.
И вновь тон, который пришелся мне совершенно не по душе.
— Что значит взаимодействовать?
— Ты задаешь слишком много вопросов. — резко вернувшись к привычной манере общения, сообщил парень. — У тебя пятнадцать минут, в противном случае мне придется ускорить твое появление внизу. Честно скажу — получить заряд тока в душе — сомнительное удовольствие. Так что поторапливайся.
После чего взял с прикроватной тумбочки телефон и переключил внимание на него, ясно давая понять, что наш диалог окончен.
Глава 9. Не все принципы одинаково непоколебимы
Последние две недели я чувствовала себя школьницей, которая все время учебы страдала фигней, а теперь в панике готовилась к выпускным экзаменам. Точнее, это мажор заставлял меня так себя чувствовать.
Ладно, положа руку на сердце, признаюсь честно, не таким уж он и плохим был учителем. Ну, когда сам того, конечно не хотел.
С той версией колдуна, которая не представляла из себя сгусток сарказма, вполне можно было находить общий язык. Однако его требовательность… Она просто убивала!
Каждое утро, едва мы заканчивали завтракать, начиналось с каких-то тренировок. Птиц ловить, к счастью, больше не приходилось. Да и вообще, как оказалось, необязательно было выходить из дома, чтобы практиковаться в магии.
Сперва выполнять задуманные колдуном действия получалось из рук вон плохо. Теперь я понимала, почему с самого начала, в тот далекий первый раз, целью для манипуляций мажор выбрал практически невесомые частицы муки.
В моем послужном списке за время нашего обучения уже числились три разбитые вазы, люстра, из которой я всего лишь планировала выкрутить лампочку (ну я реально не собиралась ее ронять!) и одна сожженная картина.
Странно, кстати, что после случая с предметом живописи я еще жива осталась. В отличие от ваз, она восстановлению не подлежала.
Однако понемногу стал проглядываться и прогресс. Теперь я вполне ловко могла перенести силой мысли (взглядом, стараниями египетских богов или еще какой-нибудь мутью) стопку книг через комнату, не уронив при этом ни одной, ну, и не убив никого по пути.
Взаимодействия с живыми организмами тоже давались уже куда лучше. Пожалуй, если постараться, я смогу заставить стаю воробьев вытоптать на песке какое-нибудь нецензурное слово. Короткое, правда.
А что? Идеальное преступление!
Уже вижу сводки местных газет: «Воробьи-матерщинники. Кто они? Посланники дьявола или новейшая разработка вражеской разведки».
Интересоваться теорией, узнать, почему именно так происходит, и понять все механизмы я не стремилась. Во-первых, здраво оценивая свои силы, осознавала, что не поверю. Даже несмотря на то, что я уже по самые уши вляпалась в эту магию, порой было сложно убедить себя в том, что все происходит наяву. А, во-вторых, мажор и сам не стремился раскрывать все тайны. То ли ленился, то ли не хотел, то ли не положено было.
Однако понимание каких-то вещей приходило само собой. Бац, и ты уже что-то знаешь, причем знаешь абсолютно точно. Как с трибуналом, под который обязательно попадет секретароведьма из офиса старейшин.
Кстати, о них. То есть, о них — это всегда некстати. Терпеть мажора остаток дня после встречи с Александриной просто невозможно!
В общем, достаточно быстро стало понятно, почему колдун настолько требовательно относился к моему обучению. Теперь, помимо него в кабинет к стопятидесятилетней студенточке вызывали и меня.
Александрина давала несложные задания, которые я выполняла. Ощущения от этого — глупые и странные. Для полного погружения мне не хватало только блестящего циркового костюма и голоса на заднем плане: «А теперь на арену выходит великолепная и неподражаемая Лина!».
