– Смотри! Баба! Голая! – выпучил глаза первый заметивший меня тролль.
– Ага, точно! – теперь уже все удивленно и одобрительно вылупились на меня, отлично понимая, чем закончится столь неожиданная встреча.
Не давая им опомниться, я выбросила правую руку вперед. В державшего ножны с моими мечами тролля полетел сгусток голубых молний. Как только он достиг цели, я подскочила и выхватила свои клинки из рук падающего грабителя. Самый здоровенный из них очухался от удивления первым и попытался успокоить наглую бабу, с размаха саданув ей кулаком по башке. Но я пригнулась и ушла в сторону, позволяя ему ткнуться мордой в землю. Отступив на пару шагов назад, воткнула меч из правой руки в землю, чтобы при необходимости легко его достать. Держа на изготовку меч в левой руке, правой я сформировала еще один скрученный из молний шар. Другие двое, видя участь своих друзей, нападать не собирались, но и убегать постыдились. Дождавшись, пока их товарищ поднимется, я демонстративно подкинула молниевый шар вверх и, размахнувшись, направила его ударом меча в засохшую березу. Береза вспыхнула магическим голубым, а затем стала догорать обыкновенным красным пламенем. Для пущего эффекта я тут же сформировала следующий шар и пошла на врагов, подкидывая его в руке.
– Я магистр из монастырской школы, как вы посмели трогать мое имущество?! – Я постаралась скопировать интонации голоса мастера, когда она распекала нас за баловство. С магистром я, конечно, сильно загнула – мала слишком. Но, с другой стороны, магичка может выглядеть как захочет, даже на пятнадцать.
– Извините, госпожа чародейка, не признали,- прорычал поднявшийся с земли тролль.
– Я не настроена никого убивать. Это досадная случайность.- Я кивнула на тролля, убитого первым шаром.- Поэтому быстренько сложили мои вещи обратно. И без глупостей. Я очень тороплюсь.
Тролли запихали мои пожитки обратно в сумки. Хоть и не очень аккуратно, зато быстро привязали лошадь к той же сосне и со словами извинений скрылись в лесу. Я оделась, залезла в седло. И мы с лошадкой вернулись на дорогу. Но проехать нам по ней не дали. Дорогу преградил леший со злющими зелеными глазами и недовольно скривленной физиономией.
– Магистр, значит! Ну-ну. Видал я таких магистров. А ну, слезай!
Обойти его не представлялось никакой возможности. Леший принял облик зеленого ветвистого медведя и возвышался надо мной, как давешний тролль.
– Чего это вдруг слезать? Мне ехать нужно,- возмутилась я.
– Отрабатывать будешь. В моем лесу деревья жечь никому не дозволено. Вот нажалуюсь на тебя, воспитанница, настоятелю. И за поджог, и за самозванство. Так что, если не хочешь неприятностей, спешивайся. Я вон для тебя саженцев приготовил. Будешь исправлять вред, лесу нанесенный,- он качнул головой в сторону леса.
Приглядевшись внимательней, я увидела за спиной лешего огромную телегу, наполненную саженцами молодых деревьев. Штук пятьсот или семьсот. Издалека точнее не определить. Если начну сейчас сажать, то к осени точно успею. Но сдаваться просто так я не собиралась.
– Березка-то засохшая была, какой такой поджог, да я бесплатно помощь оказала, получается. Больное, засохшее растение ликвидировала, чтоб оно другим жить не мешало. И правильно! Поехали вместе к настоятелю! Про троллей, которых ты в лесу привечаешь, чтоб прохожих грабили, расскажем. Договор-то нарушен!
– Да я разве привечаю! Они сами! Тролли, знаешь, народец наглый и подлый. Надоели мне тут совсем!
– Вот все это настоятелю и расскажем. Про то, сколько времени они тебе надоедают, а ты их кормишь, поишь и подсказываешь, где путники на привал останавливаются.- Я развернула лошадку и поехала в обратную сторону к монастырю.
Леший тут же оказался с другой стороны, но уже в облике добродушного старичка с седой бородкой.
– Ладно, ладно. Понял все. Выгоню их сегодня же. Пользы-то от них не было никакой. Так, где лесорубов припугнуть и всяких таких… Езжай, куда направлялась. Мешать не буду.
