к тебе вопрос.
— Да проскакивали какие-то темы, но мне они показались чушью, — задумчиво отмахнулся тот. — И даже если это не так, они всё равно очень далеко.
— Серёг, о чём речь? — обратился я к первоисточнику. — Есть повод для волнения?
— Даже не знаю, — поморщился он, — но мне эти истории до сих пор покоя не дают. В общем, когда мы допрашивали новоприбывших, проскакивали странные рассказы. Чаще всего у тех, кто ближе к жопе мира жил, другие эту информацию не подтверждали, но всё же. Короче те, кто смог добраться до нас от Иркутска, рассказывают о монголах-людоедах. Мол, они периодически производили на них набеги и забирали людей. В первое время никто не понимал зачем и куда, да и кто они такие, впрочем, тоже, пока один из пленников не вернулся. Он и поведал остальным, что людей угоняют в Монголию, где их благополучно съедают.
— Ну, ты сам-то себя слышишь? — снова встрял в беседу Батя. — Татаро-монголы, набеги, иго ещё сюда приплести осталось. Ну бред же!
— Подожди, Кость, — отмахнулся я от вечно беззаботного друга. — Значит, монголы, говоришь?
— Да я сам вначале не поверил, — усмехнулся Есенин, — но затем до Савельева специально поехал с его людьми пообщаться. Отыскал тех, кто с Иркутска, и они информацию подтвердили.
— Так, стоп, — помотал я головой в попытке переключиться. — Что они рассказывают? Подробности какие есть или просто на уровне слухов? Как они хоть выглядят, чем воюют?
— Есть конечно, — кивнул Есенин. — Конные отряды, примерно человек по пятьдесят, вооружены современно, автоматы, винтовки, ручные гранатомёты. Атаки быстрые: ворвались в город, кого убили, кого схватили и сразу отступают. В открытое противостояние не лезут, по тактике больше похоже на бандитские налёты.
— Не знаю, как по мне, чистая сказка, чтоб детишек пугать, — ухмыльнулся Баталин. — На лошадях, монголы, да ещё и с калашами. Да даже если так, то и срать на них! Они от нас за пять тысяч кэмэ, пусть себе там скачут и развлекаются, как хотят.
— Короче, на днях со мной Савельев связался, — проигнорировал друга Есенин. — Сказал, что на дальних рубежах, видели подобный отряд. Конные, человек тридцать, вооружены автоматами. Засветились ненадолго и сразу умчались, в конфликт не вступали. Вроде как что-то в бинокли высматривали.
— А вот это уже серьёзно, — пробормотал Толя и ещё раз разлил алкоголь по рюмкам. — Я завтра же с утра ещё раз опрошу наших. И, пожалуй, стоит Цинкина оповестить, пусть подкрепление в Тюмень отправит.
— Ну что, не такая уже и сказка получается? — строго посмотрел я на Баталина.
— Да кто их там знает вообще, может, показалось просто, — всё ещё продолжил настаивать на своём тот, — Да и что эти твои три десятка конных сделают? Там стена, пулемёты, это не на полуголодные одичавшие племена нападать.
— Митяй, а ты чего молчишь? — толкнул его локтем в бок Толя и тот едва в стол носом не воткнулся.
Оказывается, товарищ завхоз благополучно задремал под наше мерное бормотание. Есть у него такая особенность: употребит алкоголя чуть больше нормы и всё, засыпает при любом удобном случае.
Обстановка сразу разрядилась хохотом и взаимными подколами, а серьёзная тема временно сошла на нет. Под дружный хохот друзей в кафе распахнулась дверь, и на пороге нарисовались Леший и Немой.
— Так, я не понял⁈ — тут же заявил Леший. — Про нас никто не забыл⁈
— Ну ты заплачь ещё, — огрызнулся в ответ Баталин. — Хватай стакан, сейчас штрафную насыплю.
— Нас Кристина подняла, говорит, вы здесь без нас фестиваль закатили. Совести вообще ни на грош! — объяснил своё внезапное появление тот. — Ну поздравляю, дружище, с наследником.
— Спасибо, Лёх, — ответил я на его крепкое рукопожатие. — Да вы садитесь, мы вам уже давно стулья подставили, не знаю, где вы там ходите столько времени.
