— Да нет, спасибо. Думаю, вряд ли я смогу придумать больше и лучше, чем ваши аналитики. Надеюсь, аборигены не сумеют отправить сюда запрос на проверку достоверности всех этих историй, — мальчик потряс листами.
— Не переживай. Если они найдут такой способ, мы обеспечим подтверждение всех фактов. Поверь, это в наших силах.
— Ничуть не сомневаюсь, — улыбнулся Володя.
— Тогда ещё встретимся. — Александр Петрович поднялся. — Врачи запретили мне долго тут находиться. Я забираю все монеты, собственно, я их и приносил только похвастаться, а вот бумаги оставляю.
Володя тоже поднялся. Дождался, когда куратор покинет бокс карантина и вернулся к бумагам — читать предстояло ещё много. И надо ведь всё это выучить…
За оставшееся время Володя успел закончить свой доклад и переслал его Татьяне Николаевне, а потом только изучал переданные материалы и тренировался. Чтение биографий вымышленных Стариновых невольно заставило вспомнить отца. Интересно, что было бы, если бы всё это оказалось реальностью? А сейчас? Как к этому относиться? Как отнестись к некоему полковнику Старинову во время Наполеоновских войн оставшемуся прикрывать с небольшим отрядом отход основной части войск? Из того боя полковник так и не вышел. Майоры, капитаны, полковники — все они служили, многие погибали… А вот его отец… Читать вымышленную биографию не хотелось. Князь Старинов, отвечающий за безопасность своей территории. По сути, конечно, верно. Читая это, Володя как никогда ощущал себя самозванцем, присваивающим то, что ему никаким образом не принадлежало. Ведь все те герои и даже те, что не герои — реальные люди, как бы они отнеслись к такому присвоению их биографий? При очередной встрече с Александром Петровичем мальчик поделился своими сомнениями, тот, вопреки опасениям, не высмеял его, а задумался.
— Серьёзный вопрос. Честно говоря, я должен был сам об этом подумать. Но знаешь, что я думаю?
Мальчик заинтересованно вскинулся и даже ближе подошёл к разделявшему их стеклу.
— Если ты станешь их достоин, они будут гордиться таким родством. Главное, не опозорь их память.
После встречи Володя ещё долго думал об этих словах, и словно вся тяжесть выдуманного княжеского рода навалилась на плечи. Будто все эти придуманные предки оценивающе смотрели на него, наблюдая, как их потомок будет справляться с проблемами. Достоин он встать рядом с ними или нет?
В последний день карантина его снова навестил Александр Петрович. Они долго стояли у стекла, смотря друг на друга.
— Ты меня очень беспокоишь, — вдруг заговорил наставник.
— В каком смысле? — удивился Володя.
— Твоё отношение к жизни. Твоё безразличие к тому, что с тобой будет. Ты даже смеяться стал редко, только улыбаешься слегка. И даже возможную смерть от болезни воспринимаешь скорее с любопытством.
Володя нахмурился, пытаясь понять, к чему ведёт полковник.
— Я вас не понимаю.
— Я беспокоюсь за тебя, потому и хочу попросить об одной вещи.
— Попросить?
— Да. Если ты действительно считаешь меня своим другом, выполни одну просьбу: не обещай никогда никому того, чего не сможешь исполнить, но если пообещал, выполни.
— Я не понимаю…
— Постараюсь объяснить. Я боюсь, что однажды тебе всё может надоесть, ты устанешь жить. Я надеюсь, что какие-нибудь невыполненные обещания помогут тебе удержаться от этого пагубного пути. Если у тебя будет хоть какая-то цель, то станет больше шансов найти свой путь в жизни.
Мальчик задумался. Всё это казалось ему такой глупостью, но почему бы и не выполнить эту просьбу наставника? К тому же он и сам считал, что обещания надо выполнять.
— Хорошо, Александр Петрович. Я обещаю вам.
Полковник кивнул. Постоял некоторое время молча.
— Удачи там.
— Спасибо.
