– Посторонись! – кричал сержант зазевавшимся погонщикам.
– Посторонись, каналья! – вторили ему Ном и Берт, желая оказаться полезными господину начальнику стражи.
Вот и проулок, который вел на базарную площадь. Показались пустующие ряды, несколько удивленных торговок и пара забредших не ко времени покупателей.
– Вон, это они! – закричал Ном и, обогнав сержанта, бросился вперед. Беглецы заметались по площади – единственный путь бегства был отрезан.
– Именем императора – сдавайтесь! – потребовал фон Крисп и остановился перевести дух. Его лицо раскраснелось, в висках стучало.
Беглецы побросали покупки и побежали к невысоко расположенному окну одного из строений, окружавших площадь.
– Отрезай их, а то уйдут! – закричал фон Крисп, указывая мечом направление. Ном и Берт послушно бросились наперерез беглецам. – Держи их, мерзавцев, именем импера...
Договорить фон Крисп не сумел, что-то тяжелое сбило его с ног, и он полетел под деревянные ряды, роняя меч и шляпу, а мимо с рычанием проносились одетые в лохмотья молоканы. Их было не меньше десятка.
Фон Крисп встряхнулся, подобрал меч, шляпу и, встав на ноги, огляделся – теперь его добычу загоняли другие охотники. Зачем этим людоедам двое худых невольников, фон Крисп задумываться не стал, его, дворянина, начальника стражи города, сбили с ног какие-то вонючие громилы, пусть даже и на три головы выше его. В другом случае фон Крисп безо всякого для себя позора покинул бы поле боя, но только не теперь, когда старый херес гулял по его жилам.
– Всем стоять на месте! Именем императора – повелеваю всем остановиться! – потребовал он, вскидывая меч, однако его никто не услышал, на площади стоял шум, трещали опрокидываемые ряды, рявкали молоканы, визжали спрятавшиеся за товаром торговки. Перепуганные Ном и Берт, прижавшись к стенам, призывали на помощь «господина начальника».
Между тем двое несчастных беглецов не собирались сдаваться и отчаянно отбивались от орков палками от дворницких метел. Их проворство и хорошая солдатская выучка приносили плоды – то один, то другой молокан, преследуя вертких человечков, вдруг натыкался на поставленные в виде рогаток заостренные палки.
Однако напор разгневанных орков был страшен, и к спасительному окну беглецам уже было не пробиться.
– Эй, да я же знаю этих солдат! – сказал сам себе фон Крисп и тотчас вспомнил, как командовал казенными людьми и намеревался использовать одного из них для собственной корысти. Этот парень, по наблюдениям фон Криспа, происходил из состоятельной семьи и мог оказаться «золотым пленником», за освобождение которого полагалось немалое вознаграждение. И если раньше фон Крисп держался за свое звание и положение офицера, то теперь многое переменилось и он с удовольствием воспользовался бы подвернувшейся удачей, ведь не всю жизнь ему гнить в этом сыром Исфагане!
– Ну-ка, ты, лохматый! Иди сюда! – закричал воодушевленный фон Крисп, указывая на обернувшегося к нему орка. – Иди сюда, вонючка, я тебе башку состригу!
От удивления орк на мгновение замер, потом опустил голову ниже и с налитыми кровью глазами бросился на наглеца.
– Оп-пля! – воскликнул фон Крисп, уходя от удара, тяжелый тесак молокана раскроил доски дощатых рядов. Орк еще не успел повернуться, как фон Крисп подскочил к нему и ударил в бок кинжалом, надеясь покончить с этим монстром, однако клинок смог войти в орка лишь на четверть, легко ранив, но не убив.
Молокан взревел и резко махнул рукой, фон Крисп вовремя пригнулся, так что огромный кулак лишь смахнул с него шляпу. Проворство этих монстров оказалось для него полной неожиданностью.
Фон Крисп поменял позицию и ударил повернувшегося орка по руке мечом, надеясь отсечь ее вместе с тесаком, однако даже его поставленный удар нанес орку всего лишь порез, заставив монстра зареветь и броситься на обидчика с утроенной яростью.
Сопротивляться такому напору фон Крисп не мог и пустился наутек, невольно вступая в схватку и с остальными молоканами.
Проскакивая под торговыми столами, запрыгивая на каменные пандусы и поскальзываясь на гнилых овощах, он и думать забыл о похмелье или скорой наживе. Такой трепки ему давно никто не задавал – приходилось вертеться.
– Сержант, беги за подмогой! – крикнул фон Крисп, когда возникла короткая пауза. Однако едва его подчиненный выбрался из-под стола, как сейчас же был зарублен, а его тело молоканы отшвырнули к стене, испачкав ее кровью.
Теперь, сам того не желая, фон Крисп отвлекал молокан от погони за беглыми рабами. Проворно работая то кинжалом, то мечом, капитан наносил пусть небольшой, но чувствительный урон разъяренным оркам. Истекая коричневой кровью, они становились тяжелее, в какой-то момент беглецам удалось проткнуть одного из них деревянной пикой и, воспользовавшись заминкой молоканов, забраться в вожделенное окно.
Молоканы заревели и полезли следом, а фон Крисп, полоснув привязчивого орка кинжалом, проскочил под уцелевшими торговыми рядами и побежал к проулку, еще не веря, что сумел вырваться из окружения.
24
Выскочив на улицу, фон Крисп остановился, прислушиваясь – нет ли погони. Вокруг было непривычно пустынно, кое-где валялась упавшая с повозок поклажа, на дверях лавок висели замки, на окна были опущены ставни. Зная крутой нрав молоканов, люди при их появлении прятались.
Но фон Крисп сейчас никого не боялся, он только что избежал смерти, а стало быть, дела шли не так уж плохо. В Исфагане его ничто не держало, поэтому, встретив «золотого пленника», он снова был увлечен планом его поимки и возвращения богатым родственникам за хорошее вознаграждение.
У склада, куда удалось проникнуть беглецам, был выход на другую улицу, и фон Крисп, не теряя времени, побежал в обход, надеясь перехватить пленника раньше молоканов.
Тот факт, что его законную добычу пытались забрать орки, лишь добавлял ему решительности и азарта. Мышцы гудели от подзабытой работы, многочисленные ссадины горели огнем, но фон Крисп этого не замечал, у него была цель – захватить «золотого пленника».
Миновав горстку перепуганных работников и перескочив через брошенного у привязи осла, фон Крисп выбежал из-за угла и понесся к крыльцу со стертыми ступенями – еще немного, и там появится «золотой пленник». Фон Крисп прибавил ходу, но неожиданно вокруг потемнело, земля ушла из-под ног, и он со всего разбега врезался в стену ярко-синего света.
Отскочив и упав на спину, фон Крисп увидел над собой воина-гиганта, поднимавшегося до самых крыш.
– Ах ты, червяк! – прогремел его голос. Снова вспыхнул яркий солнечный свет, начальника городской стражи вдруг закрутила и понесла неведомая сила. Он вышиб дверь в продуктовой лавке и, пролетев до самого прилавка, сломал его, обрушив стойки с товарами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
