— Почему так важно, чтобы шоу вела Аннека Райс?
— Это действительно глупо. Не могу объяснить.
Льюис поднял бровь.
— Вы окутаны тайной, Брайони Мастерс.
Брайони пожала плечами.
— Я первая займу ванную комнату — это женская прерогатива. Нам требуется гораздо больше времени на сборы, чем мужчинам, и это факт, — заявила она, подводя разговор к концу.
ГЛАВА 18
Воскресенье, 23 июля — вечер
Расслабившись на мягкой подушке и невероятно удобном диване, Брайони потягивала вино из бокала. Бертран гордо стоял с бутылкой в руке, перечисляя достоинства винограда, из которого сделали довольно вкусное фруктовое мускатное вино.
— Нант — столица региона, где производится мюскаде, — объяснил он. — А прошлый год был отличным годом для винограда.
Вино придавало Брайони чувство умиротворения. Она мало ела в течение дня и теперь начала испытывать теплое, смутное ощущение первых стадий опьянения. Она сосредоточилась на остальных, игнорируя монолог Бертрана. Карие, похожие на пуговицы, глаза Джима сияли. Он, без сомнения, старался запомнить каждое слово Бертрана. Он обладал колоссальной способностью запоминать информацию. По ее мнению, этот человек был настоящей энциклопедией и его интеллект намного превосходил ее собственный. Брайони считала, что у нее мало шансов обыграть Джима на шоу. Если повезет, она могла бы продержаться четыре или пять дней. И что еще хуже, Аннеки не будет. Она чувствовала себя подавленной, ведь возлагала так много надежд на эту часть плана. Она взглянула на Льюиса, сидевшего на краешке стула. Он тоже казался очарованным словами Бертрана и его глаза блестели от ожидания. Она оглядела комнату, заметив нетерпеливые лица Джима и Оскара, и почувствовала общее чувство предвкушения. Она мысленно отругала себя за негатив и снова переключилась на Бертрана.
Бертран рассказывал о своем доме, раскинув руки и указывая на предметы мебели и украшения на стенах.
— Отель «Пёти Шато» — это прекрасное здание, построенное еще во времена Директории.
Брайони больше не могла воспринимать факты. Она понятия не имела, кто или что такое Директория. Она слушала Джима большую часть путешествия, и теперь ее мозг был до краев заполнен фактами. Прозвучал гонг, прервав Бертрана на полуслове.
— Кажется, обед готов, — объявил Бертран. — Нам надо поесть.
Все встали и направились за ним. Брайони уловила аромат жареного цыпленка.
— Бигги, тебе придется подождать здесь. — Оскар погрозил пальцем маленькому животному. — Сидеть!
Бигги выглядел удрученным и тяжело опустился на пол.
— Ему нельзя садиться за стол и выпрашивать еду. У него строгая диета, и я не хочу, чтобы он растолстел. Я не смогу носить его, если он станет тяжелым и толстым. Кроме того, кому понравится, что слюнявый мопс пялится на них во время приема пищи.
— Совершенно верно, — согласился Джим.
Вино ударило ему в голову, и он начал невнятно произносить слова.
— Дисциплина. Это вещь. У нас в армии была хорошая дисциплина. Боже, как я скучал по ней, когда ушел со службы. Трудно перестроиться к обычной жизни после выхода в отставку. Больше всего мне не хватало духа товарищества. Это все равно что оставить позади огромную семью. — На его лице застыло выражение задумчивости. Однако он не стал долго говорить об армии. Вместо этого он по-отечески обнял Оскара за плечи и, похвалив Бертрана за его вкус к выбору мебели, пошел впереди, оставив Брайони и Льюиса плестись следом.
— Может, кого-то ущипнуть, чтобы вы убедились, что все это по-настоящему? — спросил низкий голос.
Брайони и Льюис повернулись. Голос принадлежал высокому крупному мужчине, одетому в брюки болотного цвета и оливковую футболку, натянутую на его мускулистую грудь. Ростом около шести футов и пяти дюймов, он возвышался над своим напарником своей лысой головой, большим круглым лицом и веселыми зелеными глазами напоминал дружелюбного людоеда.
