Гитлер был единственным за всю историю нашей страны врагом, открыто поставившим задачу физического истребления русских. На карту в битве с каннибалом было поставлено само существование русских и Русского мира, их социального государства. В отношении русского народа в плане «Ост» («Восток») говорилось: «Или полное уничтожение русского народа, или онемечивание той его части, которая имеет явные признаки нордической расы»{144}.
В сентябре 1942 г., развивая идеи Гитлера относительно плана «Ост», Гиммлер говорил том, как следует обращаться с той частью русских, которая будет онемечена: «Принципиальная линия для нас абсолютно ясна — этому народу не надо давать культуру. Я хочу повторить здесь слово в слово то, что сказал мне фюрер. Вполне достаточно, во-первых, чтобы дети в школах запомнили дорожные знаки и не бросались под машины; во-вторых, чтобы они выучили таблицу умножения, но только до 25; в-третьих, чтобы они научились подписывать свою фамилию. Больше им ничего не надо».
Философия германского фашизма концентрированно изложена в следующих словах Гитлера: «Мы обязаны истреблять население — это входит в нашу миссию охраны германского населения. Нам придется развивать технику, истребляя население… Я имею право уничтожить миллионы людей низшей расы, которые размножаются, как черви»{145}.
Сущность фашизма состоит не только в зверствах нацистов, но и в их уверенности, что человечество состоит из «высшей» и «низших» рас. Согласно расовой теории одни народы биологически лучше, чем другие. «Худшие» должны быть истреблены, освобождая жизненное пространство «лучшим». Эта «философия» и была основой политики Гитлера на временно оккупированной советской территории.
Предполагалось, что в случае победы на территории Советского Союза в качестве рабов останутся в живых не более 10 млн. русских, украинцев, белорусов, а остальная часть населения (150–160 млн. человек) будет уничтожена.
Молодым людям мои слова могут показаться большим преувеличением. Но вот факт, относящийся к уничтожению евреев. 20 января 1942 г. в Берлине состоялось совещание на тему «Окончательное решение еврейского вопроса», на котором присутствовали самые высокие чины НСДАП и подразделений СС{146}. Вёл совещание Рейнхард Гейдрих. Он уточнил повестку дня, заявив, что имеет в виду уничтожение 11 млн. евреев в Европе. Сюда включены около 330 тыс. жителей Великобритании и нейтральных стран, таких как Швеция. Он перечислил те меры, которые уже были приняты «с согласия фюрера», например переселение немецких евреев на Восток, где их будут использовать на принудительных работах по строительству дорог. Вскоре присутствующие перешли к обсуждению способов осуществления этого «окончательного решения».
На самом деле массовое уничтожение евреев уже началось. Части СС и группа «А» вермахта истребили, используя, в частности, ядовитые газы, более 136 тыс. евреев. Кроме того, было уничтожено ещё около 200 тыс. евреев, и больше половины из них в Крыму. Гейдрих считал, что нужен более эффективный способ ликвидации. Слово «ликвидация» на совещании заменили на «окончательное решение» и «специальное обращение». В ходе обсуждения Гиммлер продемонстрировал сдержанность. Адольф Эйхман взял на себя обеспечение транспортом для депортации евреев.
30 января Гитлеру доложили об итогах совещания. Фюрер воздержался от письменных указаний по уничтожению евреев. Но нацистские лидеры передавали из уст в уста то, что они уже назвали «приказом фюрера по окончательному решению». В своей речи, произнесённой во Дворце спорта, где по случаю годовщины прихода к власти нацистов собрались его сторонники, Гитлер весьма недвусмысленно высказался в отношении своих намерений: «Наши действия приведут к уничтожению всех евреев».
Подготовка к «окончательному решению» ускорилась. В разных странах Европы Эйхман и его бригады захватывали целые еврейские общины. В до отказа набитых вагонах людей перевозили в лагеря, многие умирали ещё по дороге. Многочисленные новые концлагеря сооружались в изолированных местах, главным образом вблизи германо-польской границы. Кремационные печи строились рядом с газовыми камерами. Палачи получили приказ вырывать золотые зубы у заключённых, снимать с них очки, собирать волосы и одежду, чтобы потом всё это использовать. За этими страшными действиями наблюдал сам Гиммлер. Провозгласив, что «еврейское отродье будет стёрто с лица земли», Гитлер открыл дорогу к уничтожению целого народа{147}.
Руководство реализацией «окончательного решения» Гитлер возложил на Эйхмана.
