Читаем без скачивания Вспышка. Книга вторая - Джудит Гулд

Наджиб во все глаза смотрел на него, находясь под впечатлением дерзости и дальновидности этого плана.

Абдулла задумчиво улыбнулся и взглянул на Наджиба.

– Так что, Как видишь, твое участие совершенно необходимо. Нелегко подружиться с нашими врагами и узнать, как работает их мозг, а тем более оказывать на них влияние и завоевать их доверие и уважение. По, только добившись этого, мы сможем действительно эксплуатировать иностранцев в своих целях. Только подумай, какие широкие возможности откроются перед нами! Если ты сможешь основать какое-то дело, законное дело, которое будет удачным и уважаемым, но в действительности станет служить прикрытием для нашей деятельности, западные банки и даже евреи, – он негромко рассмеялся, – смогут, не подозревая об этом, финансировать нашу борьбу, а мы сможем покупать любое оружие и политиков, которые нам понадобятся. Их заводы станут нас снабжать, пусть косвенно, бомбами! Их корабли смогут доставлять их нам! Мы будем в состоянии подорвать сам фундамент, на котором стоит Израиль, а если па то будет воля Всевышнего, и сами эти кичащиеся своим богатством западные страны.

– Есть только одна загвоздка, – заметил Наджиб. – По своему опыту в Итоне я знаю, что люди на Западе не любят арабов. Они презирают нас и считают ниже себя.

– Значит, ты должен изменить их образ мыслей. Ты будешь богатым студентом, а, следовательно, популярным. Впоследствии ты станешь еще богаче, а значит, и еще популярнее. Иностранцы боготворят деньги, лежащие в их банках-храмах, больше, чем самого Бога в церкви. Они просто ослеплены богатством. Наступает момент, когда они готовы простить что угодно – даже убийство, – если дело касается миллионов долларов.

– Миллионы получить не так-то просто, – предостерег Наджиб.

– Если посеять денежные семена, то при надлежащем уходе и с помощью нужных людей, которые смогут направлять их рост, состояние будет увеличиваться.

– Но у нас нет денег.

– Есть. Я дам тебе их так же, как дал на твое образование. На свете много богатых арабов, которые не осмеливаются открыто выступить в нашу защиту из страха лишиться американских инвестиций, но которые предложили нам свою финансовую поддержку. И ты, Наджиб Аль-Амир, станешь во главе всего этого. Ты будешь отчитываться только передо мной. Обладая настоящей властью, – экономической властью, – мы сможем добиться большего, чем со всеми ружьями и кинжалами! Со временем… Кто знает? – Он пожал плечами, и на губах его заиграла едва заметная улыбка. – Возможно, нам удастся стать силой, с которой придется считаться всему миру.

Наджиб со все возрастающим уважением смотрел на Абдуллу.

– Я… благоговею перед тобой. Блестящий план.

– Это так, – Абдулла помолчал. – Значит, ты сделаешь то, о чем я тебя прошу?

Наджиб заколебался. Казалось, Абдулла предусмотрел абсолютно все – за исключением одной вещи.

– А как быть с теми евреями из кибуца? Теми, кто убил мою сестру и украл нашу воду? Неужели я никогда не смогу отомстить им за то, что они совершили?

Лицо Абдуллы потемнело от ярости.

– Мои планы относительно тебя слишком важны, чтобы позволить обычной мести помешать им! – холодно произнес он. – Смахни песок со своих глаз и перестань быть таким слепцом! Ты заставишь их, а вместе с ними и миллионы других, сторицей заплатить за все! Неужели ты этого не понимаешь?

– Но я же поклялся отомстить, – упрямо произнес Наджиб.

– Я знаю – Абдулла окинул взглядом хищное лицо, в котором не было прощения, темные подернутые влагой глаза, ставшие холодными как лед, и упрямо стиснутые челюсти. Но он видел не только это; он видел молодого человека – свое самое мощное оружие. Будущее зависело от него, и ничто не должно было помешать этому. Если Наджиб сейчас совершит какую-нибудь глупость, он загубит план, вынашиваемый многие годы. – В свое время мы обсудим твою личную месть, – категорическим тоном проговорил он, намереваясь положить конец этому разговору.

Наджиб улыбнулся. Теперь он был в себе уверен. Абдулла дал ему понять, что он незаменим.

– Я сделаю так, как ты желаешь, дядя, – спокойно произнес он, – но ты должен обещать мне одну вещь. Я буду ждать своего отмщения до тех пор, пока не подойдет срок, и я не сделаю ничего, что могло бы поставить под угрозу твои планы. Но, когда пробьет час уничтожить еврейское поселение и его вождей вместе с их семьями, я хочу участвовать в этом. Лично. Я намерен сдержать данный мною обет.

