– Джо, из этого ничего не выйдет, – тихо прошептал Чарли. – Нужно ползти назад. Светает!
Бент был прав. Треснувшая ветка задержала нас на полпути, а над холмами уже разгорался рассвет.
– Конечно, – согласился я. – Надо возвращаться. У нас будет другая ночь.
Едва последнее слово слетело с моих губ, как долина буквально взорвалась от диких боевых кличей.
– Что такое, черт побери? – выдохнул я.
– Арапахи! – шепнул Бент, сверкая глазами.
Мы посмотрели на северный край долины. Туда вырвалась шумная арапахская орда и понеслась к лошадиному табуну. Видно, Черный Медведь захотел вернуть захваченных лошадей. Мы увидели, как повскакали на ноги испуганные солдаты и засуетились под тревожные звуки трубы. Мы разглядели и индейских наемников Коннора, бросившихся наперерез арапахам. В конце мы заметили еще кое-что, отчего волосы на моей голове, казалось, ожили.
Мы были обнаружены!
Неясного утреннего света вполне хватило остроглазым краснокожим Блэкберна увидеть две наши любопытные физиономии, торчавшие над высокими травами южного конца долины. Многие пауни еще просто что-то кричали, показывая на нас руками, и среди них кто-то из людей Блэкберна.
– Боже!.. Бежим, Чарли!
Мы стремглав бросились к своим лошадям. Однако расстояние было порядочным, а верховые пауни уже дышали нам в спину. Они были настолько близко, что могли уже продырявить нас стрелами. Они этого не сделали. Они задумали другое. Бент бежал чуть впереди, и я увидел, как по его голове скользнула петля недостаточно метко брошенного лассо. Мои внутренности обдало холодом. Пауни решили приобрести себе жертвы для пыток! Я рванулся вперед что было сил. Но в это мгновение холодная, как кожа гремучей змеи, петля индейского лассо легла на мои плечи. Я пробежал еще несколько ярдов, когда резко натянувшийся аркан сбил меня на землю. От падения я выронил нож, а уже в следующую секунду на мою грудь опустилось тяжелое колено пауни. Оскалившийся в зловещей улыбке индеец тут же приставил к моему горлу острие скальпирующего клинка.
Потом подоспели другие пауни, которые тут же бросились за Чарли, и с ними – кто бы вы думали?! – Черный Тони Сайкз! Не знаю, то ли оттого, что увидел знакомое лицо, то ли потому, что его появление давало хоть какую-то надежду, я прослезился.
– Тони, мы опять встретились с тобой, – с комком в горле и с острием индейского ножа на кадыке проговорил я.
Сайкз склонился надо мной, неуверенно хмыкнув. В его черных глазах сначала не было ничего, указывающего на признание. С чего бы это, если перед ним лежал настоящий шайен в мокасинах, в набедренной повязке, с индейской прической. Но затем, пристальнее всмотревшись в мои черты, он в удивлении закачал головой.
– Тысяча чертей, Кэтлин!.. Это ты?!
– Похоже, что так оно и есть.
Сайкз одним движением руки отстранил от меня пауни, строго сказав что-то на его языке. Индеец повиновался с явной неохотой.
Связанный по рукам петлей лассо, я присел и посмотрел на то место, где были оставлены наши лошади. Теперь их там не было.
– Твоему напарнику повезло больше, – сказал Черный Тони, сев против меня на корточки. – Он скрылся. – Сайкз указал на возвращавшихся индейцев.
– Хоть это утешает. – промолвил я, с ненавистью взглянув на собравшихся вокруг пауни, которые смотрели то на меня, то на дальний конец долины, где кавалеристы и их соплеменники давали отпор арапахам.
– Как ты оказался здесь, – спросил Сайкз тихо, чтобы не слышали индейцы.
– Что за вопрос, Тони? Лаура любит меня, я люблю ее. Мы должны быть вместе… А вот что тебя погнало в дорогу?.. Неужели и ты, как Блэкберн, жаждешь моей смерти?
– Только не это, Кэтлин. Поверь, у меня есть причины находиться тут, на Западе. – Он обернулся и бросил взгляд на Блэкберна, который вместе с Лаурой и седовласым мужчиной остался стоять у костров. – Давай лучше поговорим о тебе, пока не поздно. Если Стиву вздумается подойти сюда – тебе конец.
– Кажется, мне в любом случае конец, – горько ухмыльнулся я. – Я проиграл.
Сайкз залез пятерней в свою густую бороду и погрузился в раздумье. Его черные кустистые брови находились в постоянном движении.
– Не совсем проиграл, Кэтлин, не совсем, – сказал, наконец, он с видимым облегчением. – У тебя остался один единственный козырь и им необходимо воспользоваться.
– Что ты имеешь в виду?
– Я имею в виду Лауру. Ты знаешь, Стив совсем свихнулся из-за любви к ней. Он возит ее с собой по всему Западу, но не тронул ее и пальцем. Есть только один выход, Кэтлин. Надо сделать так, чтобы сама Лаура вступилась за тебя.
