Читаем без скачивания Дикая лошадь под печкой - Кристоф Хайн

— Ура! Считайте, у нас есть подарок для Якоба. Это уж действительно необыкновенный подарок.

Он торжественно посмотрел на Катеньку и протянул ей мятую шляпу.

Катенька начала выходить из себя:

— Ну знаешь! Теперь ты хочешь подарить Якобу дырявую, грязную шляпу? С ума, что ли, сошёл?

Но Панадель был в восторге от своей находки. Он нежно погладил шляпу:

— Она, конечно, старая, даже очень. Ещё бы! Фамильное наследство. Если ты понимаешь, что я имею в виду. Это же волшебная шляпа Мерлина. Её носил сам король Артур тысячу лет назад. Потом он завещал шляпу своему сыну, тот опять своему сыну и так далее, пока она, наконец, не попала ко мне.

— Ты что, хочешь сказать, что король Артур был твоим пра-прапрадедушкой? — недоверчиво спросила Катенька.

— Откуда ты узнала, Катенька? — удивился Панадель. — Так и есть. Он вправду мой прапра-прадедушка. Это вообще длинная история. Но если тебе так уж хочется послушать…

— Нет, нет, не хочу я слушать никаких твоих историй, — прервала его Катенька. — Я хочу только узнать, что это за шляпа?

— Обычная волшебная шляпа короля Артура, я же сказал. — Бродяга снова погладил её и продолжал вполголоса, будто боялся, как бы кто не услышал: — Ну хорошо, слушайте. Эту шляпу дал королю Артуру знаменитый волшебник Мерлин. Кто её наденет, становится сразу невидимым. Но невидимым только для врагов. Настоящие друзья могут его видеть. С этой волшебной шляпой на голове король Артур выиграл много сражений. Помню, например, морское сражение с эскимосами. Это было… дай вспомнить… примерно две тысячи лет назад, четвёртого… нет, пятого апреля. День был холодный, у эскимосов был численный перевес. А король Артур только что позавтракал. На завтрак у него была простокваша с сахаром, гренки с малиновым мармеладом и тёплое молоко.

— Простокваша с сахаром? — переспросил Хвостик.

— Ага.

— И малиновый мармелад?

— Ну, я же говорю.

— Хороший завтрак. Ай-яй! — вздохнул ослик.

Панадель кивнул:

— Да. И на закуску ещё ломтики замороженной дыни с крюшоном…

— Мы не собираемся слушать твоих историй, — прервала его Катенька, — нам надо знать только про эту шляпу.

— Жаль, это же всё страшно интересно. Но как хочешь, — уступил Панадель, — про шляпу я уже всё рассказал. Стоит её надеть — и ты уже невидим. Только друзья тебя могут видеть. Я неохотно с ней расстаюсь, всё-таки фамильное наследство. С ней связано много воспоминаний. Но для Якоба готов пожертвовать, даже с удовольствием.

Катенька была растрогана.

— Очень мило с твоей стороны! Пожалуй, волшебная шляпа — действительно необыкновенный подарок.

И все с этим согласились. Волшебную шляпу завернули в тонкую бумагу, перевязали розовой ленточкой и с нетерпением стали ждать дня, когда можно будет вручить её Якобу.

Новый год удался на славу. Был вкусный пирог и всякие сласти. Все получили замечательные подарки. Но самым лучшим подарком была, конечно, волшебная шляпа. Якоб не снимал её весь день.

Для друзей он, понятное дело, не стал невидимкой. Бродяга, правда, пробовал притвориться, будто его не видит. Он всё говорил: «Где же Якоб? Где же Якоб?» И прямо на него натыкался, и на ноги наступал, как будто его вправду не видел. Но это была, конечно, шутка.

Зато сразу после Нового года Якоб смог свою волшебную шляпу по-настоящему испытать. Ему утром надо было сходить за молоком. И вот он в этой шляпе вышел на улицу.

Скоро впереди показался прохожий. Он торопливо шёл по тротуару прямо на Якоба. Толкнул его и, даже не заметив, заспешил дальше. Якоб так и прыснул. Волшебная шляпа действовала. Он стал невидимкой.

Когда на него наткнулся второй прохожий, Якоб крикнул ему вслед:

— У вас что, глаз нету? Смотреть надо!

Весело получилось. Прохожий обернулся и посмотрел в сторону Якоба. От растерянности он прямо рот раскрыл, но не сказал ничего. А Якоб снова про себя посмеялся.

В молочном магазине он встал в очередь. Продавщица обслуживала одного взрослого за другим, а Якоба не замечала. Но его это не огорчало. Наоборот, он тихо посмеивался. Значит, он был невидим. Продавщица просто не могла его заметить. Надо было сначала снять шляпу и сказать: «А вот и я!» Только тогда продавщица его, наконец, увидела.

После обеда Якоб опять надел свою волшебную шляпу и пошёл к школе. Были каникулы, но Якоб знал, что возле школы должен стоять школьный завхоз по прозвищу Бульдог со своим псом бульдогом.

