У варвара трофейный меч с красным камнем в обухе. Кажется, на клинке выгравирована какая-то надпись. Да, это меч старого рыцаря Трауда, которым он прикончил не один десяток врагов. Но новый владелец не умел пользоваться этим прославленным оружием.
Кас принял удар на сильную сторону своего меча, схватил левой рукой меч противника за перекрестие эфеса и отвёл в сторону. Враг выпучил глаза, пытаясь вырваться, а затем выпучил их сильнее, когда острое лезвие Продавца Иголок скользнуло по его горлу. Мало расстояния для замаха, поэтому это был простой режущий удар, достаточно глубокий. Кас успел отойти до того, как его обрызгало кровью.
Вот теперь угроза для сельского кретина миновала и можно уходить. Кажется, часть кавалерии Сэджина, те, кто в основном стрелял из пистолетов, прикрывали отход, отвлекая на себя конных варваров и не давая преследовать.
— Тупой ублюдок, — выругался Кас на Лидси, но не смог понять, зачем. Разве не нужно быть благодарным за помощь?
Синих плащей было недостаточно и некоторые варвары прорвались. Один скакал прямо на Каса. А вот сражаться пешим против всадника слишком сложно, даже будь он тупым кретином, который меч держит в первый раз в жизни. Кастиель подобрал копьё убитого им копейщика.
— На меня! — закричал Кас, когда заметил, что всадник метится на хромающего солдата. — На меня, сукин ты сын!
Голос сорвался и больше походил на визг. Варвар услышал и развернулся к нему. Конь хороший, а вот его всадник не очень. Неправильно держит меч и замахивается криво. Но всё равно, у конного всегда преимущество.
Кас успел броситься в сторону до того, как лезвие снесло ему голову. Колоть не стал, не было момента. Всадник, вместо того, чтобы оторваться и опять набрать скорость, развернул коня и пытался затоптать Каса. Животное хрипело, но это не боевой конь, иначе Дренлигу бы уже пришёл конец. Кас, держа копьё перед собой, заходил по левую сторону от всадника, чтобы ему приходилось разворачиваться. Конь фыркал и бил копытами по земле, а всадник ругался, но Кас не понимал ни слова.
— Сука, ты сука! — кричал Кастиель.
Он нанёс выпад, но варвар отбил его и замахнулся. Кас едва успел отойти, лезвие пронеслось рядом с его лицом. Кто-то выстрелил очень близко, но сейчас не до этого. Здесь и сейчас есть только Кас и его враг. Это танец, который должен завершиться пляской агонии.
Всадник замахнулся, а Кас двумя руками ткнул копьём как можно дальше. Наконечник ударил варвара в лицо, и он закричал, роняя меч. Вот и всё, вот и…
Выстрел раздался за его спиной и варвар, только что орущий от боли, начал заваливаться и упал с коня. Всадник в синем плаще за спиной Каса начал невозмутимо перезаряжать пистолет.
— Вы в порядке, лорд Дренлиг? — спросил он.
— Нахрена! — взревел Кас. — Я почти его убил! Я…
Он отшвырнул копьё в сторону. Всадник опешил и просыпал порох.
— Если вы ранены, я могу вас увезти в…
— Дойду сам, — буркнул Кас и огляделся. — Увези его.
Он показал пальцем на раненого солдата, который прошёл несколько шагов и опять рухнул в траву, кривясь от боли.
— Его?
— Да, его! Ну живо!
Всадник пожал плечами и подъехал к раненому.
— Сможешь забраться в седло?
— Не знаю, — прохрипел парень. — Я попробую. Спасибо вам, м’лорд, — это он крикнул Касу.
— М’лорд, — передразнил Кастиель. — Обойдусь без твоих спасибо. К лекарям его! Если не примут его в первую очередь, передай, что я приду и выдерну им ноги из жопы!
Всадник перекинул раненого через круп и отправился в сторону реки.
— Спасибо ещё, говорит, — Кас хмыкнул. Ещё бы немного и этот парень остался бы без головы. Дренлиг чуть не прикончил своего спасителя. Вот это была бы история.
* * *
Сэджин продолжал наблюдать за боем. Половина пехоты противника ждала удара кавалерии, оставшаяся пыталась окружить Лес, который выстроился единым монолитным квадратом. Каждая его сторона ощетинилась пиками, так что окружение им не страшно. Пока не страшно. Рано или поздно их задавят.
— Если не ударю сейчас, — сказал Сэджин вслух. — Им конец.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Бьёрн что-то показал жестами, но Сэдж не смотрел.