– Но каким образом, Тони?
– Я несколько раз видел, как наши пауни устраивали охоту на пленников, показывая свою удаль и быстроту. И, по правде сказать, они всегда возвращались со скальпами бедняг. Но это, похоже, единственный для тебя шанс. Если Стив вознамерится прикончить тебя сейчас, Лаура пригрозит ему самоубийством. Он отступит, это уж точно. Тогда Лаура должна сказать, что все решит жребий. Либо пауни догонят и убьют тебя, и она выйдет за него замуж, либо ты спасешься, и все останется как было… Это жестоко, Кэтлин, но у меня больше нет идей. Думается, Стив согласится. Он мечтает о том дне, когда девушка без принуждения станет ему женой.
«Это единственный путь к спасению, – подумал я. – Если ноги и легкие не подведут меня, то смогу, возможно, уйти от своры краснокожих гончих».
– У меня нет выбора, Тони. Надеюсь, после моей смерти Лауре как-нибудь удастся избавиться от подонка.
– Вот и отлично!.. Попробую дать тебе совет, Кэтлин. Если ты побежишь к Танг-Ривер, а, похоже, так оно и будет, изо всех сил попытайся добраться до ее берегов и гам скрой свои следы. Пауни – искусные бегуны и следопыты, но и их можно провести… А теперь, держи мою руку.
– Ты настоящий человек, Тони, – обменявшись с ним рукопожатиями, расчувствовался я. – Может, лучший из встретившихся мне в жизни.
– Брось, Кэтлин, у меня куча недостатков. – Сквозь черноту густых усов и бороды блеснула его белозубая улыбка. – Не обольщайся.
– Ладно, но как ты предупредишь Лауру?
– Уж как-нибудь постараюсь. Удачи тебе.
Пауни остались стеречь меня, а сам Сайкз направился к стоянке.
Я стал следить за ним с замиранием сердца. Вот он подошел к Блэкберну и Лауре. Сказал им что-то… Лаура всплеснула руками и вскрикнула. Блэкберн выхватил револьвер и решительно двинулся в мою сторону. Сайкз остановил бросившуюся было за ним Лауру. Переговорил с ней. Они вместе догнали Блэкберна… Состоялся жаркий спор между ним и Лаурой… Блэкберн утихомирился, сунув оружие в кобуру и вернувшись с Лаурой к стоянке.
Мне можно было перевести дыхание.
В долине к этому времени стало тихо. Длинные Ножи и наемники прогнали арапахов далеко на юг. Оттуда слышалась затихающая стрельба.
Сайкз вернулся и отослал всех пауни, кроме одного, пленившего меня, к Блэкберну. Получив распоряжения, они сложили в кучу огнестрельное оружие, оставив при себе лишь ножи, томагавки и копья. Один из них подошел ко мне. Поговорив с моим пауни. он снял с меня лассо и знаком показал подниматься. Я встал.
– Сними мокасины, – приказал индеец на плохом английском.
Я посмотрел на Сайкза.
– Тебе придется сделать это, Кэтлин, – сказал он. – Таков у них обычай. Беглец остается без оружия и без обуви, они – без огнестрельного оружия.
Я повиновался, прикинув, что будет с моими ступнями, когда они побегут по каменистой земле предгорий, покрытой колючками, кактусами и камнями.
– Пошли, – сказал пауни, крепко схватив меня за руку.
И мы пошли. Толпа пауни наблюдала за мной, готовая в любую секунду начать охоту. Чуть позади стояла Лаура. Я помахал ей свободной рукой. Она мне ответила тем же и опустила голову. Поравнявшись с индейцами, мы тронулись в открытую долину. Я стал машинально отсчитывать шаги. На двадцатом пришлось остановиться.
– Отсюда дойдешь вон до того маленького куста, – произнес пауни. – Пойдешь медленно. Поравнявшись с ним, беги!
Пауни повернулся и зашагал к своим соплеменникам. Я помолился и, не торопясь, пошел к кусту дикой розы, одиноко растущему посреди трав. До самого последнего момента я почти не испытывал страха. Теперь, когда с каждым шагом роковая отметка становилась все ближе, меня начала бить мелкая дрожь. Во рту пересохло, сердце отчаянно колотилось.
Не совладав с волнением, я бросился бежать, не дойдя до розы двух-трех шагов. И клянусь, никогда в жизни я не срывался с места столь стремительно! Одновременно сзади послышалось рычание гончей стаи: воины пауни кинулись вслед за мной!
Я побежал по прямой через усыпанную камнями и колючками местность. Мои ступни почти сразу закровоточили, но я не обратил на это никакого внимания, ибо знал – или бег или смерть! Единственное чего я хотел – это как можно дальше оторваться от преследователей. У меня даже не было времени оглянуться. Я только заметил, как несколько томагавков пронеслось мимо.
