Что ж ты о свадьбе мне не объявила,
Как за неделю приходил к тебе,
В сумеричках, чтоб людям не зазорно!
Савушка (вскочил).
Я покажу тебе, московский слёток!
Ты будешь облыгать у нас невест!
Я проучу. (Хочет броситься на него с ножом.)
Абрам (схватил его за руку). Стой, Савва, брось! (Нож падает на стол.)
Успеем еще расчесться с ним!
Общее движение. Все встают из-за столов и выходят вперед.
Мужчины (обступая Савушку). Стыдися, Савва.
Василий (Абраму).
Спасибо, молодец. (Савве.) Пришел я с миром,
И с вежеством с тобою говорю.
За что ж убить меня хотел? Пришел я --
Не обижать тебя -- поостеречь.
Поберегись, купец! Товаро-т плох,
Потерто золото,-- в обман не дайся!
Ты прежде допроси ее построже:
Тому с неделю, в сумерках, ждала ли
Она меня, и каково встречала,
И сладко ли Василья целовала.
А у меня и послухи найдутся.
Живуля, где ты? --
Расскажи, что знаешь.
Живуля. Послушайте, господа честные. Прошлое воскресенье, под вечер, иду я мимо Дарьицына двора, от дьячихи домой. Только вижу: кто-то через плетень прыгнул. Не вор ли, что девичьей честью промышляет? подумал, и за плетнем присел. Долгонько-таки ждать пришлося. Через час эдак слышу: крадется кто-то. Как он через плетень,-- ухватил злодея. Взмолился: "Мол от жены сбежал; девка, слышь, приворожила, и с неделю-де тут скрываюся, ни батюшка, никто не знает, почитай кажный день к ней хожу". Думаю: кого ж я это изловил? Воззрился: господи! Василий сам Парфеныч! На Москве, чаял, где встретиться довелось! И одет-то не по-боярски, зипунишка на нем плохонький. Как стал он каяться, ну и челом добил,-- добр ведь я, отпустил парня.-- А теперь я все, господа честные, сказал. (Кланяется; в народе движение; Живуля отходит и потом незаметно для зрителей вовсе уходит.)
Василий. Чай, Глашица видала тож. (Ей.) Скажи же,
Не утаи. Чего ж молчишь? Аль совесть зазрит?
Глаша. Ох, у тебя, бессовестный, где совесть?
Что обманул девчонку, не женился,--
Так небылицы на нее взводить!
Дарьица. Отцы мои! Парфен Семеныч,
Хоть ты за сироту, меня, вступись!
В твоем дому ведь, твой же сын облыжно
Порочит Марьицу.
Парфен. Василий!
Брось шутки те негожие! Оставь.
Василий. Ты, батюшка, не знаешь, не вступайся!
Коль послуху не верите, так есть
У нас поличное.-- Вдова честная,
Послушай, Дарья Карповна, меня:
Ужли ж напраслину взводить я стану?
Дарила дочке перстенек? -- скажи.
Дарьица. Дарила: золот-перстень с жемчугом,
Всего одна жемчужина большая.
Василий. Коль покажу, признаешь перстенек?
Дарьица. Как не признать?
Василий. Вгляни-ка на мизинце.
Дарьица. Он, он! Отцы мои! За что, за что же?
Ты что ж стоишь, Машутка, отвечай!
Абрам. Так, так, приструнь ее, да хорошенько.
Василий (Дарьице).
Коль перстенечку, госпожа, не веришь,
Так я скажу, какой завет давала
В ту пору, как дарила дочке перстень.
Абрам. Какой завет еще! Что ж, Савва,
Стоишь,-- путем невесты не допросишь.
Спроси ее: должна тебе ответить.
Коль оболгал, расчесться помогу,-- Отсюда жив не выйдет.
Мужчины. Не уйдет.--
И мы поможем.-- Спрашивай же, Савва.
Абрам. А коль невеста обманула,-- плюнь ей
В лицо, при всем честном народе плюнь!
Савушка. Что ж, Марьица, давай ответ.
Абрам. Слыхала?
Глаша (Савушке).
Какой ответ! Ума решился!
Коль ты ее, злодей, пытать задумал,
Так разбожись она, ведь не поверишь.
Василий. Ты, девица, с чего ж заговорила?
Аль помогала, а теперь боишься?
Марьица. Не тронь их, Глаша! Погоди: сама
Отвечу.-- Савушка, и ты!
Савушка. Я что же...
Абрам. Не слушай ты ее! Пусть прямо скажет:
Жила с Васильем, нет ли.
Савушка. Говори.
Марьица (Савушке).
И ты! Коль ты теперь в меня не веришь,
Зачем же сватался? Ведь слухи были,
Ведь говорила я, да ты ж молчать
Велел: "И знать-де не хочу". Коль мне
Тогда ты верил, что ж теперь не веришь?
Вот мой ответ: тебе я не невеста,
И отвечать на спрос тебе не стану.
Сегодня выйди за тебя, назавтра
Придут да скажут: у твоей жены
Есть полюбовник,-- ты опять с допросом!
Пошел ты прочь,-- не то что отвечать,
Глядеть-то на тебя теперь не стану.
Савушка. Я, Марьица...
Абрам. Молчи. Не видишь разве:
Змея от спроса увернуться хочет.
Прикинулась! Не поддавайся, Савва.
Пусть отвечает -- строже допроси.
Марьица (Абраму). Ты кто таков, чтоб сметь
Ко мне с допросом приступать? Тебе
Я ни невеста, ни жена, родней
Не довожусь тебе. Ты как же смеешь
При людях девицу меня бранить?
Аль нынче правда в людях умерла,
И всякий волен девушек порочить?
Никто не вступится? Никто нахалу
Проклятой глотки не заткнет?
Парфен. Абрам!
И все вы тут! Забыли разве: нынче
Я ей в отцово место.-- Подходи,
Кто смел на ложь, неправду и насильство,
Я за нее ответчик перед богом!
И пред собою всякого сумею
Заставить отвечать. Как! у меня,
В моем дому бесчинство заводить?
Что я, как сына увидал, смутился,
Так вы насильничать. Ступайте вон!
Кто слово пикнет, уложу на месте.
Минутное
