Гельветы наконец поняли, что им римлян не одолеть, и отправили к Цезарю делегацию просить мира. Встретившись с ним, гельветы упали к его ногам, взывая о милосердии и рассказывая о том, что у них кончилось продовольствие. Цезарь пошел им навстречу, сказав, что прекратит боевые действия и наделит гельветов продовольствием и зерном, если они вернутся на свои исконные земли и станут защищать Галлию от вторжения германских племен. Цезарь также потребовал у гельветов немедля сложить оружие и оставить ему заложников, удостоверив тем самым свою готовность вести в дальнейшем мирную жизнь. Гельветы приняли ультиматум и вернулись в свой лагерь. Однако ночью около шести тысяч гельветов тайно ушли из лагеря и направились к Рейну искать прибежище у германцев, опасаясь, что если они сложат оружие, римляне их немедленно перебьют. Однако римлянам удалось перехватить беглецов. К одним и тем же повинным людям Цезарь не проявлял милосердия дважды и приказал с пленными беглецами поступать как с врагами.
Среди трофеев, захваченных во вражеском лагере, оказались таблички, написанные греческими буквами. Друидам запрещалось записывать свои жреческие секреты, но простые галлы, употребляя этрусский, римский или греческий алфавит, широко использовали письмо для самых различных целей: от бытовых записей, заклинаний и любовных посланий до эпитафий. Особое внимание Цезаря привлекли таблички с переписью гельветов и их союзников, снявшихся со своих мест и отправившихся в поход. Таких оказалось более трехсот тысяч, включая детей, стариков и женщин. Цезарь приказал произвести новую перепись — домой, к Женевскому озеру, возвращалась лишь треть.
Цезарь одержал первую большую победу над неприятелем и мог сообщить сенату, что Северной Италии и Провинции гельветы больше не угрожают. По традиции, пленные, захваченные в бою, доставались одержавшему победу военачальнику, и Цезарь мог выручить немалые деньги, продав их работорговцам, сопровождавшим в походе армию. Но не одни римляне были довольны разгромом гельветов. Цезарь пишет, что после того как гельветы признали свое поражение, у него в лагере собрались представители большинства галльских племен, которые выразили ему свою благодарность за победу над безжалостными гельветами, жившими на своих землях в полном благополучии и покинувшими их со злодейской целью подчинить всю Галлию своей власти, а затем из множества доставшихся им земель выбрать себе для жительства самую плодородную, а все остальные галльские племена сделать своими данниками. В то же время вожди галльских племен считали, что Рим не заинтересован в захвате земель севернее Провинции, а римские войска вошли в Галлию лишь для того, чтобы покарать алчных гельветов, после чего они вернутся в свои лагеря.
Придя к убеждению, что римляне не стремятся к завоеванию их земель, собравшиеся в лагере Цезаря вожди галльских племен попросили у него дозволения поговорить об общем положении в Галлии. Поклявшись кельтским богам, что не разгласят содержание разговора, они поручили говорить от их имени эдую Дивитиаку. Он рассказал Цезарю, что два галльских племени, секваны и арверны, договорились с германцами установить власть над всей Галлией и попросили Ариовиста, вождя германцев, вторгнуться в земли эдуев и их союзников. Воспользовавшись этим потворством, примерно пятнадцать тысяч германцев перешли Рейн, но когда этим грубым варварам полюбились галльские земли, их число значительно увеличилось и теперь превышает сто тысяч. Ариовист принудил многие галльские племена предоставить ему заложников, которых он обещал предать лютой смерти в случае возмущения галлов. Теперь ежегодно в галльские земли переселяются все новые и новые варвары, и вскоре германцы могут занять всю Галлию. Многие галльские племена уже подумывают о том, чтобы последовать примеру гельветов и попытаться переселиться в Западную Европу, но это приведет к нестабильности в регионе, ведь поток беженцев может хлынуть и в римские земли. Сложившимся положением недовольны даже секваны, инициировавшие вторжение варваров. Единственная надежда на римлян, которым по силам изгнать германцев.
Выслушав Дивитиака, Цезарь задумался и решил, что ситуация крайне благоприятна. К нему, как к представителю Рима, обратились за помощью вожди не одного галльского племени, что случалось и раньше, а целого ряда галльских племен, что открывает перед ним превосходную перспективу. Теперь он сможет осуществить мечту своей жизни.