Господина Бульдога с его псом можно было увидеть у школы в любое время года и дня. Лицо у него всегда было сердитое, ноги короткие, кривые. Детей он не выносил. И у его пса тоже был такой же сердитый вид и такие же короткие кривые ноги, и детей он тоже не выносил. Увидит кого-нибудь из детей, сразу начинает скалить зубы и злобно лаять. Пёс, разумеется, а не господин Бульдог. Господин Бульдог ни на кого, конечно, не лаял и зубов не скалил, но все боялись его ничуть не меньше.

Якоб не знал наверняка, прозвище ли это у завхоза такое — господин Бульдог, или, может, фамилия. Он однажды нечаянно поздоровался с ним: «Доброе утро, господин Бульдог», и завхоз так на него глянул, что Якоб поскорей убежал и спрятался в классе.

Как он и думал, господин Бульдог действительно стоял около школы. Якоб Борг несколько раз прошёл мимо него взад-вперёд. Господин Бульдог его не видел. Зато пёс бульдог вдруг оскалил зубы и стал лаять, как будто вот-вот бросится на Якоба.

Якоб растерялся. Значит, для собаки он видимый? Или шляпа вдруг потеряла свою волшебную силу? Он даже остановился. И вдруг сообразил: «Что же я! Пёс меня, конечно, не видит. Но ведь у них, у собак, особенное чутьё. Он, наверное, меня просто почуял носом, вот почему так разлаялся».

И, набравшись храбрости, пошёл прямо на бульдога.

Шаг. Ещё шаг. И ещё один.

Несмотря на холод, он даже вспотел от волнения. Вот он уже совсем близко. Бульдог ярился всё сильней, всё злее лаял и скалил зубы.

Якоб сделал ещё один шаг. Пёс широко раскрыл пасть. Глаза его сверкали. «Ой, что сейчас будет?» — подумал Якоб и всё-таки сделал ещё шаг вперёд. Вдруг… — Якоб не поверил своим глазам — вдруг пёс начал скулить и задом пятиться к ногам своего хозяина, стараясь спрятаться между ними.

Господин Бульдог рассердился и пнул его. Пёс заскулил громче и от страха пополз на брюхе. Он чуял какого-то невидимку и боялся его, потому что не мог видеть.

Якоб Борг был счастлив. Да, шляпа оказалась действительно волшебной шляпой-невидимкой — чудесный, необыкновенный подарок.

Вечером он рассказал друзьям про свои похождения.

— Вы бы только на меня посмотрели! Я теперь вообще могу никого не бояться — ни господина Бульдога, ни его собаки.

— Что ж, рад слышать, что эта шляпа не утратила своей волшебной силы, — заметил Бродяга, — всё-таки ей две тысячи лет.

— Был, правда, один момент, — признался Якоб, — когда мне показалось, что господин Бульдог меня видит. Он смотрел мне прямо в глаза, да так сердито.

Панадель почесал в затылке:

— Само собой, немного осторожности тоже не помешает. Шляпа всё-таки старая, имей это, Якоб, в виду. Её уже столько раз мыли. А мытьё и человеку-то не идёт на пользу, а волшебной шляпе тем более. От этого уменьшается её волшебная сила, если ты понимаешь, что я имею в виду.

Якоб Борг кивнул. Он обещал обращаться со шляпой осторожно. Аккуратно положил её в красную коробку и решил, что надевать её будет не слишком часто. Чтобы не заносить.

Коробку для шляпы дала ему Катенька, настоящую шляпную коробку своей тёти. Она Якобу немного завидовала.

— Как это, наверное, замечательно — быть невидимкой!

— О да, Катенька! Прямо передать невозможно, — сказал Якоб.

— Но не всегда, пожалуй, приятно, если тебя не замечают. Наденешь, например, своё самое красивое платье, а никто и внимания на тебя не обратит. Или пойдёшь в новых блестящих туфельках, а тебе станут на них наступать — ведь ты невидимая.

— Тоже верно, Катенька, — признал Якоб. — Я не собираюсь быть всё время невидимым. Но приятно знать, что у тебя есть волшебная шляпа и ты можешь исчезать время от времени.

С этим Катенька согласилась.

Становиться невидимым, когда пожелаешь, в самом деле неплохо, а?

— С ума сойти какая история! — сказал я.

— Да, — промолвил Якоб, — у меня друзья замечательные, весёлые. Поэтому нам всегда интересно.

Мы остановились.

— Ещё что-нибудь расскажешь? — спросил я.

Он покачал головой.

— Времени нет.

— Ну, тогда в другой раз, ладно? Мы ведь скоро опять увидимся?

Якоб кивнул.

— У тебя ещё много историй? — полюбопытствовал я.

— Тысячи, — небрежно сказал Якоб.

— А как же? — объяснил он. — Ведь каждый день бывает что-нибудь интересное. Значит, каждый день — новая история.