Глава 6
Глава 6
Рик будто очнулся. Сразу после моей знаменательной фразы, он как-то весь собрался, отступил от дракона, словно молчаливо отказывался от драки.
Окинул медсестер внимательным взглядом и разразился распоряжениями – почти такими же спокойными и обстоятельными как раньше.
– Несса, срочно во вторую операционную. Тащи сюда анестезиолога. Горделия! Немедленно тащи новую кровь, питательный раствор и готовь инструменты! Быстро!
Девушки метнулись к дверям.
Латифа вытянулась по стойке смирно, ожидая команды Рика, и та не заставила себя ждать.
– Ты! – обратился к ней василиск. – Сделай из операционного стола полукресло. Но так, чтобы голова вербера не сдвинулась ни на сантиметр. Поняла?
Латифа закивала, и бросилась выполнять. В принципе, ничего сложного в указании Рика не было. Форма стола изменялась непосредственным нажатием кнопок сбоку или дистанционно, с пульта – он лежал возле аквариумов.
Опытная Латифа решила правильно – схватила зеленый пульт с разноцветными кнопками и зафиксировала голову вербера эластичными, но прочными тисками. Они выдвигались из стола, меняли форму, размер, длину, подстраиваясь под пациента.
Дальше я не смотрела.
Рик подошел ко мне и Вагру, дракон сложил руки на груди, словно говорил: «Ты крутой, но я сейчас продемонстрирую собственное превосходство». И не обманул.
– Предлагаю новую методику. Превратить прут внутри головы в чистую энергию и вывести. Почти никакой механики, никакого воздействия.
Рик рубанул рукой по воздуху, явно намереваясь ответить что-то очень резкое, может даже оскорбительное, но передумал и произнес почти спокойно:
– Хороший метод, но еще мало опробованный. Мы не знаем – нагреваются ли ближайшие ткани. И как вообще они отреагируют на мгновенное превращение. Слишком мало информации, чтобы делать прогнозы…
– Смотрю, ты забыл, что мы все переходим в энергию, когда превращаемся из человека в зверя и обратно? – хмыкнул Вагр, заломив бровь.
– Не забыл, – с нотками рычания парировал василиск. – Но мы это делаем с помощью энергии ауры. А ты собираешься использовать…
– Энергию перекрестья, – ответил за него дракон. – Ну и что?
Рик задумался, словно взвешивал – стоит ли спорить дальше, принять предложение или отвергнуть его. В конце концов, в этой операционной решал он, и все это прекрасно понимали, даже Вагр.
Василиск выдержал небольшую паузу, косясь на меня внимательным синим взглядом, с примесью затаенной обиды. Казалось таким непривычным общаться с Риком настолько близко, настолько душевно, что ли… Прежде Рик не позволял проникать в его эмоции, не показывал их – отшучивался, лапал, делал неприличные предложения. Как свыкнуться с тем, что за всем этим стояла не просто мужская бравада, не фирменное чувство юмора, а нечто гораздо большее?
У меня вновь засосало под ложечкой. Из глотки Вагра вырвалось рычание и наши с Риком взгляды разомкнулись, а внимание переключилось на дракона.
Василиск резко выпрямился, и произнес:
– Давай!
– Давно бы так, – пробормотал себе под нос дракон.
– А? – нахмурился Рик.
Вагр пожал плечами и усмехнулся, без прежнего запала:
– Забыли. Давай займемся делом.
Из кармана голубого халата дракон извлек маленькое устройство, похожее на шариковую ручку.
Рик осторожно отодвинул меня и заслонил своим телом. Латифа отступила к стене сама. Я думала, Вагр подойдет к пациенту, уже зафиксированному в полусидячем положении. Но дракон словно бы прицелился в голову больного и замер в ожидании.
Чего? Я поняла только когда дракон Праф, наш анестезиолог заскочил в операционную. За ним семенила Несса, с подносом, накрытым белой марлей. Праф окинул вербера наметанным взглядом малахитовых глаз.
Красивое смуглое лицо анестезиолога портил немного узкий, удлиненный нос, похожий на клюв. Длинные темно-русые волосы были забраны под синюю шапочку. Праф немного помедлил, изучая в карточке параметры вербера – рост, вес, особенности строения. Как ни удивительно, у одних оборотней мышцы были очень плотными, тяжелыми, у других – напротив, легкими и словно бы рыхлыми. Первые превращались чуть медленней, но могли сильно увеличиться в размерах в звериной ипостаси. У вторых очень быстро всасывались лекарства и усваивались по максимуму. Праф вскинул глаза к потолку и, как обычно, в уме точно рассчитал дозировку. Я всегда поражалась этой его способности – быстро и без усилий складывать, умножать, делить даже самые сложные и не целые числа.
Анестезиолог взял с подноса Нессы черный шприц-пистолет, от одного вида которого мне неизменно плохело, обошел стол-кресло с пациентом и присел на корточки.
Даже не видя, я знала – он целится в позвоночный столб вербера. В кресле открывалось округлое отверстие – специально для таких случаев.
Латифа и Несса почти единым движением зафиксировали больного. Тут механизмы не помощники. Оборотень может лишь слегка шелохнуться – и игла вонзится в жизненно важный центр спинного мозга. Тогда паралич обеспечен.
Через пару минут довольный Праф выпрямился, наигранно поклонился, демонстрируя пустой шприц-пистолет, и отошел к стене.
– Ждем пять минут и можно жарить из него шашлыки. Ничего не почувствует. Разве только потом заметит, что чего-то не хватает, – хмыкнул анестезиолог. – Но вы всегда можете списать это на аварию и предложить поискать пальцы-руки где-нибудь на автотрассе.
Вагр посмотрел на Рика, Рик кивнул, словно давал добро. Дракон продолжил целиться, будто снайпер, в ожидании удачной для выстрела минуты.
Праф застыл неподалеку от аквариумов, скрестив руки на груди, и казалось, потерял к происходящему всякий интерес. Но я-то отлично знала – анестезиолог внимательно следил за состоянием пациента по одному ему понятным приметам. Цвету лица, губ, движению глаз, дыханию.
В операционную бесшумно прошмыгнула Горделия, с каталкой. На ней бурой пластиковой горой громоздились пакетики с кровью и прозрачным питательным раствором.
