Не споря, я отошла немного в сторону. В свете полной луны я отчетливо увидела, как Таркер повернулся ко мне спиной, а затем скинул с себя пиджак. Не удовлетворившись этим, он вскоре сбросил с себя и рубашку, оголив крепкие мышцы рук и спины, и потянулся к ремню на брюках.
— Не припомню, чтобы стриптиз входил в нашу экскурсионную программу, — буркнула я себе под нос, но отворачиваться не стала.
В конце концов, меня никто и не просил! Подозреваю, что моя реакция мало напомнила ту, что должна была продемонстрировать невинная леди, но я ею и не являлась.
Впрочем, полюбоваться на красивое обнаженное мужское тело мне все равно не дали. Короткая вспышка ослепила и заставила прикрыть глаза, а когда я их снова распахнула, я едва удержалась на ногах. Передо мной стоял огромный дракон! В лучах луны его чешуя ярко-красного цвета казалось темно-багровой, как запекшаяся кровь. Шипастая голова, венчающая мощную шею, смотрела прямо на меня, и в вертикальных зрачках я отчетливо различила легкую насмешку.
«Ну как, впечатлена?»
Словно красуясь, дракон переступил с ноги на ногу, а затем раскрыл кожистые крылья и поднял такой ветер, что я вскинула руку и прикрыла лицо он поднявшейся пыли. Заметив мой жест, дракон сложил крылья и выставил вперед грудную клетку. Чешуя, имевшая каплевидную форму, была здесь немного плотнее, чем на остальном теле.
«Что скажешь?»
Я, совладав с трясущимися коленями, нацепила на лицо самое уверенное выражение и, важно заложив руки за спину, обошла дракона.
— Ноги чуть коротковаты, а крылья чересчур широкие, — вынесла вердикт я. — Но в целом вполне ничего.
Когда вертикальные глаза вспыхнули огнем, а с красного носа сорвался сноп искр, испепеливших ближайший куст, я вспомнила, что шутить с драконами небезопасно, и застыла, торопливо шаря взглядом по поляне в поисках укрытия. Все тот же хриплый лающий смех остановил бег моих суматошных мыслей и заставил выпрямить спину.
«Тоже мне эксперт драконьей красоты! — фыркнул он. — Я, может быть, тоже хотел бы ведьму помясистее».
— Это в каких целях? — с подозрением поинтересовалась я, отдвигаясь. — В эстетических или гастрономических?
«Гадай теперь! — не без злорадства откликнулся дракон и опустил одно крыло на землю. — Забирайся, нам пора».
Подрагивающее крыло мало напоминало самолетный трап, но выбора все равно не было.
ГЛАВА 11
Лес подо мной стремительно удалялся, становясь все меньшее, пока вовсе не превратился в черную точку среди темного болота полей, прочерченных блестящим серебром рек. Дракон резко набрал высоту и принялся петлять среди облаков, беря то влево, то вправо. Создавалось впечатление, что он красуется передо мной или показывает все, что умеет. Его рванный полет больше всего напоминал поездку на американских горках, и сердце от этих скачков постоянно замирало, а уши закладывало. После очередного резкого поворота, когда мне чудом удалось удержаться на драконьем хребте, я пришла к выводу, что это все-таки мелочная месть за мой неудачный комплимент. Кто бы мог подумать, что огромная зверюга окажется такой ранимой!
— Ладно-ладно! — прокричала я, но ветер бросил мне в лицо мои же слова. — Я все поняла, заканчивай воспитательную лекцию!
Дракон хохотнул и как кошка дернул хвостом (его острый конец ударил по покрытому чешуей горячему боку, совсем рядом со мной), а затем пошел на снижение. Вернее сказать, он просто камнем рухнул вниз, сложив крылья, как пацифист руки при виде оружия. Я тут же прикрыла слезящиеся глаза и намертво вцепилась в шип на спине дракона, буквально кожей чувствуя всю мимолетность каждого мгновения этой жизни. Воображение не преминуло нарисовать картину расплющенной кроваво-красной лепешки — дракона, похоронившего меня вместе с собой. В голове, в лучших традициях жанра, уже стали проносится картины из детства, когда я не своим голосом заорала:
— Ты что творишь, ящерица хвостатая?!
Дракон замедлился.
