вопросу о мотивации моей нынешней деятельности.
— В этой связи не могли бы вы рассказать о себе?
— Я специально так устроил свою жизнь, чтобы избежать работы чиновником французского государственного аппарата. Мне нужно быть независимым от французского правительства. И в той сфере, где я работаю, я сам себе хозяин. Моя профессиональная деятельность не имеет никакого отношения к моей деятельности политической и к моим политическим взглядам. Она дает мне возможность жить.
— Существовать?
— Да, существовать. И это два мира, две различные области моей деятельности. Западная система навязала определенные правила жизни предпринимателям, и я делаю анализ рисков для предприятий, для каждой сферы производства. Скажем, анализ экономической ситуации сектора рынка. Или анализ пожарной ситуации, прочности здания: как построено, может ли разрушиться — и вообще анализ существования самого предприятия.
— Но для этого надо иметь универсальные знания.
— Общие, только общие знания. И того, что я зарабатываю, мне хватает на жизнь.
— Вы можете, наверное, просчитать какие-то риски, связанные с войной?
— Это разные области.
— А в финансовой сфере смогли бы делать прогнозы?
— Финансы — это настолько скользко, что в этой области не буду работать. Принципиально.
— У нас говорят, что неприлично считать деньги в чужом кармане, но на какие средства вы оказываете помощь детям Донбасса? На личные?
— На личные тоже, естественно. Первую гуманитарную миссию организовали в мае 2015 года. И она совпала с первым Форумом мира, который проходил в Донецке Там участвовали представители Италии, Финляндии, Германии, ДНР, России. Это был такой первый Форум за мир.
— Там собрались единомышленники, или люди занимали разные позиции?
— Самое главное, там не было представителей официальной Украины, а из Киева, скажем так, были прорусские люди, друзья России. И вот в рамках этого Форума была проведена первая гуманитарная акция, собрано несколько тысяч евро. Из них пять тысяч перевели на банковский счет детскому дому в Донецке, его надо было восстанавливать. А на оставшиеся деньги купили игрушки, еду, конфеты, сладости и раздали детям в Институте травматологии, в травматологическом госпитале Донецка.
— Потом это стало системой? Каким образом?
— Ассоциация зарегистрирована во Франции, согласно нашему законодательству. Она связана с представителями Донецка. Это — матери, женщины-врачи, военные. Они помогают в осуществлении гуманитарных миссий. С машинами, в частности, помогают, с логистикой вообще.
— Вам удалось с большим скандалом уехать из Франции. Подобное случилось первый раз, но, как вы полагаете, повторение возможно?
— Конечно. Я вообще не знаю, удастся ли вернуться. Поймите, идет война НАТО с Россией, а Франция — член НАТО. Сейчас противостояние достигло точки кипения, поэтому со стороны французских властей могут быть любые действия. Вы же прекрасно понимаете, что все отслеживается.
— Да, конечно, и потому хотел бы спросить: а с нашими таможенниками, пограничниками случаются проблемы? На эти службы бывают нарекания со стороны российских граждан, которые едут в Донбасс даже с гуманитарной помощью. Якобы создаются какие-то искусственные препятствия… Но вроде эти проблемы уже улажены. А с вашей точки зрения?
(И здесь надо сделать небольшое пояснение. Нашу беседу переводила Ирина Малинина, директор Российско-французского партнерства Росассоциации международного сотрудничества. И переводила настолько синхронно и деликатно, что создавалось впечатление, будто мы с Леруа говорим на одном языке. Самые добрые слова благодарности ей за эту помощь!. Но после моего последнего вопроса она вдруг вступила в разговор.)
— Позвольте, пардон, они прилетели во Внуково в два часа ночи. Паспортный контроль прошли за пару минут, но я боялась, что их не пропустят, так как они везли лекарство моему ребенку. Хотя рецепт был выписан в России, но знаете, какая строгая наша таможня… Но пропустили без всяких вопросов. Такое вот отличие от их французских коллег, — сказала Ирина Николаевна.
Ее можно было понять, к тому же ее ремарка дополнила нашу беседу интересной деталью, что вызвало вопрос: а кто эти «они», о которых упомянула Малинина?
— Приехали втроем — с женой и ее сыном, его отец был русским. Мог взять и своего сына, но взял пасынка. Гийом Алябьев. Ему 27 лет, он режиссер и актер. По-русски не понимает ни слова, но очень хотел побывать на родине отца, в России.
У нас было официальное приглашение — приехать в Донецк и, возможно, посетить Мариуполь. Мне уже удалось побывать там раньше. В этот раз посетили госпиталь, тот самый, где была известная провокация с роженицей, которую вроде бы ранили русские. Но тогда этот роддом был превращен ВСУ в крепость. Есть фотография, где видны бойницы, через которые стреляли украинские снайперы. Эти фотографии сделаны за 500 метров от «Азовстали», где сидели тогда украинские боевики.
Город сейчас разрушен. Там работает МЧС. Мы встретились с директором роддома, с главврачом, который подтвердил, что после освобождения российскими войсками этого района города, начиная с 16 марта и до 9 мая здесь принимались роды. Они нормально прошли, не было ни одной жертвы, раненых. Надо, чтобы выступление главврача было показано и по нашему телевидению. Кстати, когда при этом будет говорить не представитель официальных кругов, а простой француз с белой бородой, который собственными глазами все видел, поверят ему. Сейчас многие верят в обратное.
— Эммануэль, вы понимали, что рисковали жизнью, и не только своей?
— Конечно, я не безумец. Я аполитический деятель, который уже 50 лет борется с системой. С уверенностью в своем деле и оптимизмом. Чтобы потом заняться более, так сказать, мирной работой.
— Подобных вам людей во Франции много?
— В тех сферах, где я работаю, это сотни людей. Но если взять и тех, кто симпатизирует России, то это уже тысячи.
— Вас в подполье не загонят? Не придется ли начать новое движение Сопротивления?
— Вы знаете, я пишу статьи, провожу конференции, коллоквиумы, у меня гуманитарная миссия, мне скрывать нечего, все открыто, прозрачно. Но для таких людей, как я, ситуация будет усложняться, я в этом уверен.
— Насколько я понимаю, вы, тем не менее, верите в то, что отношения между Россией и Францией наладятся?
— Это правда. Но чтобы изменить эти отношения, надо изменить саму систему. Мы в ожидании этого процесса.
Беседовал Валерий Панов
Плевок в спину наших солдат
Такую оценку дают публичному концерту в Москве противника СВО Валерия Меладзе
Андрей Соколов, 31.08.2022
Известный политический обозреватель Юрий Подоляка, работающий в Донбассе, назвал состоявшийся в августе в Москве концерт Валерия Меладзе самой большой победой ВСУ. Этот концерт «беглеца» Меладзе обернулся своего рода публичной манифестацией тех, кто придерживается таких же политических взглядов, как и певец, и пришел на представление с явной целью его поддержать.
Меладзе выступил
