Обучение организации производства в основном сосредоточилось вокруг развития все более усложняющейся деловой игры «ОРГАНИЗАТОР» и на проектировании для нее как игрового, так и реального производства.
Техника управленческой борьбы со временем переросла в курс «ТЕХНИКА ПЕРЕХВАТА И УДЕРЖАНИЯ УПРАВЛЕНИЯ».
Тема принятия управленческих решений частично носила теоретический характер, а частично – в виде регулярных тренингов «УПРАВЛЕНЧЕСКИЙ ПОЕДИНОК» и «ПАРАТЕАТР».
2.14 Раскол команды
В команде Школы (узкий круг) на тот момент было около двенадцати человек, из которых половина – женщины.
Сложилось «естественное» разделение труда, при котором мужская часть занималась больше «творческими» вопросами, а женская – «техническими».
Отдельные деловые игры и тренинги также вели только мужчины: тогда дело было слишком новым, чтобы более осторожные женщины были бы готовы выйти с ним «на публику». (Уже через пару лет женщины, после соответствующей подготовки, стали вести не только отдельные виды игр и тренингов, но и полностью конкурсы и учебные курсы.) По этой причине мужская часть команды, непосредственно работающая с аудиторией, быстрее накапливала игротехнический опыт, лучше понимала сильные и слабые стороны тех или иных игр.
К сожалению, в те годы компьютеризация не была столь развита, как сейчас, и все раздаточные материалы печатались на пишущей машинке или комплектовались из готовых кусков текста с помощью ножниц и клея, с последующим размножением на копировальном оборудовании. Все это требовало того сочетания скорости с тщательностью, которое обычно недоступно мужчинам.
Это разделение труда, все более закрепляясь, привело к ухудшению понимания между мужской и женской частями команды.
Представьте следующую сцену.
Мужчины, сидя в креслах, за чашками кофе (приготовленным женщинами) неторопливо обсуждают деловую игру для ближайшего «мероприятия», а женщины заканчивают подготовку к ней методических и раздаточных материалов.
И вдруг мужчины приходят к мнению, что было бы неплохо изменить концепцию «мероприятия», да и фабулу игры тоже. Радуются, перебирая в обсуждении все плюсы принятого решения, представляя в лицах, как будут переживать «столкновение с неожиданностью» участники мероприятия. Им интересно и весело.
И в отличном настроении они сообщают женщинам, что все, что те делали последние два дня, можно смело отправлять в мусорник, а то, что действительно понадобится сделать, им сейчас объяснят!
После трех-четырех таких случаев женщины не выдержали «неуважения к их труду», несмотря на разъяснение им целесообразности принятых решений. Они все одновременно покинули Школу, и в команде на тот момент остались только мужчины.
Тот, кто придумал новшество, и тот, кому объяснили, какое оно замечательное и почему ранее проделанную им работу теперь можно выбросить, с разным энтузиазмом относятся к идее «все выбросить и начать сначала».
Начиналась новая эпоха, и для руководителей «отношения с командой» стали по актуальности вытеснять социалистическое – «отношения в коллективе».
2.15 Мазутная психология
За нашей деятельностью наблюдали не только друзья и сочувствующие, но и недоброжелатели, и летом 1986 г. вышла статья в республиканской молодежной газете с названием:
ШКОЛА БИЗНЕСА(или во что превратилась хорошая комсомольская инициатива)
В ней говорилось об авторе этих строк как об отрицательном персонаже, сбивающем советскую молодежь со светлого пути. «И откуда у этих молодых людей с комсомольскими значками такая пагубная страсть к менеджменту?!» – задавался вопросом автор статьи.
В тот же день я был уволен с работы.
Все двери передо мной закрылись – на работу не брали, чтобы не дать получать «трудовые доходы», и в то же время готовились наказать за жизнь на «нетрудовые доходы», логично полагая, что на какие-то доходы человек существовать должен.
Но я уехал работать на Сахалин.
Надо отдать должное моим ученикам и коллегам, которые «ходили в ЦК» объяснять мою полезность, а не вредность для молодежи. Несомненно эти походы дали результат: хотя мои дела приблизились вплотную к лишению свободы, но все же не перешли за эту черту. Спасибо и моей жене Хелле, которая, занимая ответственный пост в республике, подверглась сильному давлению и с честью выдержала его.
Поскольку деятельность нашей Школы вышла далеко за рамки республики, мы получили поддержку со стороны «перестроечной» части журналистов. Особо добрые слова должен сказать в адрес журналиста Валерия Бадова, неоднократно и настойчиво выступавшего в газете «Правда» с обширными публикациями в нашу поддержку. И он был услышан.
После полугода работы на Сахалине, где обучал рыбаков менеджменту, я был принят в Центр подготовки комсомольских кадров «Олимпиец» при ЦК ВЛКСМ. Предполагалось, что я могу преподавать только «проверенным комсомольским кадрам», а не смущать простой народ лишними управленческими знаниями.
Во время работы на Южном Сахалине, в г. Невельске, произошел эпизод, заслуживающий упоминания.
Я подготовил деловую игру для рыбаков, моделирующую организацию добычи рыбы и взаимодействия судов с плавбазой. Для необходимой численности мне не хватало нескольких человек, и я решил обратиться в вычислительный центр, который обслуживал эту рыболовецкую организацию, рассчитывая, что в нем работают люди с высшим образованием, которым будет интересно впервые в жизни поучаствовать в деловой игре, да еще вместе со своими «клиентами» лучше узнать производственный процесс и людей, которых они обслуживают. Тем более, что формально я числился на работе именно в этом вычислительном центре.
Директор центра, с которым у меня сложились неплохие отношения, согласился выделить мне необходимое количество человек, сказав, однако, что давить на них не будет, а если они после моего выступления согласятся участвовать в игре, то – пожалуйста! И собрал коллектив.
Я выступил.
Каково же было мое удивление, когда ни один человек не согласился! Люди молчали, отворачивали глаза и ждали возможности покинуть собрание.
Я не стал настаивать, обошелся без них, видоизменив структуру игры. Игра прошло замечательно, рыбаки благодарили за нее и даже удивились: с чего бы это к ним так по-человечески отнеслись, что даже менеджменту учат? Это что? – «Кажется, жизнь налаживается?!»
Позже я нашел для себя объяснение случившемуся.
Отказавшиеся придти на игру жили и работали в городке, где ничего подобного не происходило. Где в местном полупустом универмаге с утра до вечера звучала популярная тогда песня «Лаванда». Участие в деловой игре было не в области их ближайшего развития и вызвало сложную внутреннюю рефлексию. Образованность и интеллигентность (по сравнению с простыми рыбаками) сослужила плохую службу: «Приезжают тут всякие… мы и сами с усами!»
