была покрыта какой-то субстанцией, похожей на серые малоаппетитные сопли. А еще по этим стенам постоянно и во множестве перемещались разного размера механические десятилапые паучки, дополняя картину. Я, пока парни отходили от потрясения, вызванного преображением станции, спросил у своей помощницы:
«Это, Медея, а соплями, того, обязательно было?», — и с отвращением оглянулся.
«Ничего это не сопли!», — обиженно фыркнула девушка, — «Это особая паста, служащая субстратом для жизнедеятельности особых нанитов, которые восстанавливают различные микроповреждения обшивки. Ты же не хочешь терять регулярно ползать по станции и устранять повреждения размеров с булавочную головку. И поверь, хозяин, такие дефекты образуются регулярно!».
«Но есть же силовые щиты?», — сказал я, уже совсем другими глазами посматривая на серую массу, которую я воспринимал уже как своеобразный герметик.
«Подумай сам, хозяин, сколько энергии они потребляют! А вообще их поднимают только во время боевой ситуации. Ведь боевые силовые щиты кроме защиты от мелких астероидов не пропустят и транспортные корабли по обслуживанию системы. И что, из-за каждого фрегата их поднимать и опускать что ли? Вот тут и в полный рост показывает свою полезность ремонтная паста!», — самодовольно произнесла фигуристая красотка.
Собственно, спорить ней я не стал, если надо, значит надо! И нечего спорить с компетентным чел… кх-м, с компетентным разумным, пусть он и представляет из себя всего лишь охрененных размеров кристалл. На огромном обзорном экране, что заменяли на станции окна, за исключением купола диспетчерской, конечно, было видно, как маленькие боты подлетели к среднего размера обломку, ухватили его своими лапками и потащили его к станции для переработки. Удивительное зрелище космического сюрреалистического балета, бесконечного балета. Но мои бойцы не оценили всей этой красоты и функциональности. Парни пытались сжиматься компактной группой, что для тысячной толпы смотрелось немного комично, и грустно. Но видя, что я абсолютно не волнуюсь, они как гусята за мамкой следовали за мной. Если бы, конечно, я знал, что нас ждет дальше, то, наверное, прилетел бы сюда только с теми пацанами, интеллект которых просто не позволял пугаться. Ибо для того, чтобы было страшно, надо иметь мозги и эмоции, а при их отсутствии, живется намного проще!
В хорошо знакомом ангаре лежали тела. Очень много тел. Когда я говорю много, то это значит, что они лежали штабелем сто на сто метров и высотой в пятьдесят. Я даже представить боялся, сколько их тут. И это только с одного уровня. По всей станции таких зрелищ, я думаю, у меня будет не одна сотня. Хотя они были упакованы в самые разные модели скафандров, но это не делало их простыми объёмными куклами. Хотя и скафандров целых было мало. А вот разорванных, в том числе и пополам, и с оторванными конечностями, было полно. Конечности, кстати, были навалены прямо так, заполняя пустоты между трупами. Я услышал в переговорное устройство, как как кто-то с шумом проблевался, прямо в скафандре, а кто-то упал в обморок. Среди упавших в обморок были Мита и Нита. Сен Жу была покрепче, а Дана просто сумасшедшая, поэтому они успели подхватить моих «старших» жен. Пока мои люди приходили в себя, я спросил у Медеи:
«И зачем это было нужно?», — вопрос не праздный, потому что слишком самостоятельным становился этот ИскИн.
«Все в соответствии с правилами, установленными хозяевами! Мертвые тела со станций, кораблей и сооружений, люди убирают и утилизируют сами! Дроиды могут только немного помочь им! По мнению хозяев, разумные должны видеть результаты их конфликтов и глупости! Они считали подобное отличным воспитательными моментом, чтобы отбить у представителей своей расы тягу к насилию и убийствам!», — промолчал, и что тут было говорить, правы были древние предки, ой как правы!
А потом проскочила странная мысль, а если заставить наших, самых агрессивных политиков, долбанных «ястребов», собственноручно собирать с полей сражений, и хоронить тела молодых здоровых мужчин и женщин, то интересно, стали бы они развязывать войны!
*П/А: реальный случай, только никаких «таких» отношений не было, так как автору тогда еще и тридцати не исполнилось.
Глава 7. Преображение
(25 день Н.Э.)
Я с наслаждением потянулся, и скинув с себя чью-то стройную ногу, упруго вскочил с кровати. Энергия в теле просто бурлила. И несмотря на то, что надо было приступать к неприятным обязанностям по уборке трупов, было предвкушение чего-то хорошего. В теле тоже была приятная усталость, оказывается эксперименты с гравитацией во время занятий любовью, придавало процессу некую пикантность и остринку. Получался своеобразный трехмерный секс. Девушки тоже оценили, но их выносливость не шла ни в какое сравнение с моей, поэтому еще несколько часов от них никакого толка не будет. А вообще для них получилось неплохое приключение. По моему опыту я знаю, что самая главная вещь, толкающая женщин на интриги и авантюры — это скука. Именно поэтому их так тянет на плохих парней, потому что тех постоянно тянет на приключения. Большинство женщин предпочитают покой и стабильность, а вот молодых девушек всегда тянет в поиск приключений на свои хорошенькие попки.
Поэтому мне частенько приходилось поломать голову, для того чтобы организовать относительно безопасные «приключения». И полет на эту станцию был одним из таких. Тут и страх, и восторг, и восхищение изысканной обстановкой. Ведь даже в нашем дворце, несмотря на простор, деревянную мебель и шелковое белье, все же не было того блеска и красоты, которую создавали поколения мастеров ушедшей цивилизации. Нашим парням хватало смелости, силы и упертости чтобы отвоевать себе место для жизни, но не хватало мастерства, чтобы сделать резную кровать. Наши ткачихи могли изготовить ткань из тончайшего паучьего шелка, но вот для того, чтобы сплести кружева им не хватало изысканности и некоторой изощренности что ли, которая прививается только поколениями мастеров и жизни среди произведений искусства. Но это опять же процесс воспитания, который длиться поколениями. Наши же мастерицы — это все те же помоечные кошки, которых подобрали, отмыли, причесали, откормили, но от этого они не перестали быть дикарками.
Именно поэтому я так ценю домашних девчонок, таких как Сен Жу, Мита и Нита, да даже Дана, воспитанная как дочка мастера-оружейника, они смогут оценить доставшуюся мне красоту, а позже привить чувство прекрасного нашим детям. Причем красота проявлялась не только в отделке нашей каюты, а вообще во всем, начиная с дизайна самой станции, и заканчивая последним дроидом-уборщиком. И если в искусстве проявлялась красота излишества, то в технике проявлялось то самое совершенство, когда вообще ничего лишнего. А как они работают, как работают, это просто песня, смотреть на работающих дроидов можно бесконечно. Первые двое суток, пока парни
