Читаем без скачивания Закон Космоса. На краю вселенной. Книга первая - Константин Колчигин

– Господин! – горячо заговорил хозяин кабинета. – Рад вас видеть! У меня много вопросов…

Года два назад королевский астроном пригласил взглянуть меня в его зрительную трубу собственного изготовления (составленную из очковых стекол и собравшую почти все виды аберраций). Тогда я впервые увидел ночное небо планеты, и это зрелище поразило меня: почти половина его была абсолютно лишена звезд. Оказалось, что Анелла находилась на краю местной галактике, а дальше была лишь только Тьма… Даже мой просветленный разум был не в состоянии принять возможность существования края Вселенной и то, что в действительности скрывал этот мрак. А еще по расположению ближайших звездных систем (воспользовавшись уже собственными приборами – спектрографом и мощным менисковым телескопом) я определил приблизительное расстояние до Млечного Пути – порядка пяти миллиардов парсек. С такого чудовищного, неподдающегося осмыслению расстояния Галактика, разумеется, была уже не видна, и я ориентировался на более крупную звездную систему – Сверхгалактику.

Ризнад засыпал меня вопросами из разделов Математического анализа вперемежку с областями касающимися уже Общей физики (в основном классической механики, магнетизма и волновых процессов). Мое время было ограничено, но я, понимая, что мои познания далеко превосходят весь научный багаж ученых мужей Академии, постарался, как обычно, дать на все вопросы исчерпывающие ответы. За час с небольшим, который я провел в кабинете директора, мне пришлось исчертить формулами и схемами десятка три больших листов бумаги – хозяин сразу бережно положил их в ящик стола.

Покинув территорию Академии, я направил коня на улицу, где находились лучшие в городе (а возможно и во всем этом мире) торговые лавки потребительских товаров. Скоро я свернул в небольшой дворик известного в городе портного, спешился и, бросив поводья подбежавшему слуге, вошел в довольно просторное двухэтажное строение, совмещавшее в себе лавку по продаже готовой одежды, цех по ее пошиву и мастерскую индивидуального кроя. Уютный холл, предназначенный для приема богатых клиентов, был совсем неплохо обставлен: всюду большие зеркала, картины с моделями одежды и крытые дорогой тканью мягкие диваны.

– Господин! – выскочил мне на встречу сам хозяин, высокий, изысканно одетый, подвижный толстяк средних лет. Прежде чем ответить, я внимательно огляделся, сел на ближайший диван, положил ноги на изящный кофейный столик, освободился от шлема и только тогда взглянул на хозяина.

– Мне нужны белье и одежда для молодой девушки, – выдержав паузу небрежно сказал я. – В течение часа…

– Размеры, Господин? – немедленно услышал я в ответ и в руках хозяина сами собой появились карандаш и блокнот.

Прикрыв глаза и, восстановив в памяти фигуру своей юной гостьи, я четко продиктовал все необходимое в местных единицах измерения. Тотчас расторопный помощник хозяина подал мне альбомы с рисунками самых дорогих моделей, производимых для лучших клиентов. Я выбрал десятка два комплектов нижнего белья, почти полтора десятка блузок различных фасонов и цветов, ориентируясь на собственный вкус (который, надо сказать, пришелся хозяину по душе), и с десяток юбок, также наиболее приемлемых, на мой взгляд, видов и расцветок. Распорядившись ограничить длину последних до колена, я думал удивить хозяина, но тот и бровью не повел.

– Господин! – лишь сказал он. – Если позволите, я включу в заказ для молодой леди по два десятка пар гольфов, чулок и нижних юбок!

Кивнув в ответ и еще раз просмотрев альбомы, я выбрал несколько изысканных накидок (плащей) и самое дорогое бальное платье (в комплекте с особым бельем). Определившись с заказом, я выложил на столик полсотни больших золотых монет. Хозяин с поклонами мигом сгреб деньги, кивнул помощнику, и через мгновение по всем помещениям началась суета – готовили мои покупки. Подозвав слугу, стоявшего у входа, я дал ему пару серебряных монет и велел немедленно вызвать сюда владельцев ближайших обувной, парфюмерной и ювелирной лавок. Я немного нервничал – не стоило особенно-то рассиживаться здесь – почти наверняка мое местонахождение уже определили (я, пожалуй, впервые пожалел, что не поставил простейшую защиту), и теперь было не миновать неприятностей. Первым пожаловал сапожник, захвативший лишь рисунки с образцами обуви. Я выбрал с десяток пар на все случаи жизни, и владелец обувной лавки торопливо направился исполнять заказ. Парфюмер оказался более предусмотрительным – принес сразу здоровенный чемодан лучших предметов гигиены, косметики и парфюмерии для молодой девчонки. Глянув на все это богатство, я дал ему десять золотых монет и забрал все вместе с чемоданом. Едва он удалился (очень довольный), как на смену ему вошел ювелир с небольшим чемоданчиком в руках. Кивнув ему на место рядом с собой, я терпеливо ждал, пока он раскладывал передо мной свой товар, укрепленный на тонких дощечках, обтянутых черным бархатом. Зная, к какому клиенту идет, ювелир выбрал абсолютно новые (и самые дорогие) золотые украшения с бриллиантами, рубинами и изумрудами – как раз теми камнями, которые у меня лучше всего подходят для энергетической зарядки. Трижды пересмотрев весь товар, я купил все также вместе с чемоданчиком, отдав на этот раз пятьсот больших золотых монет (собираясь делать такие покупки, я захватил достаточно денег). Пораженный ювелир забрал выручку, даже толком не пересчитав монеты, и, униженно кланяясь, торопливо удалился. Наконец, объявился с заказом и обувщик: поставил у моих ног внушительного размера сумку. Отсчитав ему десятка полтора золотых (мой большой кошель почти полностью опустел), я жестом отпустил его. В пошивочном цехе все еще продолжалась суета: что-то до сих пор подгоняли по заказанным размерам, а что-то отпаривали и проглаживали газовыми утюгами – заведение было, по местным меркам, элитным, и то же белье продавали практически стерильным, упаковывая, ко всему, в дорогую оберточную бумагу. Я понемногу терял терпение – теперь уже стало ясно, что драки не избежать. Минут через десять принесли пару здоровенных сумок и почти сразу – еще две. Бальное платье тщательно упаковали в отдельную сумку – чехол и осторожно положили на диван.

