— Он поправится. Он спит, но я мне разрешили увидеть его. Медсестра говорит, все будет хорошо. Я так рада, что с ним все в порядке, что не могу прекратить плакать. Глупо, правда?
— Вот, возьми, — сказал Кэмбл и протянул ей чистый носовой платок. Улыбнувшись, Тилли громко высморкалась.
— Спасибо, — поблагодарила она.
— Расскажи мне, что произошло.
— Я еще не слышала полного рассказа об их приключении, но похоже, они оба развлекались на вечеринке так, что дым стоял коромыслом. Сэб упал и сломал руку и лодыжку. Это послужит ему уроком на будущее, да и тебе тоже! — она мрачно посмотрела на Гарри. — Радуйся, что вы оба не оказались на больничной койке!
Сообразив, что от слез ее макияж явно потек, Тилли принялась вытирать платком размазанную тушь под глазами. Конечно же, она сделала только хуже. Теперь под ее глазами красовались темные круги, и она походила на панду. Кроме того, она испортила носовой платок Кэмбла.
— Перелом руки оказался очень серьезным. Сэбу сделали операцию. Сейчас он отходит от наркоза, и ему колют обезболивающее лекарство, но все будет хорошо, — проговорила она.
— Я же говорил тебе, что волноваться не о чем, — недовольно произнес Гарри и повернулся к Кэмблу. — Не могу поверить, что она притащила вас сюда! Сэб будет вне себя, когда проснется.
— Меня это нисколько не затруднило, — быстро изрек Кэмбл, желая предотвратить назревающую ссору. — Я был рад помочь.
— Не знаю, что бы я без тебя делала, — с улыбкой произнесла Тилли.
Убедившись, что брат поправится, Гарри оставил их одних.
— Ты пропустил церемонию награждения, свой рейс и деловые переговоры, — напомнила Тилли Кэмблу. — Мне ужасно неловко. Я заставила тебя проделать такой долгий путь из-за обычного перелома. Пожалуйста, прости меня, — сказала она, рассеянно вытирая лицо носовым платком. — Мне не следовало поддаваться панике.
Тилли слишком устала, поэтому присела на скамейку, расположенную у красивого стенного панно, изображающего великолепный вид на море. Художник явно постарался, изображая этот пейзаж. Но, несмотря на панно, больница производила унылое впечатление. Рядом со скамейкой на столе лежала стопка зачитанных до дыр журналов, тут же стояли использованные пластиковые стаканчики для кофе. В это время суток в приемном покое было тихо и сумрачно.
Спустя мгновение Кэмбл присел рядом с Тилли.
— Ты должна была приехать сюда, — сказал он, — а я должен был находиться рядом с тобой.
— У тебя ведь есть множество других, гораздо более важных дел, — произнесла она, теребя в руках носовой платок, но Кэмбл покачал головой.
— Нет, — тихо сказал он. — Ничто не может быть важнее тебя.
Тилли озадаченно посмотрела на него. Прочитав в его взгляде искреннее беспокойство за ее родных, она очень обрадовалась.
Кэмбл, несмотря на усталость, находился рядом с ней, разделял ее тревогу за Сэба. Он привез ее в больницу, а теперь сидит здесь с ней, поддерживая морально.
Она оглядела приемный покой, стаканчики на столе и неудобные кресла. Платье Тилли было измято, на груди у нее красовалось пятно. Скорее всего, она пролила на платье кофе, находясь в автомобиле. Излишнее количество шампанского, которое, как ей казалось, она пила давным-давно, напомнило о себе ужасной головной болью. Снова проведя под глазами носовым платком, Тилли вздохнула.
— Не так я представляла себе сегодняшнюю ночь.
— А как ты ее себе представляла? — тихо спросил Кэмбл. Он сидел рядом, не касаясь ее, а только пристально смотрел на ее лицо.
— Я думала, что мы с тобой будем танцевать на приеме и пить шампанское с гостями на вечеринке, — произнесла она, не глядя на него. — Я специально для этого случая купила новое платье. — Она с унылым выражением лица потерла носовым платком расплывшееся пятно на груди. — Я хотела хорошо выглядеть. Я представляла себе, как объявляют имена победителей шоу, называют нас с тобой, потом нам вручают денежные призы. — Она задумчиво улыбнулась. — Я думала, что все пройдет отлично.
— И прошло бы, — согласился Кэмбл.
Тилли неторопливо кивнула.
— Потом я представляла себе, как мы с тобой вместе празднуем нашу победу, — продолжила она.
Повернув голову, Тилли посмотрела ему прямо в глаза. Момент истины настал.
— После вечеринки я бы пригласила тебя в свой номер, — тихо сказала она. — Я собиралась признаться тебе, что после твоего отъезда не находила себе места. Ты заполнил все мои мысли. Я хотела попросить тебя остаться со мной еще на одну ночь. В последний раз.
Кэмбл замер, пристально глядя на нее. Тилли закусила губу. Ей не терпелось узнать его ответ, поэтому она спросила:
— Что бы ты мне ответил?
Его взгляд потеплел, и Тилли уже начала надеяться на продолжение их отношений, но Кэмбл неожиданно произнес:
— Я ответил бы тебе отрицательно.
Тилли ахнула и отвернулась, не желая, чтобы он заметил обиду в ее глазах.
Кэмбл очень осторожно взял ее за подбородок и заставил повернуться к себе лицом.
— Я ответил бы тебе отрицательно потому, что не хочу, чтобы эта ночь была последней, — тихо сказал он ей. — Я сказал бы тебе, что не желаю прощаться с тобой утром, как было в прошлый раз. Если мы проведем ночь вместе, Тилли… Ты не представляешь, как я этого хочу! Я жажду, чтобы сегодняшняя ночь была началом, а не окончанием наших с тобой отношений.
Не в силах произнести ни слова, Тилли молча смотрела на него. Кэмбл усмехнулся.
— Я тоже не так представлял себе эту ночь, Тилли, — произнес он. — Я не пил спиртное на вечеринке, потому что нервничал.
Тилли, наконец, обрела дар речи:
— Ты нервничал? Не верю!
— Это правда. Но я переживал не из-за выигрыша. Я прилетел не потому, что хотел присутствовать на церемонии награждения победителей. И не для того, чтобы выяснить, понравился ли мой торт телезрителям. Я прилетел, чтобы сказать, как сильно я скучал по тебе.
Кэмбл выбросил в корзину для мусора носовой платок, который она держала, и взял ее руки в свои теплые ладони.
— Все три месяца я постоянно думал о тебе, Тилли. Я жил в пентхаусе в Нью-Йорке. У меня было все, о чем я только мог мечтать, но я думал лишь о тебе. Я очень сожалел, что тебя нет рядом.
Она неуверенно улыбнулась.
— Я вспоминал ночь, что мы провели с тобой вместе, Тилли, — продолжал он. — Я не забыл твои слова о том, что я помог тебе забыть Оливера. Ты так ясно дала мне понять, что мы очень разные и не сможем быть вместе, что я решил, уважая твой выбор, отойти в сторону. Но потом я получил видеозапись с нашим шоу.
Он умолк, вспоминая что-то.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
