Читаем без скачивания Истории, рассказанные у камина (сборник) - Артур Дойл

IV

Призрак рва

Если кому-то не хватает ярких впечатлений от жизни, ищите их в спиритуализме. Я сам был свидетелем таких вещей, до которых бы не додумался, если бы даже дал полную свободу своему воображению.

В прессе иногда появляются имена доктора Виклэнда и его жены, миссис Виклэнд, живущих в Лос-Анджелесе. Доктор изучает психические феномены, веря (и в этом я с ним согласен) в то, что большая часть маний и преступлений объясняется навязчивыми идеями, и что, прежде чем заниматься этой проблемой, первым делом необходимо признать этот факт.

Миссис Виклэнд – медиум, очень чувствительный к присутствию духов, и всегда готова бесстрашно отдать себя их воле, если считает, что это может послужить доброй цели. На мой взгляд, она является одной из самых героических женщин нашего мира. С этой доброй, спокойной престарелой парой я однажды и отправился посмотреть, как живут люди в суссекской{97} глубинке.

Я отвез их к старой, окруженной рвом ферме под названием Грумбридж, которую в своем «Дневнике» упоминает Ивлин{98}. Когда мы рассматривали кирпичные, покрытые лишайником стены, дверь, выходящая на глубокий ров, приоткрылась, и из нее выглянула женщина. Потом дверь закрылась, мы двинулись дальше, и это происшествие вылетело у меня из головы.

Когда мы проходили через луг, по тропинке, которая должна была вывести нас к главной дороге, миссис Виклэнд то и дело оборачивалась. Потом она сказала:

– За нами идет какой-то странный старик.

– Как он выглядит?

– Очень старый, горбатый, шея вытянута вперед. Он с землей связан.

– Во что он одет?

– Штаны до колен, полосатый жилет и какой-то очень короткий пиджак.

– Откуда он появился?

– Вышел из той двери, что открывалась.

– Как же он перебрался через ров?

– Не знаю. Я не знаю, что ему нужно, но он не отстает от нас.

В деревне я пригласил своих гостей зайти в местный постоялый двор «Корона» выпить чаю. Миссис Виклэнд все время смотрела на стоящее в углу рядом с ней кресло.

– Он там.

Когда мы вышли, миссис Виклэнд рассмеялась.

– Мне вовсе не хотелось той второй чашки чая, и я была не настолько голодна, чтобы съесть два кусочка хлеба, но, если бы я их не взяла, тогда их взял бы он.

Мы (Виклэнды, моя жена и я) приехали домой, сели на веранде в окружении роз и стали о чем-то разговаривать, когда ясновидящая неожиданно вздрогнула.

– Он здесь.

И в этот миг случилась удивительная вещь. Прямо на наших глазах она превратилась в мрачного угрюмого старика с горбатой спиной и обвислыми старческими губами. Лицо ее сделалось совершенно неузнаваемым. Она закашляла и что-то залепетала, пытаясь высказать какие-то мысли того, кто вселился в нее.

Доктор Виклэнд привычным движением помассировал ей горло.

– Тише, тише, друг мой, не спешите.

Новый член нашей компании недовольно потряс головой.

– Оставьте меня в покое. Что это вы ко мне руки суете? – прохрипел он.

Последовавший разговор я приведу без своих комментариев. Мы задавали вопросы по очереди. Время от времени беседа прерывалась скоротечными приступами удушья и кашлем.

– Вы кто?

– Из Грумбриджа я. Как меня зовут? Что-то не могу припомнить. А, вот, вот, вспомнил! Дэвид. И Флетчер. Да-да, именно так, Дэвид Флетчер. Да, я там работал. Лошади. Точно, я за лошадьми присматривал. Какой сейчас год? Не знаю. Что-то у меня мысли путаются. Наверное, 1808 или 1809? Что-что вы говорите? 1927? Да, ну и дела.

Как же мертвый?! Я ж вот с вами тут разговариваю, как я могу быть мертвым-то? Ежели б я умер, то был бы рядом с Богом. (Неожиданно вздрагивает.) Посмотреть на свою руку? О, да на ней кольца! Надо же, похожи на кольца супруги моей. Нет, я не знаю, как они здесь очутились.

Я много чего не понимаю. Я не знаю, что это за люди, которые живут в доме. Их туда никто не звал. Я и остальные вместе пытаемся заставить их уйти. («Другие, – пояснил доктор Виклэнд, – это, вероятно, остальные духи, обитающие в старом доме».)

Да, хозяин был добрым человеком, да только умер он, а потом него пришли другие. Дом продали. После этого к нам хорошо уже не относились. Но что я мог поделать? Нет, уйти я не мог. Куда мне с таким горбом на спине! Я, можно сказать, прирос к этому дому. Но от работы не отлынивал.

Что я натворил? Да я и сам не понимаю. Я всегда сплю в одном и том же старом углу. Уже очень, очень давно.

– А скажите нам, Дэвид, вы не помните, чтобы сильно болели?

– Я болел? Нет, я никогда не болел. Но я могу вам сказать, что случилось. Он толкнул меня в воду.

– В ров?

– Ну да, в воду.

– Кто это сделал?

– Сэм. (Долгий приступ кашля.) Но я вцепился в него что есть силы, так что в воду мы полетели вместе. (Доктор Виклэнд заметил, что этот человек, должно быть, тогда и погиб.)

– А среди мертвых был кто-нибудь, кто любил вас? Может быть, ваша мать?

– Да, родительница моя умерла. Никто меня никогда не любил, кроме матери. Никто, только она. А кто бы мог меня любить, я же урод. Все только смеялись. (Тут он громко зарыдал.) Мне сказали, что ни одна женщина на меня не посмотрит из-за горба моего.

– Не падайте духом, Дэвид, скоро мы спину вашу выпрямим. А почему вы пошли за нами?

– Не знаю, наверное, мне велели. Потом я поел хлеба и выпил чаю. Уж и не помню, когда в последний раз чай пил. Я бы еще выпил. Мне всегда есть хочется. Но что это была за повозка? Должно быть, сам сатана на такой ездит. Я-то в нее сел, но она поехала так быстро, что я соскочить с нее побоялся. (Это о моем автомобиле.)

– И хорошо, что не соскочили, потому что мы собираемся помочь вам, Дэвид. Во-первых, вы должны понять, что мертвы. Вы утонули, когда упали в ров.

– Господь с вами, что за странная идея!

– А теперь поймите вот что. (Доктор Виклэнд говорит это мягким, спокойным и уверенным голосом.) При помощи силы мысли вы можете добиться всего, что угодно, но для этого должны знать, как ею пользоваться. Ваш горб. Избавьтесь от него. Избавьтесь от него, я вам говорю. У вас спина такая же прямая, как у меня. (Скрюченная фигура начала выпрямляться, пока спина ее не сделалась совершенно ровной. Неожиданно старик протянул руки.)

– Мама, мама! (Лицо его как будто сделалось моложе, осмысленнее, глаза взволнованно заблестели.) Я вижу ее, это мать, но она намного моложе, чем я ее помню.

– Теперь она о вас позаботится. Высшие силы привели сюда вас не случайно, но затем, чтобы спасти вас. Вы хотите вернуться в старый дом?

– Нет, нет. Я хочу быть с матерью. Я уж и не знаю, как благодарить вас… (Далее следует поток неразборчивых и горячих благодарностей.)

Вот так задержавшийся на земле дольше срока конюх наконец встретился со своей матерью на моей увитой розами веранде. Разве я не говорил, что спириту, для которого этот случай – один из сотен, приходится сталкиваться с вещами намного более странными, чем может измыслить воображение.