— Я забыла.
Как только слова слетели с ее губ, она осознала, как глупо они прозвучали.
— Забыла?! Как, черт возьми, ты могла забыть, что вложила миллионы долларов, чтобы купить эту землю?
— Очень просто. Сначала ты заявил, что хочешь рассказать сыну правду. Это, несомненно, отвлекло меня от всех дел. Безопасность моего сына была гораздо важнее для меня в тот момент, чем покупка ранчо. Затем ты стал приходить сюда каждый день, и я забыла обо всем, потому что думала только о тебе, только о любви к тебе. Ты был для меня гораздо важнее, чем какой-то клочок земли. А потом… — ее голос оборвался, ей потребовалось несколько секунд, чтобы набрать воздух в легкие и продолжить, — а потом мы опять стали любовниками. Хочешь верь, хочешь нет, но покупка ранчо была последним, о чем я думала.
Джессу хотелось поверить ей, очень хотелось, но Марго проделала прекрасную работу.
— Ты использовала меня, не так ли? Сначала — чтобы досадить Лукасу, затем — чтобы заморочить мне голову и беспрепятственно приобрести мое ранчо.
— Нет, — прошептала Мэнди, — я никогда не использовала тебя. — Она кинулась к нему и судорожно обняла его, надеясь переубедить, надеясь, что он все поймет. — Я люблю тебя, Джесс, всегда любила. И не хотела этого ранчо для себя, хотела его для Джемми. Я не могла дать ему отца, поэтому желала, чтобы он получил часть наследства, которое напоминало бы ему о его происхождении. Я даже не знала, что Вейд оставил тебе ранчо. Предполагалось, что все унаследовала Марго, а она бы никогда не продала землю Макклаудам. Вот я и попросила своих адвокатов основать корпорацию для приобретения того, что, возможно, сейчас разрушает всю мою жизнь.
Джесс презрительно взглянул на нее.
— Если все так, как ты говоришь, тогда почему контракт был адресован мне как владельцу ранчо?
— Я ничего не знала о существовании контракта до тех пор, пока ты не пришел и не бросил его мне на стол.
— Допустим.
— Это правда. Клянусь тебе, мой адвокат ничего не сказал мне об этом предложении. Да и не нужно было, так как я сама позволила ему действовать от моего имени. Я бы никогда не сделала того, что может причинить тебе боль, Джесс, пойми это. Ты должен поверить мне, прошу тебя, Джесс.
Она ногтями впилась ему в спину, но эта боль была несравнима с той, что поразила его сердце. Как больно было смотреть на женщину, которую он любил и которой доверял…
Поверил ли он ей? О боже, как же он хотел верить, но слишком многое говорило против нее. Однажды он поверил, поверил в ее слова любви, поверил в то, что раньше для него казалось невероятным.
«Прости, Джесс, я не могу». Опять эти слова всплыли в его памяти, они снова кололи его сердце.
— Я хочу видеть своего сына. И немедленно. Он будет владеть ранчо, но человеком, который его даст ему, буду я, Джесс Барристер. Слышишь? Барристер, а не Макклауд.
Джемми стоял у самой двери кабинета. Мой сын? Так его назвал Джесс. Опять послышались голоса из комнаты.
— Я его отец, — кричал Джесс, — и имею право сказать ему это, и ни ты, никто другой не остановят меня!
Джесс — его отец? Слезы потекли из глаз Джемми. Но он не может им быть… его отец умер. Мама сама говорила об этом, она никогда не врет.
Джемми побежал в свою комнату, которая была его единственным убежищем, закрыл дверь и прислонился к ней спиной.
Нет. Не может быть. Он не мой отец.
Мальчик отошел от двери и, встав у кухонного шкафа, посмотрел на свое отражение в стекле, исследуя все черты своего лица: шрам на подбородке, цвет кожи, даже торчащий чуб, свисающий на лоб, который, как его ни причеши, все равно будет топорщиться. Он провел рукой по лицу и мысленно представил лицо Джесса. Как ему только раньше это не пришло в голову, ведь почти каждый день он видел Джесса и не замечал этого поразительного сходства. Да, Джемми Макклауд и есть сын Джесса Барристера.
— Мэнди!
Сэм захлопнула дверь и шагнула на кухню. Взглянув на свои грязные ботинки, она остановилась и сняла их.
— Мэнди! — опять позвала она, отбросив ботинки к двери. — Есть здесь кто-нибудь?
— Я здесь, — печально произнесла Мэнди, которой не очень хотелось сейчас кого-нибудь видеть, а тем более разговаривать.
Взяв банан из вазы, Сэм направилась в кабинет.
— Я думала, что сегодня твоя очередь готовить обед. Я очень хочу есть.
Мэнди подняла голову. Ее глаза покраснели от слез. Сэм сразу поняла: случилось неладное.
— Что такое? — спросила она. — Что-то с Джемми?
Мэнди покачала головой.
— Нет. Это… это связано с Джессом. Он, он…
Она не смогла сдержаться и снова зарыдала.
— Мэнди! — воскликнула Сэм. — Расскажи мне, что случилось!
— Джесс узнал о моем предложении купить ранчо.
— О боже! Я совсем забыла об этом, — прошептала Сэм.
— Я… я тоже. Но Джесс… Джесс не верит мне. Он очень разозлился, когда узнал об этом. Он думает, что я использовала его с целью завладеть землей.
— Не может быть!
— Знаю, звучит странно, но он это вбил себе в голову, и его невозможно переубедить.
— Где он? Я быстро приведу его в чувство! — закричала Сэм.
— Я не знаю. Он в ярости выбежал из кабинета, но обязательно вернется. Джесс поклялся, что скажет Джемми, что он его отец, как бы я этому ни противилась.
— Сначала ему придется иметь дело со мной.
Мэнди встала из-за стола и схватила сестру за рукав.
— Нет, Сэм. Я считаю, он прав. Пришло время Джемми узнать правду.
Умывшись, Мэнди пошла на кухню готовить обед. Ей необходимо было отвлечься от всех этих невзгод, что обрушились на нее так неожиданно. Она принялась чистить картофель, стараясь не думать о Джессе и обвинениях, которые он предъявил ей. Из окна кухни она увидела, как Гейб залез в свой грузовик. Куда он собирается? Джемми! Наверное, он с Гейбом. Бросив нож на стол, она побежала к двери.
— Гейб! — позвала она. — Гейб, подожди!
Гейб затормозил и высунул голову из окна кабины.
— Что вам нужно, Мэнди?
Подбежав к грузовику, она спросила:
— Где Джемми?
— Я думал, он с вами.
— Нет! — закричала она. — Он же вместе с вами искал пропавших коров!
— Да, но мы вернулись уже больше часа назад. Я отправил его в дом, как только мы пришли. Вы же сами просили меня об этом.
— Но он не вернулся! — воскликнула Мэнди.
— Вы уверены?
— Конечно, я… я… — не договорила она, сильно побледнев. — Останься здесь! Я скоро вернусь.
Она побежала в дом, зовя сына. Промчалась мимо кабинета и остановилась у двери, ведущей в комнату Джемми, молясь, чтобы он оказался там. Может, просто спит. Она открыла дверь, но постель была пуста. Мальчика нигде не было.
