—Майкл.
Ее бросило в дрожь при звуке знакомого тихого голоса. Майкл! Что ему нужно? Сначала она подумала, что его приход, возможно, связан с сексом, но тут же усомнилась. Скорей всего, он хочет поговорить о работе или условиться о встрече на завтра.
— Элизабет, впусти меня!
— Уже поздно, — сказала она, подходя к двери. — Чего ты хочешь?
—Я не могу разговаривать через дверь. Разве что есть причина, по которой ты не можешь впустить меня? Ты не одна?
—Одна, — ответила она поспешно, смешавшись на какой-то момент, затем отодвинула тугую щеколду и открыла дверь ровно настолько, чтобы можно было его разглядеть. — Ну?..
—Я хочу поговорить с тобой, Лайза, и клянусь, не уйду, пока своего не добьюсь. — Он нажимал на дверь не резко, но настойчиво, пока она не сделала шаг в сторону и не впустила его.
Нервно скрестив руки на груди, она выдержала его пытливый взгляд. На нем была все та же одежда, что и утром, когда он уходил с Кристой. При мысли о другой женщине ее настороженность перешла в негодование.
— Выкладывай, зачем пришел?
—Ты выглядишь… очень мило, Лайза! — Его голубые глаза заблестели. — Никогда еще я не видел тебя такой…
—Что дальше? — прервала она. — Я собираюсь спать.
—Да, я вижу.
—Как прошел вечер с Кристой?
—Жарковато было.
Она выгнула бровь.
—Вот как? Впрочем, детали меня не интересуют…
—Я имел в виду «Чилийский рудник», а не партнершу. Криста — прекрасная женщина, но она не… ты!
Запинка в его словах и взгляд, которым она сопровождалась, повергли ее в трепет. Элизабет застыла как зачарованная, когда он шагнул к ней. Плотно прижав руки к груди, она стояла затаив дыхание, не в силах противиться, когда он наклонился и поцеловал ее. В голове мелькнуло лишь, что она пропала.
Не могло быть и речи о том, чтобы возмущаться или сопротивляться, когда он вновь поцеловал ее — со страстью, удивившей их обоих. Элизабет не думала ни о прошлом, ни о будущем, а только о жарком, волнующем настоящем. Обняв его за шею, она вновь притянула его голову, когда он оторвался от ее губ.
Наконец ей удалось перевести дыхание, и, когда Майкл опять склонился над ней, она прочла в его взгляде ожидание. Минутная пауза помогла ей опомниться. Она внезапно поняла, что находится в номере наедине с Майклом и что тела их разделяет только тонкая шелковая ткань.
—Мне не следовало допускать этого, — сказала она, наконец, — я сделала ошибку.
—Ошибка произошла десять лет назад, когда я так и не узнал, какое это наслаждение — твой поцелуй. Боюсь, что сейчас я рискую гораздо большим, чем сломанным носом.
Элизабет вспыхнула под его потемневшим взглядом.
—Майкл, пожалуйста! Не говори так…
—Почему бы и нет? Это правда! Какой счастье, что мы снова встретились! Мы потеряли массу времени, но получили второй шанс. — Он подался к ней, и хищный блеск, появившийся в его глазах, заставил ее инстинктивно отступить.
Она снова прижала руки к груди, словно защищаясь, а в голове у нее эхом звучали его слова. Нет, вовсе не второй шанс, а просто дела, из-за которых они оказались вместе. Боже, как она могла так забыться!
—Майкл, пора опомниться!
—Тебе или мне?
—Обоим. Мы здесь не затем, чтобы крутить роман!
—Почему нельзя совместить то и другое? — Он успокаивающе поднял руку, заметив всплеск ярости в ее глазах. — Знаю, возможно, это не этично. Между прочим, я весь в напряжении. Мне трудно думать еще о чем-нибудь, кроме тебя и того, что скрывается под твоим халатиком!
Она вспыхнула. Вряд ли он успел получить об этом представление, хотя минуту назад она буквально прилипла к его телу.
—Уже поздно, и я собираюсь спать.
—Звучит обнадеживающе!
—Одна. — Она открыла дверь и застыла в ожидании.
Майкл какое-то время пристально смотрел на нее.
—Надеюсь, у тебя нет ничего серьезного с этим типом, который прикатил к тебе, не так ли?
—С кем?
—Неплохо! Ты даже не помнишь его имя!
—Конечно, помню. Грег Рафферти, — сказала она поспешно. — Он хороший друг! — Ни за что на свете она не пожелала бы признаться, что сравнивала их и сравнение оказалось не в пользу Грега. Майкл и без того слишком высокого мнения о себе.
—Просто друг? — настаивал он.
—Это тебя не касается.
—А если касается?
—Нет! — Она вздохнула. — Видишь ли, Майкл, возможно, я создала у тебя неверное представление о наших отношениях. Припиши это моему любопытству.
—Любопытству? — повторил он, не веря своим ушам. — Вот оно что!
—Ну, мне, как и тебе, любопытно было узнать, сможем ли мы поладить друг с другом через столько лет.
—Согласен, и ответ на этот вопрос оказался положительным. Между нами что-то есть, Лайза, и гораздо серьезнее, чем любопытство. Ты просто боишься признаться себе.
—Будь добр, уходи, а? — сказала она, не в силах сдержать отчаяние в голосе.
—Я ведь не отвечаю твоим требованиям, — продолжал он, словно не слыша ее слезной мольбы, — ни требованию содействовать твоей карьере, ни требованию зарабатывать большие деньги, ни твоим представлениям о преуспевающем мужчине!
—Все верно. Ты действительно мне не подходишь. Ты слишком… — она замешкалась, подыскивая нужное слово, но так и не смогла найти. — Ты слишком счастлив, — сказала она, наконец.
Услышав это, он разразился смехом.
—Я слишком счастлив! Ты, мой школьный товарищ, ставишь мне это в вину?
—Я поясню, что имела в виду. Ты воспринимаешь все в шутку. А жизнь не шутка, Майкл! У меня есть цели, которых я добиваюсь, образ жизни, который меня устраивает. Я не желаю вносить сумятицу в свои дела, проводя время с человеком, для которого не существует приоритетов, который не признает упорного труда ради того, чтобы добиться успеха в жизни.
—Я тоже упорно тружусь.
—Когда? Между шутовством и развлечениями?
Улыбка сбежала с его лица.
— По крайней мере, в моей жизни есть все. А у тебя? Как насчет любви? Или ты и к ней подходишь со своими деловыми мерками?
—Нет, хотя бы потому, что я в ней не нуждаюсь. Для меня работа на первом месте, а все остальное — на втором.
—Откуда это в тебе?
Она взглянула на него с настороженным вызовом.
—Что ты имеешь в виду?
—Почему работа тебе все заменила? Не связано ли это как-то с твоим отцом, с твоей семьей?
— Почему ты так решил? Он пожал плечами.
—Потому что ты работаешь в компании, которую организовал твой отец, и чуть ли не с фанатизмом заботишься о своей репутации именно там. Давит ли отец на тебя, чтобы ты добивалась успеха, высоко держала его марку, честь семьи и все такое прочее?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
