– человек. Доложил, подошел командир, задал вопросы. Принял решение обойти гору и проверить, когда начнет темнеть. Взял нас двоих, остальным велел оставаться на местах и не выходить ни при каких условиях из-под навеса. В случае чего докладывать наверх и ждать приказов оттуда. Мы вышли, когда начало смеркаться, обошли одну из гор, в общем, удалились порядочно. Прошли ущельем, следов пребывания кого-либо не было, и мы развернулись обратно. Я обернулся на командира, раздался выстрел, потом нам под ноги прилетел снаряд. Результат ты видишь.
Я кивнула, спрыгнула на землю и пошла в свою комнату, а вернулась с ноутбуком. Снова устроилась у него на коленях и открыла карту той местности со спутника.
– Покажи, пожалуйста, – он начал показывать, где стоял лагерь, где он увидел силуэт, траекторию их движения и где их подорвали. – Ты один был в дозоре?
– Нет, но я один смотрел туда, откуда мы только пришли.
– Это не показалось тебе странным?
– Не приучены думать над приказами вышестоящих по званию.
– Подумай сейчас, – он задумался, а потом начал хмуриться:
– Да, это несколько необычно. Раньше я всегда наблюдал за наиболее вероятным местом появления противника, но мы только пришли оттуда, там никого не было. За нами точно никто не шел, видишь, там равнина за горами.
– А что, если, по его мнению, это и было самым вероятным местом?
– Допустим, но что с того? У него отличная интуиция.
– В каком положении был силуэт, когда ты его увидел?
– Ты задаешь те же вопросы, что и он, – ухмыльнулся Сеня, – увидел, как он поднимается с земли.
– Он смотрел в обычный бинокль после тебя?
– Да.
– И ничего не увидел?
– Ничего. Я решил, что мне показалось. Просто в башку напекло, такое не редкость.
– Но он все равно решил проверить… – я захлопнула ноутбук и начала нервно расхаживать по веранде, – напекло, говоришь?
– Ну, там жара под сорок.
– А что, если он напрягся не от того, что ты что-то увидел, а от того, чего не увидел?
– Потерял мысль, – буркнул Степа, а Сеня задумчиво уставился в даль.
– Похоже, что так, – сказал он через некоторое время, перебирая в голове все детали того разговора и пояснил для друга: – бракованные насадки, – а тот хлопнул себя по лбу.
– Черт, а ведь вправду.
– И еще я думаю, что вас просто заманили в то ущелье. Отец не мог не проверить.
– Вот суки, – прошипел Степа.
– И боевики на такое не способны, – вздохнула я, хотя добивать лежачих не хотелось, а они скрипнули зубами.
– И мы поперлись, как лохи.
– Отец и два его любимчика. А вот еще нюанс: вас обоих легко могли пристрелить, а выбрали – покалечить.
– Женщина, остановись, – простонал Степа, – дай переварить, – я кивнула и пошла на кухню разогревать ужин. – Черт, я любил свою ногу! – послышалось с веранды минут через двадцать и через пару минут они уже расселись за столом.
– Ты повернулся на выстрел или до него?
– За секунду до.
– Отец был далеко?
– Вне зоны поражения снаряда. Но я видел, как он упал после выстрела.
– Ты сразу вырубился?
– Да, очнулся утром в полевом госпитале, Степана еще штопали. У меня на затылке была рана, похоже, приземлился на какой-то булыжник и отключился.
– То есть вы не знаете, что произошло дальше?
– Не было нужды уточнять, – пожал плечами Арсений, – но теперь, думаю, имеет смысл. Ты ведь на это намекаешь? – я кивнула.
– Утром сделаю пару звонков, выясню, есть ли сейчас кто не в командировке, – согласился Степа. – Думаете, это может быть связано с тем, что происходит сейчас?
– Действующие лица повторяются и так или иначе все упирается в завод, – задумалась я и попросила: – маме пока ни слова, – тут у меня зазвонил телефон, я посмотрела на дисплей и невольно поморщилась, сделала знак молчать и подняла трубку.
– Ты домой вообще собираешься возвращаться? – недовольно сказал Виталий, а я скривилась, как от кислого, и ответила тихо:
– Конечно.
– И когда же произойдет это знаменательное событие? Между прочим, у тебя есть муж, если ты забыла.
– Я отлично это помню, – отчеканила, но тут же справилась с эмоциями и продолжила грустным голосом: – Виталик, пойми, мне непросто справиться с произошедшим. Я не могу говорить об этом с тобой.
– Да, я понимаю, прости, – промямлил он в трубку, но по голосу было ясно, что пытается скрыть усмешку, – я просто соскучился.
– Я пока не могу вернуться, дай мне время. Если хочешь, приезжай завтра, пообедаем все вместе?
– Я… подумаю. Много дел, не знаю, получится ли вырваться, – я только закатила глаза, – ладно, спокойной ночи, дорогая. Целую.
– Спокойной ночи, – и дала отбой.
– И ведь ни слова вранья, – усмехнулся Степан, а я злобно на него зыркнула:
– Стеша, завали, а? – он икнул от неожиданности и усиленно начал жевать ужин. – Киньте посуду в раковину, я с утра помою, – поднялась и пошла к себе успокаивать нервы китом, не заметив, как уснула.
Я тоже так умею
Моя рука натолкнулась на что-то, я испуганно вздрогнула и открыла глаза.
– Привет, – улыбнулся Сеня, нахально развалившийся в моей постели, – я стучался, но ты уже уснула.
– Ты тут спал? – вытаращила я глаза, натягивая одеяло повыше, а он улыбнулся еще шире.
– Ты такая милая во сне, – и обнял меня, притянув к себе.
Я уткнулась носом в его грудь и замерла, пытаясь справиться с волнением, но оно только нарастало, руки сами собой потянулись туда, где им быть не следовало и были перехвачены на пол пути.
– Тебе можно меня обнимать, а мне тебя – нет? – спросила обиженно.
– Обнимай повыше, – попросил он и я с силой вцепилась одной рукой в его спину и пододвинулась вплотную. – Черт, не помогает, – вздохнул тяжело и начал подниматься, но я не собиралась его так просто отпускать и просунула под него вторую руку, сцепив их замком.
– Только дернись, – сказала злобно, положила щеку ему на