Уничтожение гражданского населения проводилось нацистами самыми изощрёнными способами и средствами. Для этого заранее были отработаны методики массовых расстрелов, использования «душегубок», применения газа «циклон» и печей-крематориев в концентрационных лагерях смерти, налажена промышленная утилизация останков миллионов умерщвлённых людей. Для исполнения преступных планов были подготовлены кадры профессиональных убийц. Злодейские правила поведения на оккупированной земле прививались и каждому солдату вермахта.
В конечном счёте гитлеровцами было преднамеренно истреблено 7 млн. 420 тыс. 379 человек. Погибли на принудительных работах в Германии 2 млн. 164 тыс. 313 человек. От жестоких условий оккупационного режима (голод, инфекционные болезни, отсутствие медицинской помощи и т. п.) погибло 4 млн. 100 тыс. человек. А всего — 13 млн. 684 тыс. 692 человека{148}.
Таким образом, из 26,6 млн. общего числа жертв войны в Советском Союзе одну треть составила убыль военнослужащих, а две трети — 17,9 млн. человек — это гражданское население{149}. Это значит, что ещё около 4,3 млн. мирных жителей стали жертвами военных действий со стороны Германии.
В отличие от нацистской, коммунистическая идеология утверждала дружбу и равенство всех народов и рас, отвергала теорию национальной исключительности. Именно поэтому перед советскими войсками не стояла задача уничтожения немецкого народа, они боролись с армейскими соединениями Рейха, и когда вошли на территорию Германии, гибель мирных людей происходила в ходе боевых действий, но не была преднамеренной. За убийство мирных граждан, мародёрство советских солдат и офицеров судили и сурово карали. Более того, вступив на территорию Германии победителями, наши солдаты кормили немцев из своих полевых кухонь, помогали им налаживать мирную жизнь.
Надо принять во внимание и следующее обстоятельство: к началу 1943 г. фашисты оккупировали около 2 млн. кв. км советской территории, на которой до войны проживало 88 млн. человек{150}. Почти 15 млн. человек были эвакуированы на восток СССР, часть призвана в армию. Под властью немцев, румын, венгров осталось не менее 73 млн. человек (37% всего населения страны){151}. По этой территории беспощадный каток войны прокатывался дважды: сначала с запада на восток, до Москвы, Ленинграда и Сталинграда, а потом в обратном направлении. Бомбёжки и артобстрелы с обеих сторон… В битвах и боях неизбежно гибло гражданское население.
Заметим, что военные действия на советской территории длились более трёх лет, а на немецкой — менее пяти месяцев. В целом за всю Вторую мировую войну (с 1 сентября 1939 г. по 9 мая 1945 г.) вооружённые силы Германии потеряли убитыми и ранеными (по неполным данным) 13 млн. 448 тыс. человек, из которых 11,9 млн. человек — на советско-германском фронте. Это 75,1% от числа мобилизованных в годы войны и 46% всего мужского населения Германии, включая Австрию{152}.
Да, дорого обошлась нам Победа. Очень. Но мы победили! А это — главное. И потому День Победы для нас — «это радость со слезами на глазах».
Но есть и такие, кто думает иначе. Послушаешь иных, почитаешь их «труды» и речи, и кажется мне, что это умалишённые люди. Хотя в других случаях они выглядят вполне нормальными. В чём же дело? Они не любят свою страну и наш народ. Это идеологически зашоренные люди. Они ненавидели Советский Союз, советскую власть, компартию, в которой не просто «состояли», а использовали её для того, чтобы забраться на вершины власти, а потом, пользуясь властными полномочиями, разрушать ненавидимую ими систему. Я говорю сейчас об А.Н. Яковлеве, «архитекторе» так называемой перестройки. В одном из интервью он заявил журналисту: «Советский Союз проиграл войну». Журналист только и смог вымолвить: «Как?!» Яковлев заявил: «30 млн. погибших — разве это победа? Это поражение»{153}.
Да, цена, которую наш народ заплатил за Победу, огромна. Но кто мне скажет: а какой она должна была бы быть? Всерьёз этот вопрос не возьмётся обсуждать ни один здравомыслящий человек. Я скажу так: как вышло, так и вышло. Главное, как мыслят простые люди (я один из них), мы одержали Победу, и Победу эту иначе как Великой назвать нельзя. Ибо речь шла и о том, быть или не быть советскому общественному строю, которому не дали вызреть и вполне развиться внутренние и внешние враги. Речь шла о ещё более важном: быть или не быть русскому народу, России как таковой со всеми её другими народами, нациями и народностями, которые, по определению Гитлера и его идеологических прихвостней, считались «человеческим мусором», место которому в душегубках и газовых печах.