«Что, страшно?» — с насмешкой поинтересовался он.
— Нет, — заверила я. — Очень весело! И чем яснее я представляю картину собственных поминок, тем все веселее и веселее! Тебе с того света открытку прислать или во сне навестить?
Видимо, угроза возымела свое воздействие, потому что дракон заработал крыльями и выровнял полет. Совсем рядом раздался странный рокот, и подняв глаза я обомлела: перед нами высился водопад. В свете луны хрустальные брызги сверкали, как россыпь драгоценных камней, и я, не удержавшись, свесилась с драконьей спины и попыталась зачерпнуть ладонью из округлой чаши озера, куда срывался столб воды.
«Сверзишься», — беззлобно предупредили меня, но великодушно опустились еще ниже. Я успела заметить белые кувшинки, прячущиеся на краю озера, а затем вода пошла рябью от внезапно поднявшегося ветра — дракон усиленно заработал крыльями, легко поднимаясь вверх.
Я проводила и водопад, и кувшинки разочарованным взглядом. Мне как ребенку хотелось захватить с собой сувенир на память об этом красивом месте, но я понимала, как глупо это выглядит со стороны.
Дракон больше не куражился, и я начала получать удовольствие от полета. Подняв голову, я прикрыла глаза, растворяясь в обманчивой тишине ночи. Даже сквозь сомкнутые веки я чувствовала неяркое сияние луны, и это наполняло меня неведанным предвкушением. Кожа покрылась мурашками, а сами чувства обострились во много раз. Я особенно ярко ощутила волшебную красоту этого мига: ветер развевает волосы, лунный свет ласкает кожу, а дракон подо мной излучает тепло, согревая меня и даря ощущение единения с ним. Прямо перед нами раскинулись перистые облака, в которых изредка, будто актриса в закулисье, кокетливо скрывалась луна.
— Свобода, — прошептала я и раскинула руки, словно птица.
В ответ я получила негромкое, похожее на кошачье мурчание. Губы дрогнули в улыбке. Пожалуй, дракон все больше напоминает мне кошку: большую, своевольную кошку. Разве что когти у него были поострее.
Мы почти миновали горный хребет и резко устремились вниз. Сощурившись, я рассмотрела округлую площадку среди отвесных скал. Драконьи когти вспороли каменистую землю: удар вышел ощутимым, и я едва кубарем скатилась вниз.
— Над посадкой придется еще поработать, — откашливаясь от земляной пыли, сказала я.
Дракон оскорбленно хмыкнул, но, к моему удивлению, спорить не стал. Он вскинул голову к небу, взглянув на луну, как на часы, и грозно повернулся ко мне. Я даже отпрянула, опасаясь, что он сейчас на меня наступит.
— Какой у нас план?
«Видишь озеро?»
В десятке шагов от меня, среди скал, действительно виднелась небольшая каменная чаша, выдолбленная водой за многие-многие сотни лет. В ней собиралась талая вода с ледников гор и били подземные ключи. В ночи озеро казалось черной, немного колеблющейся точкой.
— Да.
«Тогда раздевайся и вперед купаться».
У меня в буквальном смысле отвисла челюсть.
— Знаешь, что-то я не наблюдаю в себе порыва к нудизму. Может, в следующий раз? Состыкуем все с моим биоритмом и с нужной фазой Меркурия. А то, знаешь ли, у него сейчас ретроградные дни.
Дракон нахмурился. Один из шипов на лбу смешно съехал вниз, и я едва сумела спрятать улыбку.
«Не слышал о таких днях. Надеюсь, это не сильно опасно».
Я почти успела умилиться его заботе, как он деловито продолжил:
«Но окунуться все равно придется».
Я обернулась в сторону озера.
— Просто окунуться? В этом состоит ритуал?
«Да, так все и происходит во время ведьмовского крещения. Тебе нужно войти в воду обнаженной, оказаться в отражении луны и постараться призвать свою силу».
— Как призвать?
«Просто расслабься. Чутье подскажет».
Я тяжело вздохнула и потребовала:
— Отвернись!
«Да чего я там не видел?» — не очень естественно возмутился дракон.
— Либо ты извращенец, который подглядывает за самками другого вида, либо ты там ничего не видел, — отрезала я. — В обоих случаях сверкать голыми телесами перед зрителями я не намерена.
