У радиоавтобуса Баженова ждали новые неприятности: майор Андронидзе не вернулся, шифровку-донесение не передали. Уж как ни старались радисты, а связаться не смогли.
Баженов нервничал. Подумать только: не передать такое важное сообщение! А как дальше поступать с лодками?..
За день все устали. В кабине похрапывали Помяловский и шофер. В кузове на шинели спал Авекелян, тут же рядом дремал его автоматчик. Пулеметчик расположился возле автобуса. Рядом прогуливался дежурный автоматчик.
Совсем стемнело. Радиосвязи все не было. Со стороны Днепра шел легкий сизый туман.
Снаружи донесся шум подъехавшей машины. Часовой вызвал лейтенанта Баженова.
Не из штаба ли армии, обрадовался Баженов и выскочил из освещенного автобуса в темноту.
— Полковник Бутейко — слышали о таком? — спросил незнакомец, протягивая руку.
— Здравствуйте. Очень рад… Никак не могу связаться со штармом. Можно рассчитывать на ваш «виллис», чтобы доложить о лодках?
— Как раз об этом я и хочу поговорить. «Студебеккеры» с лодками стоят в Тарасовке. Я должен с ходу, нынче же ночью, форсировать Днепр. Без вашего распоряжения лодок не дают. Дайте команду!
— Без начальника штаба я не имею права решать, куда и кому отправлять эти лодки. Он приказал собрать и хранить их до особого распоряжения, а связи нет.
— Сколько вам еще надо времени, чтобы связаться со штармом?
— Не знаю. И радисты не знают: рация в порядке, а связи нет!
— Хочу, чтобы вы поняли: у меня из-за отсутствия лодок сорвется успех операции. Ведь лодки-то эти вы собрали на участке моей дивизии, и я на них рассчитывал! Для успеха операции я решил одновременно форсировать Днепр против Ровеньковских высот и еще на двух участках. Не скрою, у меня есть надувные лодки А-3 и комплекты труднозатопляемого имущества, но ведь этого для переправы тяжелого снаряжения недостаточно! Словом, без ваших лодок мне не обойтись. Среди них есть и «дубы», то есть речные баркасы. Судьба операции в ваших руках. Решайте! — он замолчал.
С Днепра доносились орудийные выстрелы.
Низкие сплошные облака то светлели, то темнели. Туман понемногу сгущался.
— Легко сказать — решайте. Я ведь сам жду решения и приказа.
— А если не получите до утра? Получить приказ при отсутствии радиосвязи совершенно невозможно. Я вам приказывать не могу. Вы мое начальство.
Баженов усмехнулся:
— Какое уж я, лейтенант, начальство.
— Вы представитель штарма. Решайте! Время не ждет.
Полоска света прорывалась в неплотно закрытую дверь автобуса, освещая рослого широкоплечего молодого полковника с узким лицом, изогнутым носом и светлыми озорными глазами северянина. Он производил впечатление решительного, волевого и знающего командира.
Конечно, он был прав в том отношении, что захват именно Ровеньковских высот командующих над местностью, принес бы успех; но ведь эта «высота» была очень крепким орешком. А вдруг командующий решил форсировать Днепр против города «Ключевой», а Баженов без приказа отдаст лодки? Ох, как не хватало Андронидзе, чтобы посоветоваться!
— Не был ли у вас Андронидзе?
— Виделись! Помогает организовать разведку, отправляющуюся на тот берег. Просил предупредить вас, что хочет уточнить группировку противника.
— А сколько он лодок собрал?
— Сорок три. Все пущены в дело.
— У меня должно быть около ста пятидесяти, но в Песчаное пока привезли сто десять… Так куда их направить?
— Вот это деловой разговор! В случае чего я подтвержу, что вы дали приказ доставить лодки к Днепру под моим нажимом и при полном отсутствии связи со штабом армии. Мои проводники уже ждут у машин с лодками. Оставьте за себя офицера и поедем. Мой штаб размещается в Бере-жаны. — По военному обычаю комдив не склонял названий населенных пунктов.
Баженов оставил Помяловского «за себя», приказал радистам «разбиться в доску», но связаться со штармом и передать донесение, которое переписал заново. Лодки, говорилось там в частности, переданы в распоряжение Бутейко, но, если понадобится, они будут отобраны и переправлены согласно приказу.
Когда удастся передать и получить ответ, пусть двигаются по дороге Песчаное — Бережаны. Там он будет их ждать в штабе дивизии.
Бутейко гнал машину при полном свете фар. На поворотах ее заносило, и тогда сидевшие сзади адъютант и автоматчик наваливались на борт, чтобы «виллис» не опрокинулся.
— Замечательный туман! А облачность! Как по заказу! Фрицы развесили фонари над Днепром, но вы лично убедитесь в ничтожно малой эффективности осветительных ракет при низкой облачности.
Баженову позарез хотелось с первыми же лодками переправиться на тот берег. Было и резонное оправдание: изучал-де опыт форсирования на практике…
Когда грузовые машины с лодками двинулись из Песчаного и Баженов подошел к «виллису» Бутейко, чтобы ехать с ним дальше, тот сказал:
— Только что получил радостную весть. Наши разведчики без потерь, без выстрела, переправились на правый берег в районе Кресты, у Ровеньковских высот, захватили пленных, и так как — вы сами понимаете! — оставлять захваченный пятачок было бы непростительной ошибкой… В общем, Андронидзе ведет бой за пятачок…
— Андронидзе?
— Да, Андронидзе. Боевой офицер! На этот пятачок уже переправилось около двух рот при шести станковых пулеметах, минометной батарее, двух противотанковых орудиях и взвод саперов с минами. Наращиваем усилия. Начинаю форсировать еще в двух местах. Поэтому прошу: как только сюда прибудут машины с лодками, дайте приказание старшине — пусть машины следуют с моими проводниками. Прошу сейчас же направить один «студебеккер» с моим донесением в штаб корпуса, с той же машиной вы отправите и свое донесение в штарм. Я их прошу помочь мне артиллерией АДД7[6] и РГК[7]. Прошу направить мне два понтонных парка, чтобы переправить танки и орудия Может, вам все же удастся передать по радио? С этим же «студебеккером» доедете до своего автобуса.
— Сделаю все возможное. Поздравляю! Пишите донесшие.
— Чтоб скорее, передаю вам донесение, заготовленное для Штаба корпуса. Только допишу. Володя!
Адъютант привычно подставил свой планшет вместо столика и присветил электрическим фонариком.
— Поразительно! — воскликнул Баженов, не в силах сдержать радость: — Без артподготовки без потерь высадиться на тот берег! Нет, вы только послушайте, какой концерт сейчас устроили немцы по всему Днепру. Вот жарят!
Комдив писал и одновременно говорил:
— Молодцы ребятки. Да и погода маскирует: низкая сплошная облачность — авиацию противник применить не может. Туман — танков пустить не может. Артиллерийские НП — как слепые. Все не по уставу! Даю голову на отсечение: среди множества вариантов действий и контрдействий в их оборонительном плане низкая облачность, полный туман — не предусмотрены. А они превеликие мастера исписывать десятки метров бумаги «вариантами». И составляют такие планы хорошо, и действуют, вроде бы, организованно… но вот вы сами видите и слышите. Какая ночь!