Толя ещё раз разлил бутылку и с удивлением заглянул внутрь через горлышко.
— Это чего, всё, что ли? — ни к кому конкретно не обращаясь, спросил он. — Митяй, а ну, вскрывай свои закрома, я знаю, у тебя там ещё много добра припрятано.
— А ты эт самое, на чужой жиро́к не разевай рото́к, — осадил его тот, но затем сразу расхохотался: — Ща сгоняю. Сколько брать?
— Да сколько унесёшь, — приободрил его Леший.
— Ага, в случае чего ещё пару раз сходим, — поддержал старого друга Батя.
В кафе сразу стало довольно шумно. Шутки, тосты, хохот, даже спели пару раз. Чуть позже к нам присоединилась Кристина. Первым делом я набросился на неё с вопросами, но она быстро меня успокоила. В общем, у Вики всё хорошо, она спит, мальчуган родился крепкий, три восемьсот весом и один раз даже покушать успел. Ну а больше пока и рассказывать не о чем.
Мысли уже в который раз возвращались к гипотетической угрозе со стороны Монголии. Если то, о чём рассказал Есенин — правда, то мы далеко не в безопасности и вовсе не так всё беззаботно, как считает Батя. Многое, конечно, зависит от численности войска, но даже малые отряды могут нанести довольно неприятный ущерб и доставить забот. Им ведь необязательно идти на открытый конфликт, достаточно щипать нас на дорогах.
С другой стороны, на носу зима, которая всё никак не желает вступать в права. Третий день погода чудит, то дождь, то заморозки. Первый снег ещё в середине октября лёг, но затем быстро растаял и с тех пор вот такие качели. Грязь уже надоела, снега хочется, он хоть накроет всё это безобразие белым покрывалом.
Сообщение между городами, скорее всего, замрёт, останутся небольшие вылазки на снегоходах. Нет, определённо странное решение — идти с войной на непонятного противника, да ещё и в зиму. Может, и в самом деле это лишь небольшие группы?
Вот только в последнее время я перестал верить в лучшее, да, собственно, никогда этим не страдал. Лучший способ избежать неприятностей — быть к ним готовым. А значит, в любом начинании следует отталкиваться от наиболее худшего исхода.
— Серёг, — я специально пересел к Есенину поближе, потому как остальные уже вовсю предавались веселью и вряд ли бы оценили нашу беседу о неприятностях. — Что конкретно тебе Савельев передал?
— Ну так я уже говорил: видели небольшой разъезд из тридцати всадников, — моментально включился в беседу он. — Как только их заметили, сразу скрылись. Даже национальную принадлежность рассмотреть не успели.
— Сам как думаешь, серьёзная угроза? — спросил я, хотя для себя уже давно решил, что не стану оставлять этот момент без внимания.
— Думаю, очень серьёзная, — словно прочитав мои мысли, ответил Есенин и продолжил по моей же логике. — Монголы даже в современном мире оставались кочевым народом, я, конечно, не говорю о столице и крупных городах, но на их территории таковых очень мало. Плюс степь, а значит, жрать там точно нечего.
— Вот и я так считаю, — кивнул я. — Более чем логично, что они перейдут на каннибализм, ну а дальше больше. Смысл жрать своих, когда рядом есть те, кто слабее.
— Именно, а слабые ушли, — точно так же моментально подхватил мысль Серёга. — А значит, либо снова голод, либо преследование. Четыре тысячи километров, реально преодолеть месяца за полтора-два. По пути, скорее всего, вычищают мелкие посёлки, так что на обратный путь еды уже осталось.
— Эх, не вовремя мы гулянку закатили, — поморщился я.
— Ну, здесь уже повод серьёзный, так что… — развёл руками тот. — Может, Цинкина вытащим, заодно по тихой вопрос порешаем?
— В принципе шесть утра уже, — бросил я взгляд на циферблат. — Да, пожалуй, стоит потревожить старого генерала. Толя, дай рацию.
— Зачем? — не смог сразу переключиться он.
— Блин, Толя, список контактов проверить, вдруг у тебя любовница какая появилась, — съязвил я и мужики моментально отреагировали хохотом. — Дай рацию, говорю.
— Держи, —