– Очень хорошо. – Абдулла кивнул. – Это можно устроить. – Он был доволен, но намеренно не показывал этого. – Только запомни одну вещь, племянник, – предостерег он, – и никогда об этом не забывай. Одной ногой ты будешь стоять в западном мире, а другой – в нашем. Ты станешь богатым и могущественным, но не позволяй богатству и власти соблазнить себя. Ни на мгновение не забывай, что ты поклялся мне в верности. Потому что, если это произойдет… – Угроза повисла в воздухе.

«Я буду уничтожен, и такая же участь постигнет моих ближайших родственников, моих детей и внуков, – подумал Наджиб. – Весь мой род, те, кто уже родился и кому еще только предстоит родиться».

В последнюю неделю августа Наджиб вновь сменил свою ghutra и халат на западный костюм и отбыл в Соединенные Штаты. Он пробыл там четыре года до окончания Гарварда. Когда он уезжал, в его записной книжке было полно фамилий новых друзей – фамилий, при виде которых в памяти возникали образы президентов – бывших и нынешних, послов, судей, членов Верховного суда, банкиров и бесчисленных миллионеров из всех сфер делового мира.

Абдулла тем временем становился все могущественнее, а банда его партизан-террористов стала настолько известной, что сообщения о них регулярно звучали на Западе в сводках новостей.

Взлетно-посадочная полоса неслась навстречу самолету DC-4, наконец колеса коснулись бетонной дорожки. Дрожь пробежала по фюзеляжу. Наджиб очнулся от воспоминаний и вернулся к реальности. Самолет остановился, его пропеллеры вертелись все медленнее.

Когда он выходил, стюардесса, стоявшая на верхней площадке трапа одарила его дежурной улыбкой.

– До свидания, – сказала она. – Мы надеемся, ваше пребывание в Бейруте будет приятным.

Торопливо спускаясь по ступенькам, Наджиб поморщился от обжигающей жары. Он снова забыл, насколько здесь жарко, почти как в топке, и какой ослепительно яркий свет. Наджиб молча проклял стесняющий движения, насквозь промокший от пота костюм из легкой полосатой ткани, который был на нем. Он ненавидел западную одежду. В ней было трудно дышать. Намного больше нравились ему длинные, прохладные, развевающиеся одеяния его народа, более практичные в этом знойном климате.

Наджиб улыбнулся своим мыслям. Он слишком долго отсутствовал. Приятно вновь оказаться дома.

Интересно, какие планы приготовил для него Абдулла?

«Господин Наджиб Аль-Амир… Господин Наджиб Аль-Амир, прибывший самолетом компании «Мидист Эйруэйз». Пожалуйста, подойдите к справочному бюро», – раздался из громкоговорителя безликий женский голос.

Карим Хассад окинул взглядом таможенную зону. Когда Наджиб с чемоданом в руке быстро прошел через нее и направился к справочному бюро, он шагнул ему наперерез. Затем пошел рядом, приноравливаясь к размаху его шагов.

– В Лондоне был туман? – негромко спросил Карим.

Наджиб сбился с шага. Затем медленно, с любопытством оглядел заговорившего с ним человека.

– В Лондоне было солнечно, – осторожно пробормотал он, отзываясь на пароль, тщательно продуманный Абдуллой четыре года назад.

– А в Барселоне?

– Я никогда не был в Барселоне, хотя однажды мне довелось побывать в Лиссабоне.

– А что, женщины в Португалии такие же красивые, как и испанки?

– Если их не сопровождают их дуэньи, да.

– Приветствую вас, – торжественно произнес Карим, признавая правильность ответов Наджиба. – Нет надобности подходить к справочному бюро. Это было нужно только для того, чтобы я мог вас узнать. Позвольте взять у вас чемодан. Машина ждет нас у выхода.

Наджиб передал чемодан и последовал за ним по проходу наружу, где светило ослепительно яркое солнце. Карим был огромным мужчиной, ростом более шести футов, с необычайно широкими плечами и толстыми, мощными ногами. Даже шея его была массивной. Хотя он был одет на западный манер, на голове его был короткий белый головной платок с блестящим черным кольцом. Его рябое смуглое лицо украшали густые обвислые усы. По внешнему виду он походил на телохранителя.

Автомобиль, черный со вмятинами «мерседес», замаскированный под такси, ждал их у обочины. Карим забросил чемодан в багажник, а Наджиб направился было вокруг к передней пассажирской дверце. Карим покачал головой и, отперев заднюю дверцу, придержал ее для него.

– Лучше, если вы будете выглядеть как обычный пассажир. Надеюсь, это не причинит вам неудобств, но наш общий друг хочет увидеть вас прежде, чем вас отвезут в дом ваших родителей, – объяснил ему Карим, включая зажигание и трогаясь с места.