сказал я немного успокоившись.
Амелия вышла из ванной и пошла в комнату.
– Кхм-хм, – кашлянул Марат.
– Что?
– Она бросила телефон на диван, – сказал Марат тихо.
Но мы уже сидели за столом. Вот подстава. Надо было действовать!
– Дорогая, ты скоро? – крикнул я.
– Вы начинайте, я сейчас, – ответила Амелия из комнаты.
– Давай, – сказал я Марату.
Он тихонько встал и пошел к дивану. Присел. Видимо, взял телефон.
– Какой удобный диван! – неожиданно сказал Марат.
– Да, нам тоже нравится, – сказала Амелия, – идем за стол!
Похоже моя жена объявилась в самый тот момент, когда Марат тянул руку к ее телефону. Это было понятно по его голосу. Ему надо было быстро объяснить свое перемещение из-за стола на диван. Да, думаю со стороны посмотреть на нас было бы смешно! Как два пацана, мальчишки, которые затеяли что-то нехорошее и не хотят, чтоб об этом узнали родители.
– Ммм, какая вкуснотища, – произнес Марат, отведав первый кусочек запеченной горбуши с сыром, картошкой и овощами.
– Да, дорогая, ты постаралась, – добавил я.
Рыба получилась и впрямь очень вкусной. Горбуша сама по себе получается суховатой, но это таковой не была. Она была нежной и сочной.
– Спасибо, – смущенно ответила нам Амелия, – ммм, да, я сама не ожидала, что будет так неплохо.
Я в это время уже переключился на мысли о том, как заставить Амелию уйти из гостиной без телефона. Будучи зрячим, я бы не смог лазать в ее телефоне, вы можете себе представить, как я нервничал теперь. Я думал то о том, что у меня алиби – я же не могу ее теперь контролировать как раньше, даже не то что бы контролировать, сколько замечать изменения в ее поведении. Затем думал о том, чтобы отпустить ситуацию, так как могу ошибаться, а недоверие с моей стороны может пошатнуть нашу любовь. И тут мне в голову пришла безумная идея. Она была реально глупой, но в тоже время это было бы честно и справедливо, может хоть немного и подрывая наши чувства. Но в конце концов, я имею же право сомневаться в верности Амелии. Ей же уже звонил этот Константин! И тут я набрался смелости, сделал вздох и произнес следующее.
– Любимая, обещай меня простить, если я сделаю тебе больно.
Стояло молчание. Наверное, и для Марата, и для Амелии мои слова показались слишком странными и неожиданными.
– Обещаю, что-то случилось, дорогой? – спросила спокойным голосом. Привычной нежности я уже не расслышал.
– Мне кажется, что у тебя появился другой мужчина. – произнес серьезно я, – или я ошибаюсь?
Марат кашлянул. Ему явно было неловко присутствовать при личном разговоре, не касающегося его.
– Я отойду в туалет, – произнес он.
– Нет, не уходи, пожалуйста, – остановил я его.
– Дорогой, ты чего, конечно ошибаешься, – ответила Амелия смущенно. Голос ее звучал искренне, и я готов был ей поверить, но знал, что не прощу себе потом то, что не проверил до конца.
– Хорошо, значит тебе нечего скрывать, – сказал я, голос мой дрожал, да я и сам начал дрожать, было такое чувство, что я закапываю себя в могилу, и, что Амелия меня не простит, – покажи, пожалуйста Марату, если тебе не сложно, последние сообщения в телефоне и в WhatsApp… и звонки.
– Руслан, извини, но я не пойду на это, – сказал Марат.
– Да брось ты, кроме тебя мне некого попросить, а сам я не вижу и никак не могу узнать правду. В этом нет ничего постыдного или подлого, – закончил я.
Амелия молчала. Мне было так больно, что это все происходит. Я представил каково Амелии – только что рядом с ней сидели любимый муж и друг семьи, а теперь они превратились в судью и прокурора. Даже если она невиновна, осадок, думаю останется на всю жизнь. Хотя я надеюсь, что если все хорошо и наша любовь еще такая же крепкая как раньше, то что через пару лет мы будем вспоминать этот обед со смехом и доброй улыбкой.
– Хорошо, смотрите, – она подвинула телефон по столу поближе ко мне и Марату.
– Руслан, я не буду, – сопротивлялся Марат.
Странно, мы же с ним договаривались, что он это сделает. Разница лишь в том, что теперь это надо сделать перед Амелией. Интересный он человек все-таки. Я даже начал думать, что двуличный. Не хочет выставлять себя в плохом свете перед женой друга, коллеги, своего оператора! Но ведь он готов был это сделать, повторюсь.
И тут телефон Амелии издал звук, уведомляющий о новом сообщении.
– Что там, Марат?
Он немного помолчал. Экран наверняка разблокировался и можно было прочитать что там, даже не прикасаясь к телефону.
– МЧС предупреждает о том, что завтра будет сильный дождь и ветер.
Я вздохнул. Радовался ли я? У меня не было больше сил продолжать это дальше. Значит я и впрямь навыдумывал все опять.
– Понятно. Дорогая, ты обещала меня простить, – это лишь я и мог сказать.
– Мне не за что тебя прощать, – ответила Амелия. Голос ее был с нотками понимания, но в нем было что-то странное. Хотя, если учесть, что сейчас произошло, то все нормально. Бедняжка моя сладкая, как я мог в ней сомневаться?
Еще немного постояла неудобная тишина. Затем поднял свой бокал.
– Друзья, предлагаю выпить за то, чтобы мы никогда не сомневались в друг друге, чтобы мы никогда не сомневались в себе и чтобы мы были верны друг другу и… за вас! Вы самая прекрасная пара, которую я знаю!
– Спасибо, Марат! – сказала Амелия.
– За нас что ли! – сказал я протянул руку с бокалом к центру стола, чтобы чокнуться.
Мы ели и болтали. Напряжение, которое я создал, через минут пятнадцать полностью исчезло. Мы вспоминали, как ездили на пикник весной, обсуждали смешные моменты на съемочной площадке. Когда я наелся и напился, решил пересесть на диван. Марат и Амелия остались за столом. Поделюсь с вами одной мыслью, которая посетила только что мою голову. Я сижу на диване, смотрю в сторону стола, за которым сидели моя жена и мой друг, мой начальник можно сказать и коллега. Но больше друг конечно. Сижу и думаю, ведь Марат тоже мужчина, он может спокойно сидеть и любоваться моей Амелией. Она наверняка накрасилась, надела что-нибудь красивое. Но не для меня. Я же этого не увижу. Да, пришел гость, это нормально, скажите Вы. Но она старалась быть красивой для него. Повторюсь, что эта мысль глупа, но она ведь правдива. Она теперь до конца жизни будет краситься и красиво одеваться для других мужчин… и женщин.