— А если ударю, им всё равно конец. Мы не сможем пробиться.
Он перевёл трубу на поле. Армия Каса почти спаслась и многие из них встали у брода. Вряд ли они сегодня решатся на ещё одну атаку. Пора отступать, но если бросить Лес — в следующую битву будет просто некому сражаться.
Крылья конницы Ветра возвращались, но больше не лезли перестреливаться с мушкетёрами. Они держались в стороне, изредка нападая формацией улитки на очередной квадрат альбийских пикинёров, чтобы обстрелять и тут же уйти. Будто жалят комары… нет, не комары, осы. Но этого всё равно мало.
— Нужно прорываться через эти ряды, Бьёрн, — сказал Сэджин. — Любым путём. Надо помочь Лесу и прорвать окружение и отступить. Надеюсь, генерал Грайден согласится. Интересно, Кастиель жив или нет.
«Надеюсь, что сдох. Без него будет проще».
— Может быть. А Макграт?
«А этот выживет. Он мне ещё должен».
— Да ладно, не строй из себя, я знаю, что вы с ним хорошие приятели, — Сэджин усмехнулся и вновь взялся за трубу. Времени нет, но это не значит, что надо лезть вслепую. Через минуту он улыбнулся. — Ты назовёшь меня чудовищем, Бьёрн. Смотри вон на тот квадрат. Там мы пробьёмся.
Северянин взят трубу и нахмурился. Сэджин понимал, что он видит. Это рекруты. У них такие же пики, они строятся в такие же ровные формации, но у них почти нет брони, даже шлемов. Командующий королевской армией по недосмотру поставил их туда. Многие испуганы по-настоящему, так всегда выглядят те, кто идёт в первый бой.
«Решил воевать против детей?»
— Нет, мы сейчас подарим им сладости, покажем представление, а потом уведём за ручку родителям. Бьёрн, ну ты в самом деле, где ты там детей увидел? Не думаю, что там кто-то младше меня самого. Да у меня в Огненной и Ветре нет ни одного человека старше девятнадцати!
«Ты другое дело», — северянин вернул подзорную трубу. «Ты умеешь убивать с детства. И научил этому остальных».
— Заткнись! — выкрикнул Сэджин и тут же пожалел. — Извини, я не должен был. Или мы прорываемся через них, или наши союзники умирают, третьего не дано. Тебе большая разница, если тебе в живот воткнёт пику семнадцатилетка или взрослый мужик?
«Никакой. Командуй».
Сэджин сжал губы. Будто уговаривал сам себя. Но другого способа он не видел, а времени не было. Это единственное слабое место у врага.
— Слушайте все! — закричал Сэджин. — Идём в прорыв. Это будет сложно, но мы справимся! Главное — помните, что враг боится вас больше, чем вы его! Орите, как сам демоны, не показывайте страх и мы прорвёмся! Огненная кавалерия, в бой! Второе крыло атакует первым.
Именно второму крылу достались остатки тяжёлых копий. Они настолько длинные, что пики пехоты не сильно помогут им спастись от удара. А потом дело завершат кони. Но в любом случае — потерь будет много.
* * *
— Режь их! — кричал ветеран Эмиль, пробираясь на четвереньках под вражескими пиками.
Феликс полз следом, помогая себе одной рукой, а в другой держал кинжал. Почему-то земля кажется очень холодной, это чувствуется даже через перчатку.
Некоторые альбийцы отбрасывали пики и тоже пытались прорваться к земле, но не все из них правильно угадали момент. Некоторые напоролись на пики, но остальные ползли навстречу. Феликс видел глаза того парня, что тогда стоял напротив него. Теперь в них страх вперемешку с ненавистью, он ненавидит своего врага так сильно, что готов зарезать коротким мечом. И за это теперь его возненавидел сам Феликс.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Альбиец что-то выкрикнул и ткнул мечом, но совсем неловко, и не достал. Феликс в ответ взмахнул кинжалом, но враг был слишком далеко. Кто-то уронил пику и она ударилась об шлем и скатилась на землю. Рядом раздался противный хлюпающий звук и хрип. Над головой прогремел мушкетный залп.
Противник кинулся ближе, занося короткий меч. Феликс отбил удар стальным наручем, но чуть не упал. Альбиец засопел и кинулся ещё ближе. Полированное лезвие короткого меча едва не попало в лицо. Грайден-младший убрал голову и ткнул кинжалом. Как бы ни орали со всех сторон, Феликс услышал, как лезвие скрипнуло по скуле. Молодой альбиец тонко вскрикнул и ударил эфесом по шлему. В правом ухе немного зазвенело.
