Из тени вышел человек точь-в-точь как описал стражник по имени Колби. Тощая фигура, седые патлы выбивались из-под облезлой шляпы. На нем старый костюм с многочисленными заплатками.
– Гостиница тут недалеко. Идите за мной. – Охотник бросил взгляд на трактир. Стражники пока не выходили, и это к лучшему. Надо уйти незамеченными.
Бард послушно зашагал вместе с ним.
На пороге их остановил грубый голос Эхена, владельца придорожной гостиницы. Лана надраивала полы в харчевне.
– Мы с Вами договаривались за одну комнату для одного посетителя. – Выразил недовольство хозяин. – А это кто? – Он всмотрелся в барда, и его лицо исказилось маской ярости. – Ты что тут делаешь Грольд?! Совсем скатился, преступником стал. Тебя ищут повсюду. Проваливай, пока я сам не позвал стражников!
– Тише, мистер Эхен. – Вступился за Грольда охотник. – Заплачу Вам в два раза больше, за Ваш риск. – С этими словами он выудил из кармана четыре медяка.
Эхен посмотрел на монеты, пожевал нижнюю губу, взвешивая свое решение. Переводил свой ощупывающий взгляд то на барда, то на охотника. Предложение было заманчивое, и он сдался.
– Хорошо. Выбирайте комнату. Только завтра, когда солнце взойдет, Вы должны сразу покинуть гостиницу.
– Идет. – Дал согласие Ермак.
Глава 18
Для Грольда выделили соседнюю комнату. Охотник не собирался ложиться спать. Нужно вытрясти с барда полезные сведения, его высокий уровень красноречиво дал понять, что Грольд многое повидал на своем веку. В данном случае надо осторожно завести разговор. Наверное, будет провалом, если сразу запрашивать у барда информацию о точном нахождении наставника. Такая навязчивость может отпугнуть его, и тогда Грольд сам же найдет время, чтобы сбежать от игрока, одержимого желанием получить важный квест. Нужно начать издалека. Допустим, узнать его прошлое.
– Расскажите о себе, Грольд, – произнес Ермак. В маленькой комнате находилась кровать и небольшой столик, где на нем стоял подсвечник. Свет одинокой свечи еле озарял лицо барда, исполосованное глубокими морщинами.
В старческих глазах отражался язычок пламени, подрагивающий на легком сквозняке.
– Что тебя интересует? – в голосе барда сквозили нотки недовольства. Он сунул костлявую ладонь в карман истрепанного от времени костюма. Выудил из него небольшой кусок хлеба. – Есть хочешь? Вот возьми, угощайся.
– Я не голоден. Благодарю, – вежливо отказался Ермак.
Грольд недобро усмехнулся:
– Верно. Потому что ты недавно вышел из трактира. Пузо набил и песни распевал.
Ермак пропустил его слова мимо ушей. Он не стал оправдываться, что шел сюда вовсе не за этим. Ему нужно было найти барда, который расскажет про Гардаля. Чтобы было достоверно и недорого. Увы! Не срослось там, в трактире. Зато Грольд ему подвернулся чисто случайно. Охотнику невольно стало интересно, как работает навык «Кошачий взор». Тем более время было подходящее, город находился под покровом ночи, да и навык пассивный, который не требовал затрат маны.
– Почему Вас ищут стражники? – охотник перешел ближе к делу. – Что Вы такого натворили? Даже мистер Эхен видит в Вас преступника.
Бард дожевал хлеб, шумно сглотнул.
– Меня знают в каждом уголке города. Сначала знали меня как величайшего музыканта, а теперь прозвали воришкой, который утратил былую сущность. Теперь мне приходится постоянно прятаться.
– Понимаю, что Вам теперь нелегко. Мне очень хотелось бы, чтобы Вы исповедовали о своем прошлом. – Охотник нарочно промолчал о готовности заплатить чеканной монетой. Нужно гнуть свою линию, хотя бы безвозмездно. – На чем играете? Как Вы стали величайшим музыкантом и что Вас так заставило пойти на преступление?
Старый бард потеребил воротник, снял шляпу и отложил ее в сторону.