Пока мы общались с лешим, на Разнотравный лес опустились сумерки. Про себя я подумала, что даже если мешать мне леший и не будет, что сомнительно, то в такой темноте я и без него прекрасно заблужусь. Но вслух, конечно, произнесла несколько другое:
– Да в темноте что-то ехать не хочется. Вот вернусь в монастырь, с настоятелями пообщаюсь. А с утра и в дорогу можно.
– Отчего же по темноте? Можно и посветить.- Леший взмахнул рукой в противоположную от монастыря сторону, и дорога по краям засветилась желтыми и синими огоньками. В довершение освещения на деревьях загорелись серебристые цветы-фонарики. Интересно, как ему удалось так вымуштровать цветочных фей, чтобы они по первому требованию слушались? Помнится, преподаватель по магическим существам на практическом занятии в монастырской роще около часа уговаривал цветочную фею, чтобы она зажгла свой цветок. А тут такое невиданное послушание! Надо поторопиться, пока леший не передумал.
– Уговорил. Где я еще такую красоту увижу. И что, до самой Вырки светить будешь?
– Эко ты обнаглела! Иль заплутать боишься? После развилки посвечу еще полверсты, а дальше дорога прямая по полю. Договорились?
– Только без фокусов.- Прищурившись, я вопросительно смотрела на лешего.
– Какие фокусы? Все честно, я же обещал.- Он состроил обиженную гримасу.
– Ну тогда прощай. И не забудь троллей выгнать. Я еще обратно поеду, проверю.
– Удачной дороги, свидимся еще,- пообещал леший и резво потрусил в чащу.
Я развернула лошадь в нужном направлении, и мы галопом помчались по чудесному лесному коридору. Оглядываясь назад, я заметила, что фонарики и огоньки сразу за нами гаснут, вместо них между деревьев светятся желтые глаза, кажется очень голодные. Леший решил подстраховаться и отрезать нам на всякий случай путь назад. Через час галопа лошадь, явно не привыкшая к таким забегам, перешла на шаг, тяжело дыша и изредка пофыркивая. А вскоре и совсем остановилась.
– Миленькая, ну еще немножко. Не время отдыхать. Давай бегом до полей. Там и травки можно будет пощипать, и из ручья попить,- попыталась я безуспешно подбодрить уставшее животное.
Постояв немного, показывая, кто здесь главный, лошадка повернулась ко мне мордой за новой порцией уговоров и посылов. Но наткнулась на желтые глаза у меня за спиной и, отчаянно заржав от страха, рванулась вперед. Не предвидя такого развития событий, я чуть не вылетела из седла. К счастью, лошадь не старалась скинуть меня, лишь неслась вперед. Следующие два часа промчались как одно мгновение. В этой безумной скачке я даже не заметила, когда мы выехали из леса. То ли лошадка споткнулась, то ли совсем выдохлась, но, подогнув передние ноги, она рухнула без предупреждения посреди дороги. Я перелетела через ее голову и приземлилась в нескольких локтях впереди. Освещенная дорога закончилась, голодные желтые глаза остались позади в лесу и угрозы больше не представляли. Мы с лошадкой лежали на дороге в полной темноте, тяжело дыша и соображая, как двигаться дальше. Вернее, как двигаться дальше, пыталась соображать я. А что делала лошадь, я понятия не имела, лишь слышала ее дыхание где-то позади себя. Немного очухавшись, я сформировала небольшую шаровую молнию и подбросила вверх, совместив с заклятием левитации. Дорога, насколько хватало освещения и зрения, проходила полями. Но универсальный светильник, работающий даже под водой в отличие от огня, не помог определить, как далеко мы от Вырки, зато позволил найти и осмотреть лошадь. Бедное животное было взмылено не хуже крестьянина в предсвадебной бане, но пена изо рта не шла, и глаза были вполне живые, а взгляд осмысленный. Ноги сломаны либо вывихнуты не были. Признаки каких-либо повреждений, кроме последствий страха и усталости, отсутствовали. Из чего я заключила, что магическая помощь лошадке не требуется и мы можем поберечь драгоценный запас энергии.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
