— А ты видишь хоть один вход?
— Нет. Но в исследовательском центре их тоже не было. И отсутствие окон ни о чем не говорит. Стены, вероятно, прозрачные.
— Поехали дальше.
— Как хочешь, — пожал плечами Ведреш, и автокар с двумя пассажирами покатил вперед.
Через полчаса он остановился.
— Очевидно, мы добрались до центра, — сказал Ведреш.
Они вылезли из машины и стали осматривать окружающие их строения. Дома здесь стояли ближе друг к другу, чем на окраине, и среди них возвышалось многоэтажное цилиндрическое здание. Мортимер указал на него:
— Попытаемся туда проникнуть.
Он пошел вперед, Ведреш последовал за ним. Они обошли здание вокруг, но входа не обнаружили. Им вспомнился исследовательский центр. Они приблизились к стене, которая тут же раздвинулась, и они очутились в зеленом коридоре. Все здесь напоминало ту комнату, где они пришли в себя, перенесенные в этот неведомый мир. Новый автокар вез их по лабиринту тихих коридоров, а сами они понятия не имели, куда хотят попасть. Неожиданно машина остановилась, и они вошли в комнату, где стояли две кровати, стулья и стол. Одна стена была сделана из какого-то прозрачного материала, и перед ними открылась красивая панорама. С высоты пятидесяти метров они увидели город, залитый бледнозеленым светом.
— Тут позаботились о том, чтобы мы могли поспать, — Ведреш отошел от прозрачной стены. — Но раньше надо все осмотреть.
— Я за то, чтобы поскорей лечь спать, — возразил Мортимер, стоявший у стены, через которую они проникли в комнату. — Пока ты любовался красивым видом, я обнаружил, что попасть сюда легче, чем выбраться отсюда.
— Как так? — в недоумении глядя на него, спросил Ведреш.
— Да ведь нас заперли. Город этот, видимо, обитаем, я уже склоняюсь к этой мысли.
Подойдя к стене, Ведреш попытался припомнить, что он делал раньше, когда хотел выйти из комнаты. И понял: так же как и теперь, он ничего особенного не делал, значит, их действительно заперли.
— Ну, с голоду по крайней мере мы не умрем, — сказал Мортимер, глядя на тарелки, выскользнувшие из стены. — Думаю, сейчас самое разумное — поужинать и лечь спать. Видно, инопланетяне сегодня не намерены общаться с нами.
Они принялись за еду.
— Знаешь, Джон, — сказал Ведреш, когда они, уже лежа в постелях, любовались панорамой города, — по-моему, они очень похожи на нас.
— Кто? Жители этой планеты?
— Да. Подумай сам: их пища вполне съедобна; они, как и мы, живут в домах, спят в кроватях. Мы дышим их воздухом, и даже не замечаем, что это не наша, а какая-то другая атмосфера.
— И мы надеемся встретиться с ними, хотя до сих пор не видели ни души. Да в таком большом городе! Интересно, увидим ли мы их когда-нибудь?
— Тебе, очевидно, не терпится.
— Не думаю, чтобы они хотели причинить нам какой-нибудь вред, иначе давно могли бы это сделать. Впрочем, мы очутились здесь не по своей воле.
— Ну и что из того?
— Мне кажется, мы просто не в состоянии их видеть. Боюсь, они для нас невидимы. Быть может, они где-то рядом, а мы их не замечаем.
Они замолчали. Обоих терзали сомнения. Но усталость взяла свое, и вскоре они заснули глубоким сном.
— Мистер Мортимер и мистер Ведреш, вы слышите меня? — Мистер Мортимер и мистер Ведреш, проснитесь! Вы понимаете, что я говорю? Мистер Мортимер и мистер Ведреш, вы меня слышите?
— Кто это?
— Рад, что вы наконец проснулись. Доброе утро.
— С кем мы говорим?
— Я обращаюсь к вам от имени жителей этого города. Мой шеф… иначе говоря, мэр…
— Нельзя ли нам повидать его?
— Нет. Мой голос доносится к вам из репродуктора в стене. Я робот. Я полностью в вашем распоряжении. Когда к нам приезжают гости, моя обязанность их обслуживать.
— Откуда ты знаешь наш язык?
— Я изучил его ночью, пока вы спали. Мне пришлось выбирать один язык из двух, и я выбрал тот, который вы оба знаете.
— Твой шеф тоже робот?
— Нет.
— С ним можно поговорить?
— Нет. Он еще не знает, что вы здесь.
— А ты разве не сообщишь ему?
— Когда он придет, как делает это ежедневно, я доложу ему о вас.
— А когда это будет?
— Скоро. Не нужно ли вам чего-нибудь?
— Когда поговоришь с ним, извести нас.
— Хорошо.
— Один вопрос…
— Какой?
— Как выглядит твой шеф?
— Похож на вас. Только немного постарше.
— Спасибо.
— До свидания.
Мортимер и Ведреш сели в кроватях и уставились друг на друга. Солнце стояло уже высоко, и через прозрачную стену виден был город, в котором попрежнему не наблюдалось признаков жизни.
Не успели они обменяться впечатлениями, как снова раздался голос робота:
— Мистер Мортимер и мистер Ведреш!
— Мы тебя слушаем.
— Я доложил своему шефу.
— А нам можно поговорить с ним?
— Он уже ушел.
— И ничего нам не передал?
— Он лишь выслушал, что я ему рассказал, но сам промолчал по обыкновению.
— А ты не знаешь, куда он пошел?
— Я здесь, — раздался чей-то голос.
Робот молчал, а Ведреш и Мортимер повернулись туда, откуда донесся голос.
Перед ними стоял седовласый мужчина лет пятидесяти.
— Меня зовут Уильям Форест. Очень рад вас видеть. Я уже знаю ваши имена, и вам нет нужды мне представляться. Если не ошибаюсь, вы тоже археологи.
— Да, мы археологи, — сказал Мортимер. — Но простите меня, сэр, как вы сюда попали? Может быть…
— Вот именно. Точно так же, как и вы. Только значительно раньше. Пойдемте ко мне, я расскажу вам все, что знаю.
— Но робот…
— Им распоряжаюсь я, — сказал Форест. — А теперь одевайтесь и пойдемте ко мне. Мою дочь очень обрадует приход гостей.
В доме, стоящем ближе к окраине, их встретила молодая девушка, назвавшаяся Майрой Форест. Хозяин провел Мортимера и Ведреша в комнату, обставленную необычной на вид, но очень удобной мебелью, и, усадив гостей, принялся рассказывать свою историю.
— Вы, верно, слышали раньше мое имя. Исчезновение мое вряд ли могло пройти незамеченным, правда? Впрочем, это не столь существенно. Я действительно попал сюда так же, как и вы. Разница, видно, заключалась лишь в том, что, заметив, как постепенно исчезают мои вещи, я сам решил последовать за ними. Это было лет пять назад, ведь здесь нелегко вести земное летоисчисление. В Адабе тогда был открыт международный лагерь археологов, такой же, полагаю, как ваш. Прежде чем отважиться на этот рискованный шаг, я написал дочери о том, что передумал и перечувствовал, что собираюсь сделать, и попросил ее, если я не появлюсь через неделю, рассказать все соответствующим органам. А она, — тут он бросил укоризненный взгляд на стройную смуглую девушку, — не сказав никому ни слова, последовала за мной, что послужило причиной немалых бед. Ну, да что говорить!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