После беседы с вождями галльских племен Цезарь отправил в Рим донесение, в котором обосновал насущную надобность борьбы с германцами в Галлии, подчеркнув, что при рассмотрении вопроса об интервенции не стоит принимать во внимание то обстоятельство, что галльские земли, занятые германцами, находятся вдалеке от римских границ. Далее Цезарь назвал три причины, понуждающие начать военные действия против германских варваров. Во-первых, римлян о помощи попросили галльские племена, включая эдуев, давних союзников Римского государства. Во-вторых, германцы заполучили силой заложников из дружественных Риму галльских племен, жизни которых угрожает нешуточная опасность, что при величии Рима является позором для государства. Наконец, в-третьих — и что самое главное, — на галльские земли переселились около ста тысяч германцев, и недалек час, когда эти варвары — по примеру тевтонов и кимбров — начнут угрожать Провинции и даже Италии. Если германцам не помешать, они в скором времени могут оказаться у ворот Рима.
В своем донесении Цезарь благоразумно не коснулся того, что в его консульство вождь германцев Ариовист получил титул царя и друга Римского государства. Конечно, в этом послании Цезарь преследовал личные интересы, но в то же время он был абсолютно прав, говоря о германской угрозе Риму. Германские племена не раз вторгались в сопредельные земли, устремляясь на юг. Превосходя противника в численности и в военном искусстве, они изгнали кельтов из Южной Германии и теперь угрожали Галлии. Если бы они вознамерились вторгнуться в Северную Италию, им бы даже Альпы не стали помехой. Но если бы Цезарь сумел остановить их у Рейна, то Рим смог бы долгие годы чувствовать себя в безопасности.
Германские племена, населявшие Северную Европу, представляли для римлян загадку. Если не считать краткие сведения, которые время от времени предоставляли купцы и путешественники, первое описание германских племен дал Цезарь. Как и галлы, германцы не считали себя единым народом и жили отдельными племенами, нередко враждовавшими между собой. Германцы мало уделяли внимания земледелию, а больше промышляли охотой. Они были храбрыми свирепыми воинами, не употреблявшими вина, которое делает человека неспособным выносить трудности и лишения. Германцы с детства закаляли себя, купаясь в холодных реках. Они были замечательными наездниками, и, по их понятиям, не было ничего позорнее и трусливее, чем пользоваться седлом. Тех, кто предавал свой народ или выказывал трусость на поле боя, казнили по решению племенного совета — вешали на дереве или топили в болоте.
Германские племена возглавляли вожди, но реальная власть принадлежала военачальникам, таким как Ариовист, которые делились добычей с воинами. Германцы поклонялись многим богам и веровали в гадания, прерогативу жриц. Жрица брала ветку, срубленную с плодового дерева, очищала ее от коры, нарезала на плашки, наносила на них особые знаки и кидала затем на белоснежную ткань. После этого жрица трижды вынимала по одной плашке и толковала грядущее в соответствии с нанесенными на них знаками. Если гадание сулило удачу, германцы занимались намеченным предприятием, а если предсказание оказывалось плохим, то предприятие — и даже сражение — непременно откладывали.
Прежде чем начать военные действия против германских племен, Цезарь решил поговорить с Ариовистом и письменно предложил ему встретиться в каком-либо месте, одинаково удаленном от них обоих. Однако Ариовист ответил в послании, что если Цезарь хочет с ним встретиться, то он должен приехать в лагерь германцев. Ариовист также надменно добавил, что Цезарю не должно быть дела до той части галльских земель, которую германцы завоевали. Возмущенный ответом Ариовиста, Цезарь потребовал от него прекратить переселение германцев за Рейн, вернуть галлам заложников и впредь не воевать с галльскими племенами. Цезарь добавил, что в случае невыполнения этого ультиматума римляне будут вынуждены защитить интересы галлов силой оружия. Ариовист выполнить требования Цезаря категорически отказался. В своем очередном послании он заметил, что римляне, завоевав какую-либо новую землю, распоряжаются ею не по чужому наказу, а по своему усмотрению, и потому не имеют права вмешиваться в чужие дела. Дело Цезаря — управлять римской Провинцией, а если же он выступит в защиту покоренных германцами галльских племен, то он тогда убедится, что значит храбрость непобедимых германцев, и получит жестокий урок.
