— Тише, идиоты, — зашептал нам Йуругу. — И его не спасете, и себя погубите.
Двое демонов тем временем раздвигали пошире ягодицы Науруза, чтоб третий мог бы поглубже войти. Задница парнишки ритмично вздрагивала от толчков демона, крик перешел в протяжный стон. И тут вставший от такого «подталкивания» член Науруза оттолкнул своего обладателя вместе с крестом от скалы. Демон от неожиданности выдернул свой член из жертвы, а двое других развернули крест другой стороной, и теперь с восторгом поглаживали нежный и красивый член, споря о том, кому первому его сосать. Остальные же члены Совета стояли поодаль от первой тройки, терпеливо ожидая своей очереди.
И тут я заметил шевеление сбоку. Я резко обернулся, но это был всего лишь Артемидий, который подбежал из тоннеля к Кефалу.
— Я же говорил, что выздоровеет, — шепнул Йуругу.
Тем временем Артемидий расстегнул свой тонкий поясок и одел его стальным кольцом на член возле яиц. А затем извлек из бокового кармана колчана небольшой порножурнал и принялся листать его. И тут же член лучника поднялся, и головка его гордо вознеслась над белявой аккуратной прической. И тогда юноша изогнул рукой свой член и привязал к его залупе второй конец пояска. Затем ухватился левой рукой за середину получившегося тугого лука, а правой вложил стрелу и натянул тетиву.
И пока Кефал созерцал свой журнал, поднимая свой «лук», Артемидий успел выпустить первую стрелу и тут же вложил на ее место вторую. Первая вонзилась в грудь демону, наблюдающему за первой тройкой, и тот отлетел к стене и больше не шевелился. Вторая стрела, оставляя за собой огнистый след, помчалась вслед за первой, и уже второй демон рухнул вслед за первым, ухватившись за правую сторону груди.
— У него сердце справа, — пояснил на ходу Артемидий, отправляя третью стрелу.
И тут первая тройка демонов, отвлекшись от человеческого ребенка, вышли на середину площадки. Мы замерли, наблюдая невероятнейший секс за всю нашу жизнь. Бородавчатый демон с шестью грудями широко расставил ноги. Длинноносая скользкая тварь с пышными грудями и хвостами вместо ног присела возле него, и вдруг ее член превратился в змею, которая, раскрыв пасть, присосалась к члену шестигрудого, словно профессиональный миньетчик. Змееногий тем временем оперся на правую руку, а левую вскинул вверх, сжимая в конус пальцы. Он шевельнул своими змеями, и тут мы увидели, что у него под членом женская вульва, в точности как у Агаттияра. Рука змееногого тем временем сомкнула пальцы — и тут же превратилась в большой возбужденный член, который мгновенно вонзился в анус шестигрудого. Член же змееногого, сам длинный и подвижный, как змея, обнял за талию скользкого и гладил его по бедру. Рука-член вонзалась и вынималась, и тут я понял, что они задумали.
— Берегись! — завопил я, но в тот же момент с руки шестигрудого сорвался огненный шар заряда и врезался в скалы возле Кефала, все еще возившегося с пояском.
А мне стало нехорошо: вспышка разряда осветила сумрак зала, и во тьме я различил демонов. Сотни, тысячи демонов, которые терпеливо ждали своей очереди. И, если понадобится, ринутся в атаку и просто затопчут наш крохотный отряд.
— Тут надо заклинание, останавливающее демонов, — зашелестел над ухом голос Йуругу, и рука старика легла на мое плечо.
— А Вы его знаете, Йуругу-сан?
— Я? Я думал, тебе оно известно, раз ты...
— Но я не знаю...
— Тогда нам надо добраться до Книги.
— Книги?
— Присмотрись к потолку...
Я взглянул вверх, и вдруг потолок показался мне стопкой желтоватых листов машинописного текста, плавно переходящих в скалы и сталактиты.
— Там есть заклятье. В качестве эпиграфа.
— Как же мы туда попадем? Я не скалолаз!
— Отвлекайте от нас, — крикнул Йуругу и вдруг встал на четвереньки. Я подумал было, что он спятил, как сквозь кожу профессора рванулась серая шерсть, лицо исказилось, и вскоре уже передо мной стоял средних размеров шакал.
— На меня, живо! — пролаял тот и, лишь я оседлал его, помчался прямо по воздуху все выше и дальше. Я глянул вниз и увидел, как Игорь, словно заправский джеддай, отражает Черной Шпагой огненные разряды шестигрудого, и клинок его залит при этом мертвенным холодным светом. Лешка метнул с руки длинный разряд, который языком пламени лизнул шестигрудого, и новый разряд, не сорвавшись с руки монстра, спалил демону когти и кожу.
— Лешка? Разряд? Рукой?! — подумалось мне, и тут вдруг я понял, что это в бой вступило Кольцо.
Агаттияр, по-боевому расправив крылья, стрелял из своего револьвера серебряными пулями, а Кефал и Артемидий, наконец-то вместе, слали стрелу за стрелой во тьму зала. Чтобы было светлей (а может, и для пущего давления на психику демонов), Агаттияр каким-то хитрым заклятьем зажег небольшое солнышко.
И тут подо мной замелькали буквы. Большие, с мою ступню размером. Я словно проходил сквозь стопку бумаги. И вот я вместе с Йуругу уже на первой странице. В самом верху я прочитал:
Владимир БАУГЛИРОДИН ДЕНЬ В АДУ(история четвертая)
— Ого, — подумалось мне. — Бауглир — это я. Значит, это я когда-то напишу все это? Так вот на что намекал профессор...
И я прочел: — Здесь... так же, как и у нас, только холодней.
— Не то! Ниже! Ниже!
— Искренне прошу Вас извинить меня...
— Снова не то! Выше!
Сквозь бумагу я видел, как демоны дружной толпой, лавиной рванулись к Провалу, готовые перепрыгнуть через него, но тут какая-то шипастая тварь кинулась им наперерез, засшвыривая нечисть мощными жвалами. Ракопаук Джонни! Приятель Яшара! А вот и сам Яшар. Переборол-таки свой страх перед Патрулями! Возник из тьмы рядом с ангелом и пустил по демонам автоматную очередь.
И пули отшвырнули демонов, правда, не причинив им особого вреда.
Я вновь скользнул взглядом по странице и радостно вскричал:
— Ага! Вижу! Мир во зле лежит, но мир — не зло!
И тут бумага подо мной треснула и мы грохнулись снова в пещеру. Стояла необычная тишина. Лишь потрескивало вызванное заклинанием андрогина небольшое солнышко, до половины увязшее в смоле.
Демоны застыли в тех позах, в которых их застало мое заклинание. Замер даже наш трусливый трактирщик, спрятавшийся от разрядов за скалу.
— Это... навсегда?
— Надолго. На наш век хватит... — профессор снова превратился в человека и задумчиво смотрел в пустоту.
— М-да... Все мы — персонажи единой Книги Жизни. Но кто же знал, что у нее столько филиалов...
Лешка тем временем задумчиво стоял у Провалаи глядел на снующее внизу кольцами пламя.