– Я еще был ребенком, когда всерьез заинтересовался музыкой. А точнее, мне очень нравилась мелодия, исходящая от струн такого прекрасного инструмента как скрипка. В основном барды играют на гитаре, а вот скрипкой владеют немногие, только избранные берутся за нее. И я один из них. Играл днями и ночами, чтобы развить свое мастерство до безупречности. Своим усердием и трудолюбием добился народной славы, а слухи обо мне донеслись до главной крепости Эдвинга. Так получилось, что я попал на королевскую свадьбу. Исполнил свою композицию. Но больше всего меня поразило выступление Полуночного Воина…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Тем временем Ермак слушал его очень внимательно, можно сказать, с большим интересом. Старый бард рассказывал, как Полуночный Воин молниеносно владел мечами, рассекая воздух. Показывал сумасшедшие трюки и фокусы. Как он легко разрезал яблоко на четыре части, парящее в воздухе. Данный трюк с мечом назывался «Крест-накрест».
* * *
Однажды Грольд собрался на главную площадь, чтобы сыграть людям свои композиции. Он снял шляпу, достал скрипку и стал создавать мелодии, наполненные его душевностью. Люди бросали ему монеты, хлопали в ладоши и скандировали его имя. Вдруг к толпе приблизилась длинная тень, и она бросила монету точно в шляпу. В лучах полуденного солнца кружочек засверкал золотистым светом, непривычный глазу музыканта. Единственная золотая монета сильно выделялась на фоне множества медяков и небольшой кучности из «серебряков».
Люди тут же затихли и отступились, пропуская загадочную фигуру вперед. Бард перестал играть, поднял глаза на высокого мужчину. Он невольно вздрогнул от его вида. На утонченном лице красовался большой алый шрам, который начинался от левого виска и заканчивался до правого края острого подбородка.
– Здравствуй, Грольд, – произнес человек низким голосом. – Давно не виделись. Я смотрю, ты до сих пор развлекаешь публику.
– Рад тебя видеть,.. эмм… Полуночный Воин… – бард опознал его не сразу. Только сейчас он увидел, как изменился тот самый человек, который исполнил «Танцующую сталь» на королевской свадьбе. – Как видишь, у каждого свои предпочтения. Эээ… Кто тебя так разукрасил?
С момента королевской свадьбы минуло семь лет. За это время Полуночный Воин успел принять участие в трех битвах. И все три битвы заключались в освобождении Дозорных Крепостей, которые граничили с Диким Перевалом. Кровавые бои шли и днем, и ночью, без капли пощады, но с морем жестокости.
Грольд заметил, что Полуночный Воин сильно изменился. Он вернулся победителем, но прежнего его самого не осталось и следа. На утонченном лице был виден отпечаток пройденных войн, а глубокий шрам только усиливал его эффект. Даже в глазах был замечен блеск непоколебимой воли к победе.
– Это все секира… Секира в руках озверевшего игуаноида. Хорошо, что нос не задел, – с усмешкой ответил он. Его сказанное прозвучало так, будто для него было чем-то обыденным. – Давай зайдем в трактир, поговорим по душам.
Бард закончил играть, собрал деньги и двинулся в трактир, чтобы составить компанию для Полуночного Воина. И вот они расслабились, разговорились. Цедили пенный напиток, закусывая сухарями и вяленой рыбой.
– Ты почему так рано ушел со свадебной церемонии? – спросил Полуночный Воин. – Если ты чуток подождал, то мог бы уйти оттуда победителем.
– Не понимаю о чем ты, – бард нахмурился, пытаясь вспомнить тот давешний вечер. Он шумно отхлебнул пиво, и пена застыла на его губах.
– Победитель имел право на повторное выступление. Выбрали тебя, но ты покинул крепость. Тогда выбрали меня как достойного участника. Правда, в тот момент я не почувствовал вкус победы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– У меня к тебе серьезный вопрос, – вкрадчиво произнес бард.
– Совсем серьезный? – усмехнулся Полуночный Воин. – Задавай.
– Как тебя величать? Наверняка, у тебя есть имя.
Полуночный Воин разошелся смехом:
– А я думал, ты спросишь, сколько пота пришлось мне пролить, чтобы исполнить трюк «Крест-накрест». И что еще хуже, какой ценой достался чертов шрам.