– Прикажете все укрепить на седле, Господин? – спросил сам хозяин, собираясь лично проводить меня.

Я поднялся, хмуро глянул на ряд сумок, вынул из маленького поясного кошелька еще с десяток золотых и бросил их на диван.

– За беспокойство и на случай проблем с городской стражей! – пояснил я смотревшему на меня в недоумении хозяину.

Смысл сказанного, полагаю, до него дошел уже через несколько секунд – оставив армет на столике (нужен был идеальный обзор), я вынул меч, сделал несколько стремительных шагов к внутренней двери и прямым ударом ноги со входом выбил прочную створку. Сорванная с петель тяжелая дверь сбила с ног двоих людей, поджидавших меня на пороге тамбура. С глубоким выпадом и уходом вниз я перерубил бедро человеку, стоявшему справа, стремительно скользнул влево и заколол второго наемного убийцу, отбросив мимоходом встречный короткий меч. Шагнув из тамбура по широкой створке двери, под которой шевелились, приходя в себя, первые двое, я со звоном отбил свирепые удары набросившихся на меня вооруженных до зубов верзил, поджидавших уже снаружи. За несколько секунд двоим я отрубил по локоть руки (выше наручей), одному разрубил колено, другого уколол прямо в лицо (он с протяжным стоном схватился за искалеченную физиономию руками в кольчужных перчатках и сквозь них обильно потекла кровь) – неполные латы не могли защитить их от моих молниеносных ударов. Оставшиеся трое в панике кинулись к распахнутой калитке: первые двое удачно выскочили на улицу, третий с разгону налетел на край раскрытой створки, с коротким воплем упал, но тут же на четвереньках побежал дальше и скрылся за оградой. Все. Привычным движением я вытер меч, бросил его в ножны и, заметив, что из под створки двери пытаются выбраться первые двое, шагнул к ним и двинул каждому по физиономии тяжелым латным сапогом. Осторожно выглядывающим из холла слугам и хозяину я жестом велел грузить мои покупки на коня. Управились они минуты за три, и я не стал дожидаться городскую стражу (кого-то уже успели послать за ней). Взяв коня в повод левой рукой и приняв от слуги принесенный мне армет правой, я небрежно кивнул хозяину (он низко поклонился в ответ) и вышел через калитку, визуализировав портал прямо в проеме. Подумалось, что на меня в который раз напустили какой-то уличный сброд: таких противников в схватке я могу играючи положить десяток-другой, а чуть потрудившись – два раза по столько же. Наверное, рано или поздно мои враги перестанут экономить и наймут лучших профессиональных воинов – вот тогда-то речь пойдет уже о моей голове… Оставляя коня, я купил у фермера несколько крупных рыбин (только что пойманных в ближайшем озере), как раз того вида, который особенно хорошо подходил для запекания и жарки, взял пару голов сыра, свежего сливочного масла, литров пятнадцать молока в большом кувшине (сметану и творог я изготавливал сам), а также небольшой бочонок меда. Для того, чтобы перенести все это добро (включая и сумки с предыдущими покупками), мне пришлось раз пять сходить через портал туда и обратно. Потом, уже освободившись от доспехов и переодеваясь в домашнею одежду, я без особого энтузиазма поглядывал на весь груз, занявший почти половину оружейной комнаты. В первую очередь я перенес на кухню продукты и распределил по холодильникам (бочонок с медом поставил в шкаф-тумбу). Оставив чемоданчик с драгоценностями на столе для чистки и правки оружия, я вынес все остальное в маленький холл цокольного этажа и погрузил в кабинку лифта, чтобы не таскаться со здоровенными сумками по лестницам. Поднявшись на второй этаж, я постучал в комнату своей гостьи и, когда она откликнулась, открыл двери и в два приема перенес груз, поставив его у стенного шкафа. Маша полулежала на кровати, укрывшись одеялом и смотрела что-то по ноутбуку, пристроенному рядом. При моем появлении, она поставила воспроизведение на паузу и в растерянности посмотрела сначала на сумки, а потом уже вопросительно на меня.