В этот день Володя думал, что уснуть ему не удастся, однако многолетние тренировки дали о себе знать. После короткой медитации он вдруг обнаружил, что совершенно спокоен, словно завтра ему предстоит не путешествие в другой мир без шанса на возвращение, а очередная тренировка, которых было множество и будет ещё больше. Так стоит ли из-за этого переживать? Спать он лёг ровно в десять и уснул почти мгновенно.
Утром он как обычно сделал зарядку, принял душ, а потом стал ждать. Делать ничего не хотелось и мальчик просто сидел на кровати, вспоминая свою жизнь на Базе. Ровно в десять зазвенел звонок коммуникатора и голос, который мальчик не смог опознать, велел приготовиться к выходу. Володя огляделся. Личных вещей у него тут нет, остальные должны быть уже упакованы и подготовлены к переправе.
Раздался сигнал, и мальчик вышел в холл, где его ждали два медика в биозащитных комбинезонах. Быстрый осмотр, сняли показания приборов и медицинских сканеров, после чего один из медиков положил перед мальчиком наряд, напоминающий пижаму.
— Переодевайся в спальник и одевай биозащитный костюм. Мы будем ждать у выхода из карантина.
Мальчик кивнул и вернулся в комнату. Здесь он разделся и натянул на себя то, что медик назвал спальником. Он представлял из себя штаны, похожие на детские колготки, которые свободно растягивались словно резиновые и после надевания плотно прилегали к телу и такую же футболку с длинными рукавами. Володя посмотрелся в зеркало и поморщился: выглядит ужасно, но сверкать в таком нижнем белье перед всеми он не намеревался. Какой юморист назвал эту одежду «спальником» сейчас уже трудно сказать. Разрабатывалась она специально для мальчика и предназначалась для защиты от разных кровососущих паразитов — именно это аналитики считали наибольшей проблемой в отсталом мире. Ткань спальника благодаря своей пористой структуре позволяла свободно дышать телу, хорошо держала тепло в холод и не грела в жару, но самое главное, благодаря плотному прилеганию к телу под неё не могла забраться никакая вошь, блоха или клещ. Сам материал тоже представлял неодолимую преграду для комаров, оводов или москитов. Чтобы очистить спальник, достаточно положить его в воду на несколько часов. В такой одежде свободными оставались только кисти рук и голова. Мальчик ещё раз осмотрелся и фыркнул. Ладно ещё цвет нормальный, а то сделали бы розовым… с этих шутников сталось бы…
Володя достал из принесённой медиками сумки комбинезон защитного цвета и быстро оделся, застегнул ремень, проверил крепление пистолетных кобур за спиной. Конечно, не очень удобно по сравнению с креплением на поясе, но тут место предназначалось для мечей, а пистолеты планировалось не демонстрировать без лишней необходимости. За спиной же их можно и достать быстро и не видно из-под плаща.
Сами пистолеты в сумке отсутствовали, очевидно их планировалось получить перед самым переходом, зато боевой нож на месте — привычный и надёжный «Катран». Мальчик тут же прикрепил его к бедру и проверил, как он выходит из ножен, надёжность крепления. Комбинезон тоже сидел нормально. Теперь облачиться в биозащитный костюм и на выход.
В сопровождении медиков мальчик прошёл в комнату перехода, где находилось ещё четыре человека в таких же комбинезонах, а с ними и Александр Петрович.
— Переход стабилен! — услышал Володя доклад одного из техников. — Время функционирования два дня. Расчётное время работы десять дней.
Александр Петрович поманил мальчика к гигантскому экрану. Здесь же стоял и один из учёных. Как только Володя подошёл, экран включился.
— Два дня назад мы нащупали этот мир, — заговорил учёный. — Фотографии, которые сделал робот-разведчик, мы тебе пересылали, вот новые.
Фотографии явно были сделаны с высоты птичьего полёта. Деревня, люди, на полях пашут на лошадях. Качество объективов на разведчиках такое, что позволяло рассмотреть даже мух на холке коня. Вдали виднелся город. Вот едет какой-то отряд в доспехах.
— Есть ещё и фильмы. Мы их тебе сбросили в ноутбук, сможешь посмотреть после перехода. Там много всего интересного. Мы даже начали составлять словарь местного языка, но пока там всего лишь восемь слов. Узнавать язык тебе придётся на месте. В ноутбук мы включили лингвистический анализатор.