Льюис заговорил первым.
— Я Льюис, а это Брайони. Приятно познакомиться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Дональд, а это моя партнерша, Николя. Она не мой «партнер», если вы понимаете, что я имею в виду. Мы не живем вместе.
— Боже упаси, — ответила Николя, ухмыляясь великану.
— Она мой напарник в этом шоу. На самом деле, я счастлив в браке с одной из ее сестер, Евой. Мы с ней всегда держимся за руки, даже после двадцати пяти лет совместной жизни, — сказал он с тоской в глазах, прежде чем добавить: — Если я отпущу ее руку, то она побежит в магазины тратить деньги.
Его гортанный смех заполнил комнату.
Николя изо всех сил старалась не рассмеяться в ответ на его замечание.
— Это неправда, и ты это знаешь!
Дональд пошевелил густыми бровями на своем морщинистом лбу.
— В их семье все женщины суровые. Шесть женщин! Мне жаль моего тестя. Представь, какая у него жизнь — столько ворчливых женщин, и со всеми ему приходится иметь дело. Даже собака была самкой. Эта, — он указал на Николя, — донимала меня до бесчувствия, пока я не согласился пойти с ней на прослушивание, а потом была недовольна, что мы оказались в одной команде. Я не возражаю, но ничего не знаю о Франции. Вот если бы речь шла о футболе…
— Я не приставала к тебе. Тебе очень хотелось уехать на несколько дней, чтобы пропустить работу. Кроме того, тебя никто не заставлял объединяться.
— Смотрите, — одними губами произнес Дональд, указывая на нее пальцем. — Командир!
— Поужинаете с нами?
Дональд покачал головой.
— Нет, мы приехали гораздо раньше вас и отправились в город, так что мы уже сытые. Хотим сейчас немного подготовиться к завтрашнему дню. Не будем вас задерживать. Увидимся завтра.
— Конкуренция, — прошептал Льюис, когда пара направилась вверх по лестнице. — Намеренно слишком дружелюбен, а на самом деле хочет обыграть нас.
— Неужели? Как ты пришел к такому выводу? — спросила Брайони.
Льюис постучал себя по носу.
— Интуиция. Не переживай. Он может быть широкоплечим и высоким, но в моей команде имеется секретное оружие — умная Брайони. — Он тихо хихикнул и повел ее в столовую.
В центре стола стояло узорчатое блюдо для запекания. Рядом находился отполированный серебряный поднос, наполненный идеально золотистым жареным картофелем, украшенный розмарином. Бертран приподнял крышку кастрюли, позволив аромату чеснока, трав и курицы вырваться наружу. В животе у Брайони заурчало.
— Выглядит аппетитно, но это не то, чего я ожидал, — с энтузиазмом сказал Оскар. — Я думал, у нас будет ужин по-французски, что-то вроде confit de canard[14].
— Или, например, cuisses de grenouilles, лягушачьи лапки, а? — ответил Бертран с ухмылкой. — Эта курица от местного фермера, а мой садовник вырастил все овощи, которые находятся на блюде. Это типичная французская еда. Однако, если вы хотите что-нибудь очень французское, я могу принести вам улиток из моего сада. Они питаются овощами, так что вы можете есть их с удовольствием.
Оскар хихикнул.
— Спасибо, Бертран, я, пожалуй, откажусь.
Бертран энергично жестикулировал, указывая на стол.
— А еще у нас есть классический французский десерт. Это tarte Tatin de pommes[15]. Он великолепен. Жена моего садовника готовит его превосходно.
Льюис поднял свой бокал.
— За Бертрана, за садовника его жены и за этот великолепный обед, — воскликнул он.
Бертран склонил голову.
— Вы очень добры.
Джим положил себе большую порцию цыпленка и вдохнул аромат из своей тарелки.
— Здесь определенно есть чеснок и тимьян. Я всегда использую тимьян, лавровый лист и много красного вина. Куриную запеканку не испортить красным вином.
— Если ты и запеканку готовишь так же вкусно, то я требую рецепт для мамы, — заявил Оскар. — Вообще, тебе следовало бы написать кулинарную книгу. Я обязательно купил бы ее.
